Ледяной цветок для лунного императора (СИ)
Под моим пристальным взглядом она сделала реверанс и заправила прядь волос за ухо знакомым жестом. Мирриным жестом. Это была она.
— Я взял на себя труд собрать всех за небольшим семейным ужином, — император, который наблюдал за нами, стоя поодаль, подошел и, перекинув мою руку через свой локоть, повел к столу, — ты рада, дорогая Мирра?
— Очень, — прошипела я, садясь на свой стул, заботливо отодвинутый слугой в ливрее, и сверля Мирру испепеляющим взглядом, — я просто в восторге!
Мирра не разделяла мой восторг. Она, подобрав свои юбки, расцвеченные всеми оттенками заката, под руку со своим спутником подошла к столу, и он усадил ее на стул сам, слегка сжав руку перед тем, как отойти на свое место. Понятно. Теперь за столом лишь один император не в курсе о подмене, а все остальные будут разыгрывать для него сценку "счастливый семейный ужин". Или, скорее, очень некомфортный семейный ужин.
Тут двери распахнулись, и в комнату, опускаясь в реверансе и извиняясь за опоздание, вошла рыжеволосая невеста Аррена, и я мысленно поздравила императора с тем, что в его лагере неосведомленных прибавилось.
Если до этого, когда Розанна одевала меня с виноватым видом, я лишь подозревала, что мне не понравится сегодняшний ужин, то теперь я была в этом твердо уверена, и, бросив взгляд на того, кто собрал нас здесь и теперь внимательно наблюдал за всеми брошенными украдкой взглядами, перешептываниями, легкой краской, заливающей шеи излишне нервных гостей, поняла, что он что-то заподозрил. Иначе зачем бы ему звать своего брата, у которого он увел невесту, и предъявлять эту самую невесту, увешанную драгоценностями, как новогодняя елка? Похвастаться? В такую мелочность о стороны Рэйдена я не верила.
Стоящие за нашими спинами лакеи одновременно откупорили бутылки с игристым вином, и прозвучавшие хлопки напомнили мне сигнал, который в театре дают перед представлением. Действующие лица уже на сцене, пьеса начинается… Остается только понять, чего хочет от актеров режиссер.
— Керо, я так рад, что вы с невестой решили нанести нам визит, — подал первую реплику режиссер, и я перевела взгляд на его брата. Значит, его зовут Керо, надо запомнить. Брат императора был не слишком похож на него — его лицо было более округлое, мягкое, а глаза — теплые, орехово-карие, ничем не напоминающие прохладное серебро взора императора. Мне он не очень понравился — император, с его раскосыми удлиненными глазами, обрамленными темными ресницами, прямыми бровями и четкой линией подбородка выглядел интереснее и аристократичнее своего брата. И чего Мирра в нем нашла?
— Разве я мог не поздравить тебя, брат, с женитьбой на самой прекрасной девушке на планете, — слегка дергано отозвался Керо, вставая для тоста. Мирра рядом с ним при его словах расцвела, как ясное солнышко, и пробормотав "ну что ты, спасибо" тут же замолчала под тяжелый взглядом своего брата. Он, кстати, выглядел мрачнее тучи и сверлил любимую сестру далеко не любящим взглядом — вряд ли он был рад тому, что она сбежала и оставила его расхлебывать ту кашу, что заварила. Я была совершенно солидарна с ним, и под нашими гневными взорами Мирра совсем стушевалась, упрямо опустив глаза в пустую и ничем непримечательную тарелку.
— За прекрасную невесту! — скомкано закончил Керо и первым осушил свой бокал до дна. Я и генерал Ву с удовольствием последовали его примеру, а остальные лишь пригубили бокалы.
— Спасибо, — несколько удивленный тем, что его брат нахваливает чужую жену на глазах у собственной невесты, отозвался император и поднял свой бокал. — Тогда позволь поднять бокал за твою невесту, столь же прекрасную, как восход, и пожелать вам счастья!
Тут уже я, зардевшись от комплимента, опустила глаза долу, а Мирра, которая всегда не любила, когда ей уделяли мало внимания, взяла в руки вилку и со зверским выражением воткнула ее в горошек на своей тарелке.
— Что вы, — слегка дрожащим голосом произнесла она, изучая горошек на своей вилке, — разве я могу считаться прелестной, с таким-то носом? — и, отправив горошек в рот, бросила на меня победный взгляд.
