Шаг вверх (СИ)

— Да, вакцина — это сильный ход. — Британский адмирал, кивнул. — Что-ж, флот Её Величества в деле. Я пошлю своих специалистов с вашими командами. Они вскроют шахты и арсеналы, и помогут снять боеголовки. И, адмирал, лучше, чтобы это были солдаты и офицеры не в шапках-ушанках со звёздами.
— Геладзе! — Крикнул адмирал в пространство и мгновенно словно из ниоткуда нарисовался морской офицер с погонами капитана первого ранга. — У нас на катере же есть морпехи? Путь парочка поднимется на борт, и зайдёт сюда. Хочу продемонстрировать господину командующему флотом Её Величества, наш новый фасон ушанок и штатные балалайки.
Морские пехотинцы, одетые в новейшую штурмовую броню, не заставили себя долго ждать. Мягко ступая по металлу палубы в сапогах с толстой упругой подошвой, встали перед Кузнецовым, и синхронно вытянулись по стойке смирно.
— Товарищ адмирал флота. Командир сто двадцатого отдельного противодиверсионного отряда майор Субботин по вашему приказанию прибыл.
— Товарищ адмирал флота. Командир разведвзвода сто двадцатого отдельного противодиверсионного отряда лейтенант Воскресенский по вашему приказанию прибыл.
Граф Маунбеттен даже встал от неожиданности. Вошедшие бойцы, с ног до головы закрытые бронёй, с глухими шлемами закрытыми непрозрачными панорамным стеклом выглядели скорее космонавтами, чем воинами наземных сил. Но автоматы, висевшие стволами вниз в ременной системе, торчащие из-за спины горловины автоматных магазинов, пружинка антенны над правым плечом, нож на левой стороне груди висевший рукоятью вниз, и даже пистолетная кобура на бедре, всё говорило о том, что это именно воин.
— Впечатляет. — Адмирал подошёл ближе. — И ушанки, и балалайки, и… ватники. Я даже не знаю, что ещё вам нужно показать, чтобы так же впечатлить меня.
— Не вопрос. — Кузнецов встал, и вскинул ладонь к фуражке, отдавая честь. — Проводите нас к борту?
Когда они оказались у борта, подойдя к длинному трапу, уходящему к воде, Николай Герасимович, коротко бросил: — Катер, на палубу.
Никто из морпехов не шевельнулся, но за бортом корабля раздался негромкий гул, и словно всплывая из-под воды, над авианосцем показался широкий и длинный адмиральский катер, похожий скорее на космический корабль, только со сдвоенной пушкой в носу, и ракетной турелью на корме.
Вода ещё лилась, стекая с борта, и когда катер сел на палубу, под ним стала скапливаться большая лужа.
— Я пришлю своего офицера связи, господин командующий. — Кузнецов, снова козырнул, и когда бок катера вдруг разошёлся створками и оттуда выскочила лестница, взошёл с сопровождающими на борт.
Негромко фыркнув, водой из-под днища, катер поднялся в воздух, и набирая скорость устремился к советской эскадре.
— Сэр? — командир авианосца вице-адмирал Генри Мур, повернулся в сторону командующего. — Сэр, что это было?
— Это, нам показали, что мы играем не в своей лиге. — граф Маунтбеттен Бирманский, тяжело вздохнул. — Уверен, что у них в рукавах ещё полно тузов, так что передай по кораблям, что, если кто хоть косо глянет на русских, я тому лично откручу голову.
США
А в США всё было намного проще. Американские моряки, ушедшие перед эпидемией в море, продолжали сидеть по иностранным базам, и не торопились возвращаться. Десяток кораблей и подводных лодок, не рискуя приставать к японскому берегу, в том числе Вторая Тихоокеанская авианосная группа во главе с авианосцем Энтерпрайз, торчала на рейде бухты Золото Рог, у Владивостока, и тоже не особенно рвалась на родину.
Штурмовые группы, высаженные с самолётов, которые садились прямо на взлётки американских аэропортов, морская пехота с кораблей, и спецназ доставляемый с вертолётоносца «Ленин» быстро проверяли точки хранения ядерного оружия, и демонтировав боеголовки, свозили их на сухогруз «Аджария» специально подогнанный для этого дела.
Изредка возникали перестрелки между группами и местными жителями, но концовка была предсказуемой. Армейское или флотское подразделение, с бронетехникой и тяжёлым вооружением просто раскатывали любую банду в блин. Чуть тяжелее была ситуация с американскими военными, но и с ними договорились, продемонстрировав кнут, в виде удара оперативно-тактической ракеты в зоне видимости наблюдателей, и пряник — вакцину.
 
