Когда наши миры сталкиваются (ЛП)

Лицо Грэма трудно расшифровать. Он выглядит удивленным, смущенным и явно удовлетворенным моей реакцией. Парень расплывается в улыбке, когда видит выражение моего лица.
— Это был первый раз... первый раз, когда ты... — он замолчал.
Я прячу лицо в ладонях, упираясь локтями в колени.
— Поставь это на первое место в списке самых унизительных моментов моей жизни.
Грэм делает шаг в сторону, но старается не отходить слишком далеко. Его тихий смех окружает нас. Это не смешно. Никогда в жизни я не чувствовала подобного унижения.
Грэм сокращает расстояние между нами, снова кладя руки по обе стороны от меня и наклоняясь ближе. Я собираюсь воспламениться от того, что он так близко, так скоро после...
— У тебя нет причин смущаться, Кеннеди. У тебя был оргазм, вот и все, — заявляет Грэм, как будто это не имеет большого значения. Я знаю, что он пытается заставить меня чувствовать себя лучше, но от этого мне еще более неловко.
— О, ну раз ты так говоришь. — Я потираю лицо руками, пытаясь набраться храбрости, чтобы посмотреть на Грэма, чьи глаза сверкают, заставляя меня чувствовать себя так, словно я в огне.
На его губах появляется игривая ухмылка, когда он окидывает меня взглядом. Я беспомощно ерзаю на столике. Парень кокетничает, пытаясь поднять мне настроение. В одних шортах и черном атласном лифчике я чувствую себя беззащитной, он способен заставить меня чувствовать себя уязвимой.
— Ты прекрасна, — шепчет Грэм, проводя пальцами по моей ключице и шее, отчего по коже бегут мурашки. Я вздрагиваю, когда Грэм целует те места, на которых его пальцы только что оставили горячий след.
— Уверена, ты говоришь это всем девушкам, — бормочу я самым самоуничижительным тоном, мгновенно сожалея об этом. Указание на прошлые связи Грэма совсем не к месту.
Грэм смотрит на меня с явным недовольством. Он удивлен, что я говорю такое? Я имею в виду, он ведь Грэм чертов Блэк.
— Я просто хочу кое-что прояснить. Никогда, и когда я говорю «никогда», я имею в виду «никогда», я никогда не говорил этого девушке. У меня есть репутация, я не хочу лгать тебе и оправдываться. Я никогда не испытывал потребности мило разговаривать с другими девушками, потому что не чувствовал к ним того, что чувствую к тебе. Я просто проводил с ними время, чтобы получить удовлетворение. Вот и все.
— Хорошо... — говорю я в шоке от его признания.
Я ему нравлюсь?
— Ты мне нравишься и это не имеет никакого отношения к тому, что ты сделала для меня той ночью. Дело в том, кто ты есть. Я не хочу, чтобы ты думала, что обязана сегодня заходить дальше. Я этого и не допущу, — начинает объяснять Грэм. Я пытаюсь прервать его, но он перебивает меня. — Дай мне закончить. Я не позволю себе продолжить, потому что ты заслуживаешь лучшего. Лучше, чем я, лучше, чем кто-либо другой. Твой первый раз должен быть особенным, и я не имею права отнять это у тебя.
— Ты закончил? — Я вскидываю бровь, и он кивает. — Я сижу здесь в одних шортах и лифчике, если ты не заметил…
— Кен, я не слепой. Поверьте мне, я заметил, и мне требуется много сил, чтобы не сорвать их с тебя. — Грэм смотрит на меня, как будто я его последний шанс на секс.
— Ты просто заставил меня почувствовать... честно говоря, я даже не могу описать, что ты со мной сделал. Хочешь сказать, что ты выбрал именно этот момент, чтобы быть стойким парнем, не переспав со мной? — я улыбаюсь в каком-то восхищении.
— Думаю, что да. Ты заслуживаешь лучшего, чем туалетный столик в ванной. Первый раз должен быть с кем-то особенным, и если это буду я, тогда отлично, но если нет, то тоже хорошо. Я уже говорил тебе, что хочу быть честным с тобой, и это моя честность, — признается Грэм, сверкнув своей идеальной улыбкой.
— Похоже на то. Брось мне мою майку. — Я указываю на свою майку, лежащую на полу рядом с его сброшенными штанами. Приятно видеть наши вещи вместе. Я спрыгиваю со стола с помощью Грэма и целомудренно целую его в губы. — Иди в душ и ложись спать.
Закрыв за собой дверь, подскакиваю к комоду, вытаскиваю чистую майку и натягиваю ее.
 
