Сальто назад (СИ)

— Вадик, ты лучше расскажи о себе. Когда жениться собираешься?
— Вообще не собираюсь. На кой мне этот хомут? Я вот посмотрел, как Борька жён менял, как они его вечно кидали, так и решил, что мне даром такого не надо. Для здоровья существуют девочки нетяжёлого поведения, всегда на всё согласные. У меня такие подруги есть! Могу, кстати, познакомить, прямо сегодня. Штук пять соберём, устроим сэйшн.
— Да ну, на… — Хором произнесли Олег и Борис и заржали от такого совпадения.
— Мы мужчины семейные, серьёзные, нас жёны, дети дома ждут. — Олег изображает серьёзность. — Правильно я говорю, Борис Григорьевич?
— Совершенно верно, Олег Викторович! Вы абсолютно правы. Не годится отцам семейств, развлекаться с профурсетками какими-то. А вы, Вадим Васильевич, за дорогой следите, будьте так любезны.
Все трое дружно заржали.
— Вадик, ты лучше расскажи, как ты умудрился в Заельцовском парке участок отхватить. Да ещё и на берегу Оби. Здесь же одни шишки.
— Тут целая история. Отца моего перед представлением на генеральское звание отправили в Польшу, как раз когда у них действовало военное положение. Наших ментов кинули на дорожно-комендантскую службу. Блок-посты организовывать, фильтрационные лагеря строить. Помните же, что там три года назад творилось. Немцы на своей территории быстро справились. Стреляли всех подряд, не стесняясь, и порядок навели и в Штетине, и в Данциге буквально за полгода полный орднунг наступил. Чехи, сначала вошкались, пытались миром решить, но когда их штаб во Вроцлаве сожгли, то тоже миндальничать перестали и порядок навели по всей Силезии. Вот полякам пришлось туго, не справлялись они с собственными партизанами. Пришлось всё-таки нашим подключаться. У нас парни опыта войны с партизанами в Средней Азии набрались такого, что после Ферганы им полячишки на один зуб. Всё-таки Польша это Европа. Народ изнеженный и прогрессом испорченный… Так вот, однажды, отец спас от расправы нашего генерала Батурина. Практически, из петли вынул. Знаете такого?
— Откуда? — мы люди мирные, нам генералы… — Борька махнул рукой где-то внизу.
— Это начальник областного УВД! Очень важная фигура. После того приключения папане везде зелёный свет. Участок, в общем-то, не мой, по бумагам он отцу принадлежит, но платил я, за материалы, за работу тоже я платил, а с фондами конечно, без Батурина не обошлось.
— Борь, а ты давно Тришину видел? — вдруг поменял тему Олег. — Как у неё дела? Я слышал, что она во второй раз замуж вышла.
— Ха! Это у тебя старые сведения. — Борька смеётся. Сейчас она не Тришина, а Каплина, но с Каплиным тоже в разводе… Хотя я её уже полгода не видел. Перед её отъездом в Болгарию, когда же это было? Да, точно. В сентябре прошлого года. Её папа под Варной заведует Домом Творчества от Союза Художников Сибири. Так что, может быть, Леночка наша опять замуж выскочила. Для неё это пара пустяков. Тришин мне звонил в марте, предлагал сотрудничество в организации центров в таких местах, что я даже хотел сразу всё бросить и рвануть. Но положение обязывает, увы.
— И что за места? — Опять Вадим отвлекается от управления. — Может моё СМУ пригодится?
— Места просто сказочные. Адриатика и Черное море, Карпаты и Родопы, Дунай… Красота! Везде надо российские центры создавать. Жалко, что Хорватия откололась, а то бы и Далмация… но что теперь говорить.
— А почему откололась, ты не в курсе? Вроде бы они в одном государстве жили, что бы и дальше в объединённой Балкании не жить?
— Так они католики! Им и словенцам больше нравится немцами жить. Или на край итальянцами. Помнишь же, что в войну хорваты с сербами творили? Вот! Поэтому сербам проще было объединиться с мусульманской Албанией. Кстати, очень интересная страна с богатой историей. Год назад ездил туда. Очень понравилось. В Гирокастре проходило биеннале футурологов, я у Живкова выпросил пригласительный.
— Значит, наша Леночка сейчас в Варне живёт… — Вадим вспомнил с чего тема началась. — А помните, был в «Б» Мишка Лернер?
— Как не помнить, шустрый был пацан. — Олег оживлённо машет головой. — Он же с нами в один садик ходил. Говорят, ещё в восьмидесятом году в Израиль уехал с родаками. Вот тоже нашли куда ехать.
 
— Так вернулся! После того, как сначала арабы там всё захватили, а потом американы отбомбились. Отец у него погиб во время обстрела Хайфы, а Мишка сначала служил, говорит, даже воевал с сирийцами, а потом, как армию распустили забрал мать и рванул на родину. Пусть и не историческая, зато не бомбят и не стреляют.
Американцы конечно арабов победили, но легче евреям не стало. Как там древние говорили? Пиррова победа? Вот и у них. Лернер рассказывал, что думал он сначала в Штаты махнуть, его взвод почти всем составом туда подался, но потом прикинул инфляцию, посчитал дебет-кредит и решил, что лучше всё-таки СССР.
— После такой победы, понятно, почему Рейгана на второй срок не избрали. Облажался этот недоковбой.
— У Кеннеди-то дела тоже не шибко хорошо обстоят.
— Ничего, справится. Мне Живков говорил, что Балканская конфедерация хочет выступить спонсором некоторых благотворительных программ в США и Канаде.
— Вот это поворот! А ничего, что весовые категории у них несопоставимы?
— Вот и ничего! Я, конечно, тоже сначала удивился, но Живкова намекнул, что хочет продать в США технологии альтернативного топлива. И в Европе и в Америке это сейчас проблема номер один. Объёмы добычи так и не вернулись к показателям 80 года. А разработки этого топлива они у нас скоммуниздили. В нашем институте катализа уже в начале 70-х существовал проект получения биодизеля из водорослей. Только нашим такое не интересно, проще нефть и газ жечь, поэтому проект и не получил развития.
— А я не хотел бы дом за границей! — вдруг заявляет Олег. — Чёрт его знает, как оно может повернуться, сегодня они друзья, а завтра продадутся врагам. Плакали ваши домики и садики. Вот в Крыму построиться было бы здорово.
— Согласен, особенно теперь, когда Крым у Украины отобрали и отдельной республикой сделали. Сейчас как вольют туда из сверхдоходов деньжищ, так там всё в Голливуд превратится.
Лесное шоссе расстилалось перед УАЗиком. Фонари вдоль хорошо освещённой «обкомовской» трассы выхватывали зелёные гроздья подлеска. До нового дома оставалось совсем немного, а друзья продолжали привычный трёп, хвастаясь достижениями, друг перед другом.