Джентльмен с Харви-стрит (СИ)

– Я сам передам эти вещи сеньору, можешь не беспокоиться.
– Но...
– И никаких «но». Просто иди заниматься своими делами... Что ты обычно там делаешь: серебро полируешь, или только свое разросшееся до небес самомнение? Так вот, продолжай в том же духе.
Сказав это, Томазо Джонсон сунул в карман и женский шатлен, и платок и вышел за дверь, позабыв даже позавтракать. Желудок сразу же заурчал, напоминая о его промахе, но возвращаться и доставлять этим удовольствие дворецкому под шесть футов ростом Джонсон не стал: высокие люди всегда до странного раздражающе на него действовали. И дело не в его собственном маленьком росте – пять футов, шесть дюймов – а в их высоко вздернутом носе. Для общения с ними приходилось задирать голову, а от этого затекали спина и шея, а дискомфорт раздражал.
Дом в Брикстоне оказался уютным коттеджем с большими эркерными окнами и садом, расцвеченным цветущими хризантемами. Мистер Джонсон тронул дверной молоток, оповещая живущих внутри о визите, и подготовил одну из дежурных улыбок. Не слишком приторных, но и не пресных – располагающих, как ему виделось.
– Чем могу быть полезна, сэр? – осведомилась открывшая дверь служанка.
– Любезная, я ищу свою родственницу, Корнелию Поттер, и насколько мне стало известно, она здесь работает. Так ли это?
– Э... да. Миссис Поттер прислуживает хозяйке.
– Как замечательно: значит, я отыскал ее, – восторженно выдал Джонсон и сразу же попросил: – Не могли бы вы позвать ее, милая? Наш разговор не займет много времени.
Служанка кивнула, однако, заметила:
– Только не обессудьте, сэр, но в дом я вас не пущу: мало ли.
– Как пожелаете, милая.
Дверь захлопнулась, Джонсон остался стоять на пороге, как брошенный кем-то щенок. Мерзкое ощущеньице. К счастью, дверь снова открылась и относительно быстро – Джонсон увидел уже не первой свежести женщину лет за сорок с настороженным выражением на лице. Кутаясь в теплую шаль, будто ей защищаясь, она осведомилась:
– Кто вы такой? У меня нет родственников ни в Англии, ни где-либо в мире.
– Томазо Джонсон к вашим услугам, сеньора, – поклонился он ей. – Частный сыщик, работающий по делу де Моранвиллей.
Миссис Поттер, едва это услышав, посерела лицом и запахнулась в шаль еще больше.
– Опять? – выдохнула она. – Сколько можно поминать это страшное происшествие? Я желаю забыть обо всем и спокойно жить дальше. Кто прислал вас?
Томазо Джонсон выдал заранее приготовленный ответ:
– Я работаю по настоятельному желанию миледи Стаффорд, сеньора.
Женщина выдохнула и покосилась на дверь, заговорив тише.
– Я рассказала полиции все, что знала, сэр, добавить мне нечего. Пожалуйста, не терзайте меня этим снова! Скажите миледи... скажите, искать нужно ту гувернантку, мисс Харпер, а не тревожить покой непричастных к делу людей.
– Можете быть уверены, я передам ей ваши слова, – уверил Джонсон, – но для начала задам вам кое-какие вопросы. Позволите?
– Я не могу отлучаться надолго, хозяйка может позвать меня в любую минуту.
– Тогда не станем тянуть, – кивнул Джонсон, – на допросе в полиции вы показали, что видели, как мисс Харпер, гувернантка маленького Анри, выходила посреди ночи из комнаты хозяина дома. Вы все еще подтверждаете эти слова?
– Боже мой, ну не здесь же. – Застенав, женщина распахнула дверь шире и пустила Джонсона в дом. – Поговорим в комнате экономки. Она не станет противиться.
Миссис Поттер повела его на половину для слуг и ввела в маленькую, чистую комнатку с вышитыми салфетками на кровати, столе и серванте с посудой.
– Присаживайтесь, прошу. – Кивнула она на стул и сама тоже присела. – Итак, что вы хотели узнать?
– Я спрашивал о мисс Харпер, вы уверены, что это она выходила из комнаты графа незадолго до случившейся в доме трагедии?
– Абсолютно уверена. Не узнать ее было бы сложно: цвет волос у нее необычный, а в тот момент они были распущены.
– Как повела себя мисс, когда поняла, что попалась вам на глаза?
– Она испугалась, ясное дело. А до этого... улыбалась...
– Вы уверены?
 