Биологическое оружие превращали в пар, разогревая всю лабораторию до температуры в пару тысяч градусов, спекая сталь и бетон в один ком, а химическое, превращали в относительно безвредную бурду, или тоже сжигали, объединяя силы десятка сильных энергетиков. Любая химия переставала быть таковой уже при температуре полторы тысячи градусов, а при температуре в три тысячи, разлеталась на отдельные атомы.
Энергетики при такой работе быстро выдыхались, так что были привлечены даже командоры, и архимагистры Ордена Красной Звезды. Не избежал нагрузки и Мечников, которого вместе с двенадцатью другими командорами, переправили на территорию США на борту реактивного самолёта Ту-95П недавно поступившими на вооружение. Специально для перевозки людей фюзеляж был расширен до пяти метров, на борту самолёта установили удобные кресла, сделали выгородку с туалетами, душевой комнатой, и что-то вроде салона, с большим экраном, и биллиардным столом.
Все командоры и архимагистры занимали значимые должности, а кое — кто как например Лев Ландау, занимались исследовательской и научной работой имея свой институт. Но при этом все были что называется свойскими людьми, называли друг друга по имени, и потребовали того же от Александра, который накануне выучил не только имена-фамилии-отчества, но и род занятий, а также основные вехи биографии. Никакой необходимости в этом не было, но привычка — вторая натура, и Мечников разговаривая с главными энергетиками СССР чувствовал себя более свободно.
Дозаправившись над Европой, самолёт сел в аэропорту Далласа, где, благодаря военным, уцелел практически весь город. Население сильно побила эпидемия, но в целом можно сказать что город выжил. Работали школы, магазины, фермеры привозили продукты, а плату брали патронами и стрелковым вооружением, которого на армейских складах было на три войны.
Передовые группы уже обо всём договорились с генералом Льюисом, и тот не только разрешил советским самолётам посадку, но также выделил здание под проживание, поставил свою охрану, и помог с бронетехникой пока не пришла советская колонна с Тихоокеанского побережья.
А кроме того, русские открыли пост вакцинации, и делали уколы бесплатно, так что простые американцы относились к «red army» вполне положительно.
В США, или точнее том, что осталось от страны Александр пробыл около двух месяцев участвуя в разных силовых акциях, и как энергетик поддержки, и просто как офицер, имеющий карт-бланш от Партии на ведение переговоров и оплату. А первой такой операцией был рейд в Вашингтон в штаб-квартиру ЦРУ.
Разведчики, забаррикадировавшиеся в здании, успели закрыть противоштурмовые заслонки, и на них были явственно видны следы многочисленных попыток взлома. Но никто из американцев не подъезжал в составе колонны БТР — 60, и колёсных САУ «Рябина» с автоматической 57мм пушкой.
Пока командиры спорили как выбивать стальной бронещит, Александр вычертил конструкт поглощения, напитал его и активировав подождал пока холод выморозит сталь до состояния стекла, и пистолетным выстрелом разнёс металл вдребезги.
— Ну, можно и так. — Командор Толстой усмехнулся. — Александр Леонидович. Поберегите силы, нам ещё много чего взламывать придётся, и не везде можно будет воспользоваться взрывчаткой.
 
В здании было грязно. В буквальном смысле. Лужи жидкости похожей на нефть, в которые превращался человек «съеденный» магической чумой, высыхали, и превращались в плотную несмываемую жирную грязь, которая уродливыми пятнами лежала везде. В холле, в коридорах и кабинетах. Одежда и пластик как ни странно тоже истлевала почти мгновенно и всё что оставалось, это металлические предметы. В основном пистолеты и револьверы.