Бесстыдно слушая, как Грэм принимает душ, думаю о его честности. Это мило. Хотя я знаю, что не готова к сексу, часть меня чувствует себя отвергнутой им. Он, как известно, спит почти со всеми, что является достаточно хорошим предлогом, чтобы не стать еще одной зарубкой на его кровати. Меня тянет к нему, несмотря на его репутацию. Особенно после того, что только что произошло в ванной, будет трудно не поддаться моим импульсам и не наброситься на него, как только он выйдет из ванной.
Я сажусь на кровати и жду, когда он закончит принимать душ. Я слышу, как он выключает воду в душе. Затем слышу шум воды в раковине, и то, как он открывает и закрывает ящики. Грэм Блэк за моей дверью, вероятно, совершенно голый, с каплями воды, стекающими по его идеальному телу. Боже, я нервничаю.
Грэм выходит из ванной в одних трусах-боксерах, которые сидят слишком низко на бедрах, не позволяя сосредоточиться. Его кожа влажно блестит после душа, о чем я только что мечтала. Я пробегаю глазами по его прессу, тихо вздохнув. По крайней мере, думаю, что тихо. Грэм ловит мой взгляд, блуждающий по всему его телу.
— Видишь что-нибудь интересное, Кен? —смеется Грэм. Меня поймали.
— Ты не можешь быть настоящим, верно? Я имею в виду, что старшеклассники не должны так выглядеть и иметь такие тела, как у тебя. Это несправедливо по отношению к остальным, — отвечаю я, указывая на его безукоризненно подтянутое тело. Должно быть, я сказала что-то забавное, потому что Грэм хохочет и не собирается останавливаться. Я быстро меняю тему разговора от стыда. — Как тебе душ?
— Освежающий, — отвечает парень прямо и весело, проводя рукой по влажным волосам. Он выглядит сексуальнее, если это вообще возможно.
— Горячей воды не было? — сомневаюсь, чтобы водонагреватель снова сломался. Это последнее, о чем нужно беспокоиться моим родителям.
— Это не был холодный душ. Я решил, что если мы будем спать в одной постели, то мне следует позаботиться о себе, чтобы тебе ничего не угрожало, —говорит Грэм с усмешкой.
— О-о-о… — Я улыбаюсь, понимая, что он имеет в виду и откидываю одеяло, позволяя Грэму скользнуть на кровать. Он немного возиться, устраиваясь удобнее, пока я не ложусь рядом с ним, выключая ночник. Парень явно хорошо рядом со мной. Не знаю, как мы к этому пришли, но не хочу, чтобы это закончилось.
— Кеннеди? —шепчет Грэм в темноту.
— Да. — Я поворачиваюсь к нему лицом.
— Что теперь? — едва слышно спрашивает он.
Что-то изменилось между нами. Мы уже не просто друзья, если мы когда-либо вообще ими были. Между нами все гораздо сложнее. Боюсь, что Грэм не знает, как пройти через это, не причинив кому-нибудь из нас боли.
Я даже не знаю точно, когда это произошло. В какой-то момент я перестала смотреть на Грэма, как все другие девушки и начала видеть в нем человека, которого знаю. Человека, которого он спрятал глубоко внутри, которого он скрывает от всех остальных. Грэм милый и нежный. Никто не будет использовать эти слова, чтобы описать его. Все остальные видят в нем неприкасаемого, недосягаемого парня.
— Чего ты хочешь? — неохотно спрашиваю я, боясь услышать ответ.
— Честно говоря, понятия не имею. Я просто боюсь, что разочарую тебя и сделаю больно, потому что не знаю, как быть по-другому. — Грэм поворачивается ко мне лицом. Он не может видеть меня в темноте моей комнаты, так как единственный источник света – будильник. Но это и неважно. — Я парень, который никогда не был в реальных отношениях, но сумел переспать с большинством девочек в школе. Я парень, который не позволяет девушкам снимать футболки, когда я дурачусь с ними, потому что это слишком личное. Я не тот, с кем тебе стоит сближаться.
 
Меня потрясают его слова. До меня доходили слухи, но я им не верила. Что за парень заставляет девушку не снимать майку? Я не эксперт, но даже я знаю, что это кажется маловероятным. Трудно слушать его слова. Он очень мало думает о том, какой он на самом деле и при этом излучает больше уверенности, чем любой подросток может когда-либо надеяться. Потом до меня доходит.