Дракон, который боялся летать (СИ)

— Есть хочешь? — повторил Сильвен.
Тео с несчастным видом покачал головой. Его взгляд бесцельно блуждал по комнате, ни на чём не останавливаясь. «Готовый пациент для Газаля», — подумал Сильвен.
— А говорить ты умеешь?
— Что ты со мной сделал? — отозвался Тео.
Сильвен невольно вздрогнул — голос прозвучал так, словно дракон кричал от боли.
— Я н-не чув-вствую, — добавил Тео, заикаясь. — Огонь, я его… не… чувствую… Что ты со мной сделал?!
И дракон попытался распахнуть крылья. Не вышло — те повисли, как мокрые тряпки. Однако появились, и Тео облегчённо выдохнул.
Сильвен скривился.
— Я не поставил на тебя печать, расслабься. Магия к тебе вернётся. В течение недели, может, быстрее, если выпьешь ещё антидот. — Дракон поймал взгляд Тео и поднял брови. — Видишь ли, о тебе меня не предупредил только ленивый. А я совсем не хочу, чтобы ты спалил мне дом.
— Мог бы надеть на меня цепи, — прошептал Тео, отвернувшись.
— Цепи для магов. Причём слабых и неопытных. Во дворце пользуются зельями. У нас не так давно был очень увлекающийся Верховный маг… — Сильвен поморщился. — Тебе повезло, что ты с ним не знаком. Он бы твои выходки терпеть не стал.
Тео, тяжело дыша, закрыл глаза.
— Что-нибудь болит? — помедлив, спросил Сильвен.
Тео открыл глаза.
— Душа? — он попытался усмехнуться.
— Говорят, её у драконов нет, так что это пройдёт.
— Что тебе от меня надо?
— Ответы, Тео, ответы. — Сильвен встал, окинул дракона внимательным взглядом. — Но давай ты всё-таки сначала поешь. Да и я тоже. Пойду добуду нам обед. Будь хорошим мальчиком, ладно? Ты же не хочешь ещё неделю не чувствовать огонь? Потому что у меня зелья много.
Тео промолчал.
От Дерека Милосского не ждали, что он станет лично заходить на кухню и искать в холодильнике мясо. Ещё и ругаться, что паштета слишком много и «какой идиот снова запёк утку?».
— Но, милорд, это же утка в пикантном соусе, с кусочками дыни, — оправдывался повар. — Всё как вы любите…
Сильвен закатил глаза. Повара он вместе с охраной и горничными привёз из родового поместья Милосских на окраине Столицы.
— И что? А у меня в спальне сейчас лежит голодный дракон, он вряд ли оценит ваш пикантный соус. — Сильвен всё-таки сунул нос под серебряную крышку. Вдохнул аромат специй и утиного жира. — Хм… А, впрочем, давайте… эти ваши дыни. Пожалуй, их я оценю… Но есть здесь где-нибудь обычные стейки? Простые, без изысков и, главное, приправ. Мне нужно кормить дракона!
— Кормить? — заикнулась управляющая, вместе со слугами наблюдавшая бесплатное представление «Аристократ-сумасброд хозяйничает на кухне».
— Представьте себе, драконы не феи, это те, по слухам, от солнечного света сыты, — проворчал Сильвен. — Да и то слухи врут. Ну так что? Где всё мясо?
Как раз вовремя прибыл курьер — от короля, с контейнером, полным свежайших, нежнейших стейков из Штальсборга. Сильвен посмотрел на курьера как на предателя — тот был огненным драконом, иерархию соблюдал и в ответ сжался так, словно его вот-вот загрызут.
Посылку граф Милосский, поразмыслив, любезно принял. Но просил передать его величеству, что подачки ему не нужны.
В ответ курьер протянул незапечатанную записку, в которой рукой короля значилось: «Это подарок». И ниже, шифром: «Такого любовницам точно не дарят».
С этим Сильвен поспорить не мог.
Тео, когда он вернулся в спальню, безуспешно пытался взломать домашний компьютер.
— Ну и зачем? — поинтересовался Сильвен. — Хочешь температуру на климат-контроле поменять, просто скажи мне.
Тео промолчал. И судя по непреклонному виду — брови насуплены, челюсти сжаты, руки скрещены — собрался устроить голодовку.
Сильвен показал ему штальсборгское мясо.
Тео посмотрел. Понюхал. И волшебным образом передумал — накинулся на свой стейк так, словно неделю не ел.
Сильвен целую минуту размышлял, а не заснять ли, как он кормит подарком Роберта другого дракона, а потом отправить королю. Но решил, что это мелочно. И тоже принялся за еду.
