Нотнерт (СИ)

— Полагаю, «Нотнерт» мы исключаем из возможных вариантов?
— Почему же? Я все равно буду сегодня там.
— В таком случае жду вас с нетерпением. Надеюсь, ваша помощь будет неоценима. Вы же понимаете, что чтобы пойти вам навстречу относительно выдвинутых вами условий, материалы должны быть соответствующими?
— Не переживайте, для ваших целей их вполне достаточно.
— Что ж, дайте знать, когда будете на месте.
— Всенепременно.
Эмма сбросила звонок и посмотрела на часы, висящие на отвратительно яркой стене — 8 утра. Больница только начинала приходить в себя после долгого ночного сна — медперсонал лениво приступал к своим обязанностям, периодически останавливаясь у кофейного автомата в углу и жертвуя центами в угоду бодрости.
Эмма некоторое время простояла в вестибюле — сказывались вторые сутки без сна и мозг довольно вяло обрабатывал команды, приводящие тело в движение. Пару минут девушка наблюдала как Элла быстро ставит печати в каких-то желтых папках, очень сильно напоминающие истории болезни — стопка из трёх папок быстро превратилась в стопку из десяти и через пару минут увеличилась ещё вдвое. Странно. Обычно опечатывали истории болезни пациентов на выписку, не собирались же сегодня выписывать так много?
Наконец, сработали ноги, и Эмма вернулась в ординаторскую, где небольшой кучкой собрались прихвостни Хайда и что-то с большим энтузиазмом обсуждали, но стоило лишь Эмме войти в комнату, как разговор оборвался на полуслове.
— Доброе утро, — Эмма слегка прищурилась и подошла к журнальному столику за своей чашкой, — что-то вы рано сегодня.
— Ну так, работа не ждёт, — с какой-то нервной усмешкой отозвался доктор Лидгейт, — разве у тебя сегодня не выходной, ты же вроде дежурила ночью?
— Да, но я не всё успела сделать.
— Нельзя так много работать, Эмма. Это вредно для здоровья. Найди себе хобби.
Эмма насыпала в чашку кофе и, плеснув воды, покосилась на скучковавшихся коллег:
— А что за собрание?
— Ничего особенного, обсуждаем предстоящую охоту.
— И на кого охотитесь в этот раз?
— О, на чернобурку. — неприятно улыбнулся Лидгейт.
— Умопомрачительно. — Покачав головой, тем самым высказав все, что она думает о дурацком хобби некоторых коллег, Эмма отошла к диванчику и удобно устроилась, попивая кофе. Плохое предчувствие плотно засело в районе грудной клетки, а какая-то мысль не давала покоя. Чернобурка… Охота на чернобурку. Почему это кажется чем-то знакомым? Эмма сжала пальцами переносицу, пытаясь ухватить смутное воспоминание, но оно ей никак не давалось.
Интересно, как скоро сюда заявится Локсли? Без него в «Нотнерте» отвратительно неуютно.
Видимо, детали охоты были не для психиатров, ратующих за права животных, поскольку собрание быстро свернулось, а его участники ретировались кто-куда. Кофе почему-то совершенно не бодрил и, сама того не заметив, Эмма задремала. Разбудил её всё тот же надрывающийся мобильник.
— Мисс Свон, я на месте.
— Прекрасно, я в ординаторской.
— Вы не могли бы спуститься в морг?
— Прошу прощения? — сон, как рукой сняло.
— Боюсь, у меня не так много времени. Мы могли бы увидеться с вами, пока выполняются все необходимые процедуры.
— Да… Да, сейчас подойду.
Немного озадаченная, девушка быстро добралась до нужного кабинета. Несмотря на то, что за свою жизнь Свон повидала немало трупов, морги вызывали у неё холодок по позвоночнику. В нос ударила стойкая смесь формалина, гнили и… смерти. К горлу подобралась тошнота. Эмма еще никогда в жизни не испытывала такого сильного желания сбежать куда глаза глядят и поскорее вымыться. Ей просто необходимо было хотя бы попытаться соскрести этот зловонный запах со своей кожи.
Пока организм привыкал бороться с потребностями, глаза неотрывно глядели на душераздирающую картину — Уивер, низко склонившись над телом какой-то длинноволосой брюнетки средних лет, горько плакал, сжимая в руках её ладонь и поглаживая по волосам. Эмма отошла к стене, стараясь не привлекать к себе внимания, но, видимо, старая полицейская выправка мужчины не позволила ей остаться незамеченной.