— Дорогая Лиарра, — в шоке от того, как на самом деле звучит мой голос в Миррином исполнении — неужели я говорю в такой писклявой манере? — запротестовала я, — это я недостойна похвалы, не с моими же… куриными мозгами, — не сдержалась я. — Помню, еще в детстве я могла натворить чего-то, а другие за меня за расхлебывали. И если бы мне было за это стыдно! Так нет, я абсолютно не чувствую вины за то, что творю!
Выпалив свою тираду, я залпом выпила второй бокал и поспешно засунула в рот кусочек хлеба, чтобы не сказать что-то еще.
— А я, а я, — завелась Мирра, — я только и делаю, что целыми днями читаю, со мной даже поговорить нельзя, потому что мой длинный страшный нос вечно в книге!
— А со мной — не о чем, потому что я за всю жизнь прочитала только азбуку, и ту — кое-как, — отозвалась я.
— А я…, — начала было Мирра, но тут ее жених, сидящий напротив нее, видимо, пнул ее под столом, потому что она ойкнула и замолчала. Я тоже замолкла, окидывая взглядом сотрапезников. Император наблюдал за нашей перепалкой с непроницаемым выражением, а мрачный Аррен, следящий за нашей перепалкой, переводя глаза с меня на Мирру, словно следил за новомодным развлечением — теннисным матчем — налил себе полный бокал вина и залпом осушил его. Наверное, в этот миг он прощался с головой или карьерой. Его ничего не понимающая невеста, с открытым ртом уставившаяся на нас, внезапно бросила на Аррена быстрый взгляд и заговорила о новой театральной премьере, и я, чинно сложив руки на коленях, слушала ее, думая о своем.
Остаток ужина прошел спокойно — мы с Миррой больше не разговаривали друг с другом, изредка вставляя реплики в общий разговор, поддерживаемой в основной усилиями Аррена, его невесты, императора и его брата. Я с сожалением вынуждена была признать, что невеста Аррена, которую звали Констанс, была образованной, приятной девушкой, с которой я в обычных обстоятельствах захотела бы познакомиться поближе. В обычных — то есть, не в таких, когда я была тайно влюблена в ее жениха на протяжении последних нескольких лет и не притворялась другим человеком. Однако после того, как сегодня за ужином я повела себя несколько…странно, вряд ли она захочет со мной сближаться. Ну и ладно, — решила я, ловя темный взгляд генерала, — чем дальше я буду от этой будущей счастливой семейной пары, тем лучше для меня.
В самом конце ужина Керо отозвал императора Рэйдена в соседний кабинет, "на пару слов о делах", как он выразился, и они удалились. Я спокойно сидела на своем стуле, вяло ковыряясь ложечкой в вазочке с мороженым, и не собиралась двигаться с места, но тут невеста Аррена, осмелев от отсутствия императора, придвинулась к нему и, вложив свои тонкие белые пальцы в его широкую ладонь, принялась что-то нашептывать ему на ухо. Почувствовав, как у меня в груди все переворачивается, я резко поднялась, со скрипом отодвинув стул.
— Пойду, проверю, скоро ли муж, — неверным голосом произнесла я и спешно удалилась в сторону двери, соединявшей кабинет и малый обеденный зал, где мы ужинали.
Однако, толкнув дверь и зайдя, я услышала свое имя и замерла. Окинув глазами пустующий письменный стол и ряд шкафов сбоку, я поняла, что мужчины, вероятно, беседовали, стоя где-то за шкафами.
— Ты же получил Мирру, — с нажимом говорил первый голос — Керо. — Так пойди на уступки, брат, и отмени налоги в моих землях на пару лет. Ты же знаешь, как я ее любил, но я уступил ее тебе — разве же тебе так сложно уступить в этом маленьком вопросе?
От его наглости у меня перехватило дыхание. Мало того, что он точно знает, что настоящая Мирра — с ним, так он еще и смеет вымогать какие-то выгоды, пользуясь неведением императора! И это его родной брат…
Пылая гневом, я прошагала вперед и, обогнув шкаф, остановилась перед мужчинами, которые беседовали, сидя в креслах.
— Я не вещь, чтобы обменивать меня на налоги, — колко отозвалась я, — А когда вы в следующий раз решите обменять меня на какие-то выгоды для себя, господин Керо, то вспомните, что вы итак уже МНОГО получили. Не заставляйте меня ГОВОРИТЬ об этом вслух, — я особо подчеркнула некоторые слова, чтобы он точно понял мой намек.