– Вы как будто во мне сомневаетесь, – возмутилась собеседница Джонсона. – Да, я уверена. И нет бы я относилась к мисс Харпер недобро, так нет: я не верила до последнего, что они с графом... любовники. Защищала ее перед слугами. И госпожой. А потом это встреча...
– Что сделала гувернантка, когда увидела вас?
– Попросила молчать, ясное дело. Мол, это выгодно нам обеим!
– Что это значило, миссис Поттер?
Женщина стиснула зубы.
– Не сразу, но я догадалась, что она предлагает мне деньги, – сказала она. – Мисс Харпер, должно быть, получала от графа подарки и предлагала ими со мной поделиться...
Джонсон мысленно хмыкнул, но только мысленно. Как интересно!
– И вы промолчали?
– Не из-за денег, ясное дело, – с оскорбленным видом ответила женщина, – просто-напросто не хотела делать больно хозяйке. Граф, в конце концов, не святой, мы все это знали. Но мисс Харпер... Она казалась всегда такой правильной. И собиралась выходить замуж...
– А не могло ли быть так, что вы неправильно поняли ее визит к графу? – поинтересовался Джонсон у собеседницы. – Скажем, она принесла ему чаю или...
– Сэр, она – гувернантка, не горничная, – не дала ему договорить миссис Поттер. – Чай графу мог принести кто угодно, но не она! Да еще посреди ночи с одном халате и с этими волосами... По-вашему, я совершенная идиотка? – возмутилась она. – Нет, сопоставив все факты, я поняла, что напрасно выгораживала мисс Харпер, защищая ее от наветов слуг. И перестала общаться с бесстыдницей!
Задав еще несколько разных вопросов по делу, но скорее для вида, так как вопрос с романом мисс Харпер с де Моранвиллем занимал Джонсона в первую очередь, он поднялся, чтобы уйти. Как раз постучали, сообщая, что миссис Поттер зовет госпожа...
– Вы отыщите выход сами или мне кого-нибудь попросить проводить вас? – спросила женщина.
– Я запомнил дорогу, благодарю.
Довольная поскорей с ним расстаться, миссис Поттер кивнула и поспешила к лестнице на хозяйскую половину, а Джонсон направился по коридору к выходу. Задумавшись, он почти вскрикнул от неожиданности, когда цепкие руки схватили его за рукав и потянули за собой в темный угол... Там, в полумраке маленького чулана, на него с интересом глядели большие голубые глаза, как будто рассерженные.
С чего бы вдруг?
– Мисс, что-то случилось? – спросил он с улыбкой. – Вы меня так внезапно похитили...
– Тише. – Ему на губы легла маленькая ладошка.
По коридору за дверью кто-то прошел...
– Мисс, вы меня интригуете все больше и больше, – шепотом произнес Джонсон, не умея сдержать изгибавшей губы улыбки. Ладошка к тому моменты не прикрывала уже его губы, а, сжавшись в кулак, висела вдоль стройного женского тела, одетого в строгое платье. – Что мы здесь делаем, в этом чулане? – обвел он помещение взглядом. – Скрываемся от кого-то? Или я вам понравился и...
– Да перестаньте уже нести чушь, умоляю, – невежливо, даже грубо одернула его девушка с голубыми глазами. – Все это не шутки, чтобы вы знали. – И очень серьезно спросила: – Вы, в самом деле, расследуете дело де Моранвиллей?
Он так опешил, что ответил без экивоков:
– Расследую. А вам с того что?
Девушка одарила его долгим, изучающим взглядом и совершенно ошеломила, признавшись:
– Я подслушивала под дверью ваш разговор с миссис Поттер. – У Джонсона как-то странно екнуло сердце. – Эта лживая гадина оговаривает сестру... Вы, надеюсь, ей не поверили?
Брови девицы сдвинулись на переносицу, и мужчина впервые на своей памяти утратил дар речи.
– Э... я как бы... Простите, сестру? Вы сказали, сестру?
– Беатрис Харпер, – представилась девушка, протянув ему руку и по-мужски поздоровавшись.
Антуан Томазо Джонсон непроизвольно сглотнул.
  
Эпизод двадцать пятый
 
– То есть вы родная сестра... – «главной подозреваемой» хотел было произнести Джонсон, но неожиданно не решился, – Розалин Харпер, гувернантки в доме де Моранвиллей?