 
— Мисс Свон. Папка у входа.
Холодный пластик обжёг пальцы. Чтобы предоставить мужчине возможность погоревать, Эмма сразу нырнула в записи, стараясь полностью скрыться за папкой. То, что она прочитала, мигом отозвалось дрожью по позвоночнику. Уивер был прав, этого было более, чем достаточно для того, чтобы усадить Коттона на электрический стул. А вместе с ним упрятать за решетку половину сотрудников больницы.
Эксперименты над пациентами.
Фальсификация документов.
Изъятие органов и тканей.
Торговля ими.
Незаконная трансплантация.
Эмма резко выпустила весь воздух из лёгких, когда глаза зацепились за информацию о так называемом «Хантер-клубе» — борделе, открытом в стенах лечебницы. Охота на Чернобурку…
Чернобурку.
Ужас пробрал до кончиков пальцев ног.
— На вашем месте, я бы поскорее передал это туда, куда нужно. — Уивер надавил на верхнюю часть папки, заставив Эмму оторваться от бумаг. — Заставьте ублюдка заплатить за всё, что он сделал.
— Ваша помощь неоценима, мистер Уивер. — Эмма облизнула пересохшие губы и мягко сжала его предплечье, — мои соболезнования.
Рон благодарно кивнул, глядя на резко побледневшую Свон. По его мнению, девушка была еще слишком молода, чтобы быть частью такого дела. Её сердце ещё не покрылось коркой безразличия, собранные материалы явно взбудоражили её. Мужчине стало немного жаль девчушку, редко какому ФБРовцу удавалось сохранить свет его души. Однако поделиться своими наблюдениями он не успел. Оглушающий грохот ударил прямо в голову, стены больницы дрогнули, и ударной волной Эмму и Уивера отбросило в разные стороны. Свон едва успела сгруппироваться, чтобы, врезавшись в стол, на котором лежал труп, не сломать себе пару ребер.
Всего доля секунды анализа общего самочувствия понадобилась, чтобы осознать, что все звуки исчезли в каком-то мерзком комарином писке. Кое-как поднявшись на ноги, Эмма бросилась к Уиверу, но тот лишь отмахнулся, поморщившись и поглаживая ушибленную ногу. Он что-то говорил, но Эмма не могла разобрать ни слова. Осознав бессмысленность вербального выражения мысли, мужчина схватил Эмму за руку и выволок её из комнаты.
В коридоре царил хаос — все смешались между собой в один бесконечный поток людей. Пробираясь сквозь толпу, Эмма столкнулась со смертельно перепуганной Айви, которая вцепилась в её руку, словно пиранья в добычу.
— Айви, все в порядке. Нам нужно вывести людей и выяснить что это было! — Эмма кричала во всю глотку, надеясь, что сможет перекричать вероятный гул множества голосов.
Слёзы катились по щекам медсестры, она отчаянно покачала головой и что-то быстро заговорила. Эмма непонимающе на нее уставилась и сделала неопределенный жест в сторону уха:
— Прости, Айви, я тебя не слышу.
Айви облизнула губы и панически оглянулась. Заприметив стойку регистрации, девушка метнулась к ней и схватила первую попавшуюся папку и маркер. Две секунды небрежной работы и на желтой бумаге появилось имя.
Реджина.
Ноги Свон подкосились, мир будто бы на мгновение замер, а потом выброшенный в кровь адреналин резко вернул ему все звуки и краски. Шершавая стена оцарапала руку. Лёгкое покалывание вернуло способность ясно мыслить.
— Что с Реджиной, Айви?
— Хайд приказал спустить в Сектор Б практически всех пациентов Локсли, а Реджину увели оттуда примерно час-полтора назад. Мне не позволили пойти с ней. Я нигде не могу её найти!
— Куда её увели?
— Я не знаю…
Уивер все еще стоял у выхода из морга. Повинуясь какому внутреннему порыву, Эмма кинулась к нему и схватила за плечи:
— Уивер, мне нужно, чтобы вы помогли мне вывести людей, пока я буду искать пропавшую пациентку. Я не смогу быть везде и сразу.
Мужчина кивнул, бегло осматривая коридор.
— Нужно включить громкую связь и дать людям инструкции. Иначе они все друг друга затопчут в попытке выбраться отсюда. Судя по всему, двери заблокированы, успокоить людей — задача первостепенная.