Особенности укрощения небожителей (СИ)
— Смотри, какие слова выучил, — пробухтел Тиньмо. — Давно ли краснел, как девственница, только услышав о весенних играх? Хвост как хвост. Главное ведь — не где, а кто гладит!
— Вот именно, — прошипел дядя Юншен. С одной стороны, мне, как благочестивому сыну, положено болеть за своего отца, но в данной ситуации… хм, да и где демоны, а где благочестие?
— Инь-эр! Пакость неблагодарная! Как ты смеешь ловить своего предка за рога?! — верещал миниатюрный дракон у меня в руках. — Верни обратно на плечо! Ладно, можешь даже на свое. Мне летать лениво.
— Нет уж, возвращайся к императору. — Я водрузил предка обратно.
— Ага! — перебил меня именно в этот момент император, взмахнув рукой. — Вот оно. Готово… свое снял. Так, создания хаоса, дальше ваша работа.
— Карамба-а-а! Ныряем, шмакодявка!
— Смотри, как в роль вошел, — усмехнулся Бай Юэ. — Оставлю тебя, пожалуй, на должности попугая. А что, еще ни у одного императора не было попугая хаоса.
— Но-но. — Тиньмо быстренько слетел с его плеча, покружил над теткой Янли, поймал ледяной взгляд ее мужа, фыркнул в усы и нахально спланировал на руки Тай Жень. Если бы я не был в этот момент занят распутыванием собственных щитов на гуцине, кое-кто остался бы без хвоста, и плевать мне на почтение к родителю!
Еще чуть-чуть. Вот так, а эту энергию сюда. Как только вся конструкция была распутана, раздался практически оглушительный звук бьющегося стекла и неприятный вой сирены.
— Кто первый? — неуверенно хмыкнул я, осматривая окружение. — Надо ребят, наверное, как-то оповестить, что свои. А то с перепугу и шквальным огнем могут встретить.
— Ты хозяин, тебе и идти, — улыбнулась тетка Янли. — Бери свою хозяйку — и вперед.
— В смысле… — Я покосился на отца, который тут же сделал вид, что он глухой попугае-дракон и вообще смотрит в другую сторону. Главное, его императорское величество тут же скопировал выражение этой морды и отвернулся! Но я упрямо продолжил: — В смысле — я хозяин? А…
— Не тупи, — все же вздохнул Тиньмо. — Это теперь твой мир. Давай, отпрыск, раз присвоил — тяни лямку.
— Щиты накиньте. Добрые старшие родственники. То есть как преступника ловить, так мы маленькие, а как в пекло лезть — взрослые и ответственные. — Но это я так. Просто бурчал, спокойно обклеивая себя связками из талисманов и покрывая щитом из энергии хаоса.
— Это твое пекло, сынок, персональное. Ну неужели не чувствуешь? Любого, кто поперек вас сунется, размажет. Даже меня, — снизошел до ехидно-ласкового объяснения родитель, сворачиваясь уютным клубком на руках моей жены и едва ли не мурлыкая. — Во всяком случае, пока я в таком, буквально зачаточном состоянии. Мне б в хаосе искупаться с десяток лет, жирок поднабрать.
— Тогда брысь. — Я снова непочтительно поймал папашу за рог, выдернул из рук жены и сунул тетке Янли — х-хе, никто не сказал, что мести богу терпения за подставу с побегом не будет. — Воронка рядом, купайся.
— Это чужая, — вздохнул папаша. — Ладно, не тяни!
И отвесил мне мощный направляющий подзатыльник из сжатого воздуха, «ослабевший» гад…
Я едва успел схватить Женю за руку, проваливаясь в гуцинь.
— Да чтоб вас, живодеры! Свя-а-азь! — пискнул Ян-Ян, утаскиваемый поводком за нами. Демоны! Опять про белку забыли.
Впрочем, вспомнил я о нем всего на секунду, потом стало не до ядовитых грызунов. Едва мы вывалились на родной, пусть и изрядно вытоптанный газон перед бамбуком, как воздух вокруг буквально взревел от боевых кличей, рычания, мычания и резких команд:
— Пли!
А потом нас накрыло.
Глава 48
Евгения:
— Всем стоять! — прорычал Яоши, яростно отплевываясь от какой-то гадости, которой после огненной волны, разбившейся о щит, нас окатило боевое звено бомбардировщиков-хаосят, с жутким визгом пикирующих из-под облаков. Только на их снаряды защита почему-то не подействовала. — Глаза разуйте, придурки!
