Чужие миры

Но время уже было безнадежно упущено. Неприметная карета с гербом Леруа выехала за ворота буквально три минуты назад.
Похитители не знали, сколько у них времени, но терять его не собирались. Ни секунды.
$ >!< >!<
— Где Миранда!?
Это были первые слова Джерисона, вихрем влетевшего в коридор.
Ответом ему были растерянные глаза Ганца.
Дальше говорить было не о чем. И если бы не Бран, кулак Джеса летевший аккурат в челюсть Ганца, достиг бы цели.
Ага, как же!
Жрец Холоша появился словно из ниоткуда, чуть прикоснулся, сбивая направление удара — и Джерисон душевно треснул кулаком по портьере. Та не стала терпеть подобную фамильярность, сорвалась и закрыла наглого графа с головой.
Сволочь!!!
Откуда в ней столько пыли!?
Матюги, доносившиеся из-под портьеры, вполне могли принадлежать не благородному графу, а конюху, которому кобыла копытом на ногу наступила. Или на более чувствительное место.
Бран ловко зафиксировал кокон, дернул за угол — и размотал отчаянно чихающего графа.
— Жи®о в зал.
— Зачем?
— Танцуешь с принцессой Джолиэтт. И не смей ее отпускать раньше, чем Ганц скажет. Хоть ядро на нее прицепи, хоть сам ковриком расстелись... понял!?
Распоряжаться жрец Холоша умел.
Граф Иртон сорвался с места быстрее, чем сообразил, что он вообще-то граф. И... и никакой Гардрен им не командует. Правда же?
Но в бальном зале выяснять эти вопросы было поздно. Тем более, Джолиэтт он поймал уже у дверей.
Танец?
Но вдовы не танцуют, и то, что она здесь оказалась — уже их работа. Джерисон лично попросил Марию... как же быть?!
А вот так!
Одно движение... да, до главы Гардрена Джерисону было далеко, там филигранное владение собственным телом, но кое-что и он мог. И ловко сбитый лакей летит прямо на платье ее высочества. Ладно бы сам, а то подносом с закусками.
Ах, как красиво смотрятся на зеленом поле ягоды клубники! Восхитительно просто!
Джолиэтт ахнула, дернулась, но было поздно.
Джес не растерялся.
Подхватил ее под руку и потянул за собой.
- Граф!?
— Ваше высочество, приведите себя в порядок, я провожу.
Шепот, тихий, но отчетливый. И Джолиэтт подчиняется.
Безупречность вбита в нее с детства. Нельзя появляться на людях в грязном платье, правда же? Нельзя...
А дворец далеко не безлюден. Надо привести себя в порядок, надо...
Проводив Джолиэтт в ее покои и приставив к ней десяток служанок, Джес не терял времени даром. Он прекрасно понял смысл аферы.
Если Джолиэтт здесь — Миранда жива.
Если это Джолиэтт.
Но кто же еще?
Косвенно — она. А значит, надо ее еще задержать...
Джерисон промчался по коридорам, но в бальный зал уже вступил спокойно. Нашел ее величество.
Мария выслушала его спокойно.
— Это необходимо?
Взгляда было достаточно.
— Проводите меня, граф.
И Джес впервые подумал, что Ричарду повезло.
Как бы там вышло с его любовью — еще неизвестно. А вот Мария — золото. Умная, серьезная, понимающая, да еще и мужа любит — мало?
Да такое сокровище ценить надо! И на руках носить!
Если Рик сам не додумается, Джес ему точно подскажет. Вот, как ему подсказали насчет Лилиан, так и он глаза другу откроет. И по голове постучит. Вовремя полученная затрещина часто спасает от сломанной шеи. А то люди звезды в небе ищут, а у себя под носом и солнышка не видят! Сам такой был!
❖ >!<
— Дорогая, какой УЖАС! Просто КОШМАР!
И как это у Марии получилось?
Не понять.
Но Джолиэтт мигом занялись десяток служанок. А как известно, чем больше человек занимается проблемой, тем медленнее^рна решается.
Но выглядело все очень деловито. Мариялично распоряжалась процессом, умело увеличивая хаос.
Если Джолиэтт и хотела вырваться, то быстро поняла, что не получится. И смирилась.
Так ее!
