Сальто назад (СИ)

— Как кто? — Борис искренне удивлён. — Я прекрасно помню, что Севастьянов обещал дать команду ДОКу на предоставление нам дверных и оконных блоков. Вот с кадрами у них загвоздка. Людей не хватает. Поэтому мы с вами решили, что установку произведём своими силами, как и отделочные работы. У меня есть человек, который в свободное от работы время занимается как раз комплектованием строительных бригад. Он уже разговаривал с товарищем Живковой. Давайте, он завтра к нам подойдет, и мы с ним всё решим, чтобы уже с понедельника начать работу. Тут хорошо бы для начала ПСР в минимальном объёме провести. Начиная с обмеров. Сколько нам Горисполком площадей выделил? — Этот вопрос уже предназначался Гриневичу.
— Да хоть весь этаж забирайте, всё равно простаивает, — Гриневич ворчал, скрывая за недовольством неловкость ситуации. — А вообще товарищ Рогов прав, ПСР сделать просто необходимо. На основании сметы можно будет деньги у областного бюджета просить. Но тут я вам могу помочь только геодезистами, у нас других проектировщиков в УКСе нет.
— Вот и хорошо! — Рогов хлопнул по плечу пожилого строителя. — С этого и начнём. Присылайте прямо завтра геодезистов сюда. Пусть они обмеры сделают точные. Весь этаж снимают и вам кальки выдают. А уж вы со штампом Горисполкома нам всё под протокол передадите, как готово будет.
К обеду удалось решить основные вопросы по обустройству. Все поняли, что раньше начала июня управление стройкой не начнётся.
Сеновалов был очень рад таким заказчикам. Особенно его вдохновляла работа с иностранцами. Пусть даже и из соцлагеря.
— Потом с таким послужным списком, мы сможем легко цены на свои услуги поднять! — довольно потирал он руки, прихлёбывая домашнее смородиновое. — Давай твоего шефа ко мне на дачу пригласим. Баня, вино, девочки…
Со скрипом, но машина строительства стронулась с места. А уже на следующей неделе появились и первые плоды культурного сотрудничества. В консульство обратился Игорь Огородников с большой комплексной программой строительства усадебных домов для Сибири. Он почему-то назвал программу «ЭкоДом». Главным в ней был не сам дом, а автономные системы жизнеобеспечения, разработанные научными сотрудниками институтов теплофизики и гидродинамики ННЦ СО АН СССР.
— Понимаете, «ЭкоДом» это такой замкнутый сам на себя процесс, полностью автономный от окружающей среды, ему ничего не нужно. Даже электроэнергию можно получать с помощью солнечных батарей, энергии ветра, вы понимаете, какой это прорыв? Не только в домостроении, а и в жизни человеческой. Новая концепция жизнеустройства!
Ведь уже сейчас человечество достигло некоего предела технического развития. К сегодняшнему дню наш коллектив выделил 40 проблемных областей, грозящих цивилизационным кризисом в ближайшие 50 лет. Из них 12 связаны с жильем! Получается, что жилье — одна из актуальных проблем. Не стоит забывать, что жильё — 30 % ресурсов и 40 % вредных выбросов. Кроме того это проблемы с водой и свалками. Наше революционное предложение — развитие индустрии экодомов. Это дом без отходов, дом, который живет за счет солнца, и который может обеспечить человека основными продуктами питания. Значит, если все переселятся в такие экодома, то большой перечень проблем не надо будет решать! Их не будет в принципе. Вот такая философия.
Огородников тут же достал распечатанные репринтным способом буклеты. Плохая печать на отвратительной синей бумаге, создавала отталкивающее впечатление. Даже в руки брать не хотелось.
— Игорь Александрович, а вы не пробовали обратиться к профессиональным книжным оформителям? — Борис решил, что тема может вполне подойти и для болгарских товарищей. — Ведь это вот в руки взять неприятно.
— Это же фонды, деньги, а у нас все типографии работают по утверждённым планам. Поэтому, уж что смогли… — Огородников удручённо пожал плечами. — Я думаю, что главное — смысл! А он передан максимально доступным языком. Вот послушайте… — Он шуршит страницами, собираясь зачитать нам важную, по его мнению, информацию.
 