— Повелитель! — взвыло рогато-зубастое воинство, тормозя боевые порядки буквально в нескольких метрах от нас.
— Точно повелитель? — усомнился кто-то из задних рядов. — А вдруг самозванец?! Не теряйте бдительности!
Яоши щелкнул пальцами, и вокруг него появились несколько голубых огоньков.
— Еще парочка таких вопросов — и уборкой, стройкой и прочими вещами так и продолжите заниматься вы сами, без помощи духов порядка, — раздраженно выдал демон, заклинаниями очищая сначала мою, а потом свою и Янову одежду, кожу и волосы.
— Повели-и-и-итель! — дружно взвыло ополчение. И на этот раз в их реве слышалось ликование вместо изумления и испуга. — Повелитель! Родненький!
— Щиты! — успела пискнуть я, но опоздала. Потому что налетевшие на нас радостные обитатели зоопарка так ликовали, что в какой-то момент реально едва не раздавили в объятиях. И меня, и Яоши, и Яна — за компанию.
— Спаси…те… — прохрипел почти раздавленный белк. Я только чуть слышно выдохнула, потому что даже пищать не могла — меня поймала в объятия какая-то грудастая мадам с золотыми рогами и так притиснула к своему телесному богатству, что я на своем опыте поняла, как чувствуют себя те, кого душат подушками.
— А ну, брысь! — опомнился Яоши и первым делом спас меня от удушения чужой грудью. — Отошли все на три шага! А то разгневаюсь! И крысу бросьте, кому сказал!
— Спа… спасибо. — Несчастный преступник выглядел так, словно его пожевали и выплюнули, но при этом весьма шустро пробился к нам сквозь толпу и вцепился в А-Иня словно в родного папу. Тот покосился на пальцы, сжавшиеся на локте, и только вздохнул. Отпихивать не стал.
— Раз вы тут, и синенькие духи снова летают, мы спасены? Окончательно? — задал тревожащий всех вопрос хуньдунь, за счет худобы человеческого тельца умудрившийся протиснуться в первый ряд. — Больше никаких землетрясений, наводнений, набегов и… голодовки? — последнее он выделил голосом, как самое волнительное.
— Голодовка отменяется, — радостно выдал демон, и хуньдунь буквально свалился в обморок со счастливой улыбкой блаженного. На руки скривившемуся фениксу. — Сейчас гуцинь снова подключат к небесной энергии, и мы, наконец, сможем навести тут порядок.
— Поря… — внезапно пискнул над нашими головами Умник и изобразил ошеломленный, а потом и вовсе рыдающий смайлик. — А как же мы, папа?! Мама!
— А вы-то тут при чем?
— Считается, что порядок и хаос — вещи несовместимые, — пояснил райдзю истерику четырех клякс.
— Это не такой порядок, успокойтесь, — махнул рукой Яоши. — Так, все по местам. У меня жена от вас устала. И вообще, сейчас будут гости. Гостей не жрать! По клеткам сидеть как порядочные экспонаты! О нашей демократии никому знать не надо!
Я кивнула, улыбнулась в плечо обнимавшего меня за талию демона и вдруг спохватилась, зашарила по карманам.
— Если гости принесут с собой еду, так уж и быть, не сожрем, — усмехнулся райдзю, глядя, как остальные обитатели зоопарка дисциплинированно рассаживаются по своим загонам. И вдруг замолк, собрав глаза к носу. — Э… это что? Еда или гость? — Он близоруко сощурился на баночку в моих руках и вдруг несолидно, совсем не по-тигриному, взвизгнул, отпрыгивая.
— Это Плюша, — пояснила я, глядя на него с недоумением. — Его надо отнести в бамбук и поймать ему пару комаров, он проголодался.
— Нет, только не я! — снова взвизгнул тигр и шарахнулся еще дальше. А потом и вовсе сбежал куда-то в сторону собственной клетки.
Я недоуменно оглянулась на Яоши и увидела, что тот бессовестно ржет.
— Ты неподражаема, — выдавил он между всхлипами. — В бездне была, в хаос за мной нырнула… и все равно умудрилась протащить везде свою пакость, не забыла и не потеряла!
— Да он в кармане был. — Я вздохнула и с нежностью осмотрела молоденькую, едва успевшую в первый раз перелинять сколопендру, скребущую лапками по стеклу. — Слушай, мне кажется или он подрос?