Николай Кровавый. Трилогия (СИ)

Вообще то, Михаил не был в восторге ни от своего положения принца‑консорта, ни от своих новых гавайских родственников, что не помешало появлению на свет наследника престола Гавайского королевства. Поданные тоже не очень его устраивали. Сами то коренные жители островов были еще ничего. Но вот выходцы из САСШ и России были еще теми фруктами. Первые были неисправимыми расистами, а вторые – вор на воре и вором погоняет. Даже лица духовного звания из недавно образованной православной епархии, не являли собой пример достойный подражания. Это были те, от кого наша церковь предпочла избавиться. Причем, чтобы и здесь они ее не дискредитировали дурными привычками, их сперва пропускали через срочно организованные монастыри со строгим уставом. То есть и для церковников эти острова являлись не райским местом, а чистилищем, в котором церковную карьеру приходилось начинать заново. Да и то, если дисциплинарная комиссия сочла тебя этого достойным. Нет, не сказать, что тут собралась одна сволота. Хватало и приличных людей. Просто они на фоне местного криминала были не очень заметны.
– Давай Мишель о приличных людях и поговорим.
Смысл нашей беседы был в том, что независимости Гавайского королевства мог в один прекрасный момент прийти конец. Нынешний его статус никого кроме меня и американцев не устраивает. Особенно в свете идущей сейчас войны. В один прекрасный момент, японцам и британцам может надоесть гонять корабли военного флота по дуге мимо Курил и Аляски. Наверняка им и сейчас хочется заиметь базу для своего флота. А еще лучше – сделать королевство своей колонией. Причем, внутренняя опора для того, чтобы устроить переворот, у тех же японцев имеется.
– Ники! Но ведь та сволочь, которую ты высылаешь из России, скорее поддержит британцев, нежели меня. Ты пойми правильно: мне здесь не на кого опереться. Коренных жителей едва десятая часть от прежнего числа. И они ничего не значат! Так называемая «Большая пятерка» – пять компаний, владеет сахарными плантациями островов и давно установили свой контроль над местной политикой…
– Погоди, а австрийский генерал‑губернатор?
– Что он может сделать, имея в своем распоряжении небольшую канцелярию и несколько десятков полицейских?
Да, Мишель, похоже, что ты упорно не желаешь видеть возможностей для установления личной диктатуры. Придется брать дело в свои руки. То, что королевство является островным, делает его зависимым от средств связи. У кого в руках связь, тот и диктует условия жизни. И никакие олигархи ничего не сумеют сделать, если у них не будет возможности оперативно получать нужную для ведения бизнеса информацию. А потому, задействуем специалистов из «Ихтиандра». Задача – надолго вывести из строя телеграфную линию, которая связывает эту страну с Большой Землей. Нет связи – нет новых сделок. Нет связи – перестает работать банк. Да много чего в бизнесе завязано на исправно действующую связь. Правда, лишив Гавайи телеграфной связи, мы заодно лишим ее и свои местные структуры. Но нам это не страшно, потому что и база «Морвоенторга» в Жемчужной бухте, и филиал «краснозвездного банка», и наше посольство, располагают лучшими в мире радиостанциями. Так что свои работать сумеют, а чужие, как говорится «придут за хлебушком в голодный год».
– Мишель! Я помогу тебе, как родной человек помогает родному человеку. Но с одним условием.
– Что за условие?
– На этих островах не должно быть иной власти, кроме твоей. Понимаю, что один ты все не потянешь, но я оставлю тебе хороших помощников. Впрочем, они тут и раньше были, только я им команды на сотрудничество с тобой не давал.