Люди Ганца метались по дворцу.
Обыскать его сверху донизу, конечно, было нереально, но...
Миранды, похоже, во дворце не было.
Стуана Леруа — тоже.
Бран Гардрен и Ганц внимательно осматривали альков.
Найти потайной ход было достаточно сложно. Но против зажженной свечи тот не устоял.
 
Сквозняк, лихорадочный поиск рычага — и вот, перед ними спуск вниз. И тоже — не бросишься, сломя голову. Ганц медленно пошел вниз.
По счастью, ход был один.
Не разветвлялся, не уходил никуда в неизвестность... просто выводил во двор. На задний двор, куда было несложно подогнать карету.
Пара вопросов — и Ганц заскрипел зубами.
Виновность Джолиэтт была доказана. Кто еще мог знать о потайных ходах во дворце? Леруа?
Не в таких подробностях, нет...
А еще — распределение карет во дворе не случайно.
Уж поверьте, по тому, как стоят кареты, можно всегда определить и значимость человека для его величества, и статус, и отношение...
Стоит карета рядом или поодаль, удобно ли ей выезжать, занимаются ли кучером — или тот ждет на козлах... Да много всего.
И занимаются этим специальные распорядители.
Найти такового было несложно, и Ганц быстро узнал, что приказания отдавала ее высочество Джолиэтт.
Вообще, конечно, она не могла этого делать. Она уже герцогиня Леруа, вдовствующая, и распоряжаться во дворце не может. Но...
Стоит ли вязаться?
Или проще послушаться? Она ведь может и брату пожаловаться, и ее величеству — так зачем?
Проще дать ее высочеству, что она пожелает, тем более, что это не ущемило ничьих интересов. Уж больно место было непочетное.
Где карета?
Так уехала... наверное, ее высочество что-то приказала. Она и потребовала, чтобы карету разместили именно здесь. И обеспечили свободный выезд... вернется, наверное.
Стуан Леруа?
Да, кажется, он и уехал...
Кто там к нему присматривался? Слуги?
Так им не до господских причуд! Пусть хоть рога отрастят на пятках и на них ходят, лишь бы им работать не мешали! Вот если б Леруа к слугам цеплялся... нет?
А зачем он им тогда сдался?
Стража?
Тоже не приглядывалась, ни к чему им такое...
Да если и уехал — что с того? Его карета, его право, его воля...
Ганц застонал, хватаясь за голову.
Если с Мири...
Если с девочкой что-то случится — Джерисону его и убивать не потребуется! Сам на меч кинется.
❖ * ❖
Бран Гардрен мыслил конкретнее.
- Думай!
— О чем?!
— Карета, Холош тебя сожри! Карета!
Ганц посмотрел на спутника непонимающе. Бран закатил глаза.
— Что непонятного!? Карета должна ехать по улицам! Ее должен кто-то видеть, она где-то да остановится... Ну!!!
Больше понукать не пришлось. Понявший идею Ганц сорвался с места.
❖ ❖ ❖
Миранда пришла в себя, но открывать глаза не спешила.
Голова болела.
Девочка прислушалась.
Принюхалась.
Почувствовала тряску.
Она ехала в карете. Рядом сидел кто-то, плохо вымытый и сильно надушенный.
Память возвращалась постепенно, и Мири порадовалась, что она в карете.
Не слышно, как изменился режим дыхания, не видно, как дрогнули ресницы.
Все-таки похитили... с-самки собаки!
И что теперь делать?
Ага, вопрос из разряда — на миллион, как говорила мама. Мири как-то спросила, почему на миллион, так Лиля посмеялась и сказала, что за такой вопрос умирает миллион нервных клеток.
Объяснение было принято.
А правда — что делать?
Мири прислушивалась к себе.
Голова болела. Кажется, ее ударили чем-то... колотушкой, обернутой тряпкой?
Просто кулаком?
Нет, не понять...
Есть ли сотрясение?
Вроде как не тошнит. Да и без сознания она пробыла недолго, они еще не приехали. Ее надо было вынести из дворца — несложно для сильного мужчины. Вот когда пожалеешь, что не сто пятьдесят килограмм весишь, пока бы дотащили — год пройдет! А тут подхватил, да пошел!
Ляля — и та весит больше!
И собак с собой на балы не берут зря...