Ничто так не сближает драконов, как совместно съеденное мясо. В древности, наверное, рыцарей прямо в латах запекали и так же пожирали. «Хотя нет, — думал Сильвен. — Эти люди вечно больные. То у них панкреатит, то язва, то, по меньшей мере, простуда. Вряд ли рыцари были здоровее других — с их-то образом жизни. Здравомыслящий дракон такое есть не будет. А сказки и легенды всё врут».
 
— Это фосфо нефеально фкуфно! — прочавкал Тео, у которого застольные манеры, как и у любого дракона, отсутствовали напрочь. Он даже умудрился забрызгать стену кровавыми ошмётками.
— Ты бы его хоть поджарил, — проворчал Сильвен, отвернувшись — смотреть на это безобразие сил не было.
Тео даже жевать перестал.
— Исфеваефся? У фефя неф офня.
— А. Ну да. — Сильвен достал ещё один кусок мяса. — Тебе это… С кровью, средней или сильной прожарки?
Тео пожал плечами. Сглотнул и заявил:
— Я последний раз мясо ел только в питомнике. А там такое не спрашивают.
Сильвен машинально дохнул на мясо и протянул дракону.
— Слушай, мне тут сказали, ты отнимаешь у других драконов деньги. Что, цены на мясо неожиданно до небес взлетели? Не верю.
Тео посмотрел в ответ очень красноречиво: «Как же ты меня достал!» И вгрызся в прожаренный стейк.
— Фа-а-а! — Дракон выпучил глаза. — Эфо… Фоб я так… тьфу, жил!
Сильвен не выдержал и рассмеялся.
— Ну ещё бы. Это же лучшее мясо — из Штальсборга. Я, знаешь ли, гурман.
— Тефе…
— Прожуй, ради всего святого!
Тео фыркнул и проглотил огромный кусок. Посмотрел на Сильвена с нескрываемой завистью.
— Тебе так много платят?
— Нет… Да. В смысле, это подарок короля. — Сильвен скривился. — И платят тоже много. И работы, уж поверь, хватает. Ещё будешь?
Тео молча кивнул.
Следующий кусок он ел уже вдумчиво, и Сильвен без всякого чтения мыслей, мог угадать, что у другого дракона на уме.
— Ну давай, скажи, что я продался королю.
Тео пожал плечами.
— Всё королевство и так в курсе, что ты его преданный пёс. Мясо, бабы, да? — Повернувшись, он указал на шкатулку у кровати. — Цацки. Дорогая электроника. Он и впрямь хорошо тебе платит.
— А я хорошо ему служил, — пробормотал Сильвен.
— Служил? — Тео взглядом указал на мясо.
— Это он по старой памяти. — Сильвен вдруг понял, что у него пропал аппетит. — И кто бы говорил! Ты обворовываешь других драконов и терроризируешь Эртен. Это что, лучше?
Тео облизал пальцы и откинулся на спинку кресла.
— Это честнее.
— Серьёзно? Воровство? Убийство?
— Ты не понимаешь, — усмехнулся Тео. — Как ты можешь понимать, ты же их раб!
Сильвен проглотил оскорбление — вместе с куском мяса. Тоже облизал пальцы, потом поморщился — и всё-таки вытер их о салфетку.
— А ты попробуй мне объяснить.
Тео ухмыльнулся ещё обиднее.
— Что тут объяснять, это же и так ясно. Посмотри вокруг — это наша земля. Была нашей тысячи лет, когда сюда пришли люди. И удивились, почему это мы не приняли их с распростёртыми объятьями, почему заставили жить по нашим законам!
— Это когда было-то?
— Но это было!
— Да, и люди нас победили, а потом поработили, и всё это время мы были вынуждены влачить жалкое существование, — протянул Сильвен. — Где-то я это уже слышал. Хочешь поработить в отместку людей?
Тео покачал головой.
— Я не экстремист, что бы ты там ни думал.
— Ага. — Сильвен живо вспомнил нападение на отель. — А по тебе и не скажешь. И что — вернёмся к временам пятисотлетней давности? Тогда у меня для тебя новость: мир с тех пор здорово изменился.
— И волшебники ему не нужны, — отчеканил Тео.
Сильвен пожал плечами, невольно вспомнив, как Роберт возмущённо называл магов атавизмом, который мешает каэльской экономики развиваться. А потом ввёл налог на артефакты. Казне это пошло на пользу, зато маги до сих пор возмущаются.
— Не нам решать, кто миру нужен, а кто — нет.