Что значили эти острова для меня? Прежде всего, это удобный пункт для контроля обстановки практически всей северной части Тихого океана. Правда, открыто наложить на них свою лапу на них я не могу. Но ведь скрытый контроль обстановки это тоже контроль. Кроме того, острава являются чудесным перевалочным пунктом на линиях транстихоокеанской торговли. Меня прежде всего интересуют товары из Америки. А американцев интересуют товары, которые поступают им из Восточной Азии: каучук, шелк, кофе, чай, пряности, продукция китобойного промысла…
 
Все это в данный момент можно возить в Америку и из Америки под флагами строго определенных держав. И тот, кто все это возит, получает неплохие прибыли. Благодаря Назгулеску, пароходам под британским и французским флагом вход во Фриско заказан. А пароходам под американским флагом, идти и вовсе опасно, ибо британцы с японцами начали вести крейсерскую войну. Сейчас, когда торговые пути и на Атлантике стали опасными для американских компаний, самое время подмять эти компании под себя. Понятно, что вначале это будет восприниматься как временная мера. Но фокус в том, что при заключении договоров мы обязательно будем в правления этих компаний вводить своего представителя. А «краснозвездные» банкиры – своего. И каков будет состав совета директоров к концу войны, даже я не могу предполагать. Может случиться и так, что он полностью сменится. Но тут я больше уповаю на умения и опыт «неизвестных». Да и смену достойную они себе готовят. Как сообщил мне еще в Сеуле Павел Андреевич, они пару лет назад открыли в Якутске, где находится их главное логово, свою Школу Управления. И набирают туда учиться тех молодых людей, кого сочли перспективным. Просто так туда учиться не поступишь. Каждый кандидат проходит через множество испытаний и проверок, прежде чем будет принято решение о его приеме. Боюсь даже предположить, какими умениями будут обладать выпускники этой школы. Но тихо отжимать чужую собственность, они наверняка будут уметь.
– Сейчас, Николай Александрович, вы инициировали процесс разрушения старой цивилизации, – объяснял мне Павел Андреевич, – самое время заниматься переделом собственности. Ведь как говорил Рет Батлер, разбогатеть можно как на гибели старой, так и на строительстве новой цивилизации. Вопрос только в том, какая цивилизация погибнет, а какая родится.
– И какую цивилизацию вы планируете рожать? – мне это действительно было интересно.
– Вы наверное будете удивлены, но нам более всего по душе советская цивилизация. Только не в том виде, которая была у нас с вами. Идеократия, которую построили большевики, рано или поздно, вместо того, чтобы поддерживать движение, начнет его тормозить. Надеяться на новую идею, которая вдохновит людей на подвиги? Так не будет этой идеи. Все, что популярно сейчас, к концу двадцатого века протухнет и потеряет прежнюю ценность.
– И как вы хотите совместить советский тип цивилизации с извлечением сверхприбылей от эксплуатации мира?
– Николай Александрович! Что такое коммунизм? Это Советская Власть, плюс эксплуатация трудящихся всего мира. Именно последнее Советский Союз не стал делать и потому пришел к распаду и нищете. И это было закономерно. В послевоенном состязании, побеждал тот, у кого был контроль над большим количеством ресурсов. Которых у России было много меньше, чем у Запада. А если при этом вместо организации грабежа целых стран, заниматься всемирной благотворительностью за счет своего народа, то стоит ли удивляться тому, что народ не стал воевать за такую страну?
Политику «партии и правительства» Павел Андреевич мне объяснял долго. В чем то я с ним был согласен. Не дело, когда окраины живут за счет метрополии. Одно дело, развивать эти самые окраины и совсем иное – кормить их за свой счет. Это разные вещи. Взять к примеру корейцев. Есть смысл в них вкладываться, потому что хоть и с твоей помощью, но они все стремятся делать сами. Спустя краткое время, твои вложения дают существенную отдачу. Взять даже нынешнюю ситуацию. На территории нашего Дальнего Востока не выйдет развить серьезную металлургию. Зато в Корее есть все условия для этого. И корейская металлургия уже существует и дает так нужную нам продукцию. Но самое главное, что для этого не пришлось гнать туда эшелоны с рабочей силой из России. А ведь в СССР именно за счет миграции из России, развивалась промышленность большинства наших союзных республик. Я не только азиатские республики имею в виду. В той же Латвии настоящий рабочий класс состоял из «проклятых мигрантов». Латыши конечно не бездельничали. Сельское хозяйство и сфера обслуживания тому свидетели. Но стоять всю жизнь у станка не стремились. Поэтому – из крестьян и кухарок, сразу шли в начальники. Но стоило уйти из республики части русского населения, промышленность республики сразу пошла под откос.