— Нет, спасибо вам огромное, — прерывает его Делчев. — Я думаю, мы будем с вами сотрудничать. Экология, сокращение вредных выбросов, автономные системы, всё может нам пригодиться.
Братья Огородниковы оказались очень ценным ресурсом, так как хорошо знали многих нестандартно мыслящих учёных Академгородка. Так по их наводке в болгарском консульстве появился Семён Новосёлов, автор уникальных систем очистки промышленных стоков. Он приехал не один, а с Галей Коваленко из института катализа. Новосёлов помогал ей в работе над исследованием процессов протекающих в сточных водах. Видно было, что она интересна ему не столько как исследователь, сколько как молодая красивая женщина. Поддержка темы и поиск средств для продолжения исследований помогали ему и на фронте сближения.
Также или почти также дело проходило и в других болгарских культурных центрах. Уже в начале лета стало понятно, что дело, затеянное с подачи Живкова, хоть и потребовало солидных финансов на первом этапе, но в будущем обещало большую отдачу.
  
ЭПИЛОГ
 
28 мая 1986 года. Новосибирск. Школа № 82. Вечер встречи выпускников. Рогов, Ракитов и Сеновалов.
— Мужики, нах, а не продолжить ли нам такой замечательный праздник у меня, нах? — Вадик Сеновалов вернулся с танцпола за стол к друзьям. Совсем недавно он въехал в новый собственный дом, и ему не терпелось продемонстрировать друзьям чудо строительного искусства. — Рванём сейчас на моём вездеходе. Вспомним молодость.
— Хорошая идея! — поддержал приятеля Олег Ракитов. — Вот только Танюшка с девочками языками зацепилась, хрен оторвёшь.
— Так ты её тут с ними и оставь. Пусть девушка развлекается, сколько хочет. — Борька быстро нашёл способ решить проблему к всеобщему удовольствию. Ключи от машины ей отдай и поехали.
— Ну, я не знаю, — тянет Олег. Он не любит пререкаться с женой, особенно когда ситуация возникает спонтанно. — Впрочем, ладно. Не так часто мы встречаемся.
Уже через десять минут мы втроём разместились на мягко пружинящих диванах Вадиного воронка. Вадик немного навеселе, но это его не смущает нисколько.
— У меня есть волшебные корочки! — Громко хвастается он, демонстрируя красную книжечку сотрудника ГИБДД. — Нам не страшен ГИБДД, напевает он тут же на мотив песенки трёх поросят.
— Вадим, может, лучше такси поймаем? — Олег тоже поддатый, но сохраняет способность к здравомыслию. — Ещё угробишь.
— Не-е-е! — Вадиному возмущению нет предела. — Олежа, нах, во-первых, я почти трезв, хоть сейчас тест могу пройти. Во-вторых, я и бухим вожу как Линдгрен, а сейчас, нах, я как стекло! Короче! Отставить разговоры! Едем, нах…
Он, продолжая недовольно ворчать, поворачивает ключ зажигания, на автомате отпускает ручник, кидает ручку передач, исполняет привычные па ногами и УАЗ, урча мотором, плавно выкатывается со школьного двора.
— Вадик, сколько до твоей хаты ехать? — Олег решил немного подколоть дружка. — Час? Больше?
— Не надо грязи! — Вадик поймался на подначку. — За полчаса домчим. Ты лучше расскажи, что у вас с Танькой нового.
— Да вроде как ничего особо нового не случилось. Светке вот три года исполнилось. Такая девка бойкая растёт, уже половину букв знает. А! Вспомнил! Есть новость у нас. Мы с Татьяной собираемся при болгарском центре открыть студию ТРИЗ. Борь, ты помнишь? Мы с тобой говорили пару недель назад…
— Олежа, всё путём, я с Людмилой Живковой договорился, она одобрила. Только с одним условием. Копии всех разработок должны отправляться в Софию.
— Глупости! — подаёт голос с водительского сиденья Сеновалов. — Ни у кого ничего путного с ТРИЗом не получилось. Шулер этот ваш Альтшулер.
— Да ни фига! — в голосе Олега слышно возмущение. — У ТРИЗа огромный потенциал. Просто до сих пор никто серьёзно не финансировал…
— Олег, ты же начинал тему электропривода? Вот там и надо копать. Я конечно, от этого давно отошёл и почти ничего не помню, но помяни моё слово, будущее за всякими такими штуками.