Рождение сверхновой (СИ)

Разумом считаю, что поступил как должно, а на сердце зарубка осталась. Поступил правильно, но крайне жестоко, а, значит, всё-таки неправильно. Ладно, зачтём это на счёт мачехи, с неё всё началось.
— Жалеешь своего братишку? — спрашивает Юна.
— Да. Но ты больше об этом, пожалуйста, не заговаривай, — Сергей (или Витей его теперь называть?) продолжает после паузы, — Понял одну вещь. Счастливая или восхищённая чем-то мордашка Кира — огромная ценность. Или такие же личики моих матрёшек. А плачущие лица друзей и близких — большая беда. Особенно детские.
— Любишь своих подружек?
— Конечно. Но ты больше…
— Не заговаривай об этом. Да я поняла, — смеётся Юна.
Напоследок Сергей отсылает картинку. Он ставит на своё место центральную отремонтированную башню замка, донжон. Ещё краше, чем прежде. Рядом приплясывает от восторга и размахивает возбуждённо перепачканными в пластилине руками Кирюшка.
Конец видения 13.
7920 Boulevard Saint-Laurent, Montréal
17 марта, местное время 7 утра.
Начинаем разминочку с пальцев ног, дальше сгиб-разгиб стопы, прыжки, приседания, махи, базовые танцевальные связки. Каждое утро так, и нисколько не в тягость, наоборот, настроение поднимается и всё тело поёт. Не хватает музыки, но я и сама могу напеть, если что.
И что, что я в камере полицейского участка? Вполне комфортабельный пенальчик на две персоны, на соседних нарах дрыхнет соседка. Пожилая индеанка, вчера мы с ней немного повздорили, пришлось применить навыки, которыми меня одарили инструкторы морской пехоты… У-у-й, глядь! Задумавшись, задеваю пяткой край спального места соседки. Та что-то бурчит во сне, но продолжает чествовать бога сна Морфея.
Не кисло стартовал мой персональный визит в Канаду! Всё началось вчера вечером, когда…
Отель Hilton Garden Inn Montreal Centre-Ville
16 марта, местное время 8 часов вечера.
Мы прибыли к отелю. На такси, естественно.
Мой куратор, что встретил меня и проводил до гостиницы, высокий шатён с начинающей пробиваться сединой. Мишель Буланже, его прислало «Sony Music». Глаза у него интересного цвета, вроде серые, и проглядывает какая-то синева, так что и не скажешь определённо, какого они цвета. Красивый мужчина. И как я заметила, канадцы — красивая нация. Густая, но короткая и аккуратная борода странным образом моего спутника украшает. Всё время хочется смотреть и… потрогать. Что-то меня не в ту сторону заносит.
— Отель Hilton очень приличный и недорогой, — говорит Мишель.
Согласна. Тренажёрный зал, что-то там ещё бесплатно, и всё сильно меньше двухсот долларов в сутки. В Париже с нас в три раза больше брали, и это после изрядной скидки. Правда, там пять звёзд, а здесь четыре, но хоть убейте, я разницы в уровне не замечаю.
— Вот не думала, что у «Sony Music» даже в Монреале есть филиал, — обращаюсь к Буланже, когда мы входим в холл.
— У них нет филиала в Монреале, — улыбается мой провожатый, — В Оттаве есть. Они позвонили и попросили вас встретить. Так-то я в местной консерватории работаю.
Вот оно как! А я уж думала, мафия, то есть «Sony Music», вездесуща.
Мишель подходит вместе со мной к стойке портье. Мою дорожную сумку держит у себя на плече. Вот что меня ещё подкупает в западных мужчинах, галантность на уровне безусловных рефлексов. Это мне ЧжуВона специально дрессировать приходится, а здешние, тот же Мишель, и дверь откроют-придержат и тяжёлую сумку не позволят самой таскать.
Мишель называет имя и отдаёт лист с данными бронирования. Я отдаю паспорт портье. Тот начинает его изучать, а я рассматривать его. Молодой, тёмнорусый, в принципе, симпатичный молодой парень, но с каким-то неприятным брюзгливым выражением лица он всё делает. Мсье расист, ему не нравятся азиаты? Отодвигаю в сторону нехорошие подозрения. Может с женой или девушкой поссорился. Или случилось что…
 
Портье пристально смотрит на меня, переводит взгляд на паспорт, обратно.
— Что-нибудь не так, мсье? — спрашиваю и меня вдруг неприятный холодок пробивает. Этот неприятный тип вдруг сдирает с паспорта обложку. А там, изнутри в прозрачном кармашке, куда всунут лицевой лист, напротив глаз точечное тонирование. Я эту обложку использую, когда на мне линзы, превращающие мои синие очи в карие. Если скрупулёзно паспорт не изучать, то всё проходит на ура. В первый раз, что ли?
— Это не ваш паспорт, — заявляет портье, презрительно оттопыривая губу.
— Поосторожнее с такими заявлениями, мсье, — немного подумав, отвечаю я, — Иначе я на вас в суд за клевету подам. С чего это вы взяли?
Глядит на меня, как на самого вредного врага канадского народа и цедит.
— У вас карие глаза, а на паспорте — голубые. Да вы ещё их хитро замазывали на прозрачной плёнке, чтобы никто не заметил.
— Ну, и хвосты кумихо вам в морду, — бормочу по-корейски и оборачиваюсь к Буланже.
— Мсье Буланже, нас тут не любят, придётся искать другой отель. Паспорт! — это я уже к портье обращаюсь.
Но документ он мне не отдаёт. Больше того, делает знак швейцару и тот перегораживает двери своим могучим тучным телом. И несколько минут назад, — только сейчас осознаю и начинаю догадываться, что этот противный пацак предпринял, — портье делал какое-то движение рукой. За стойкой не видно, похоже на тревожную кнопку нажал.
— Вам придётся подождать, — в голосе молодого хлюста прямо-таки металл. Щас затрепещу!
— Вы присядьте, мадемуазель Агдан, — ко мне мягко обращается Буланже и направляет к креслам. Сам поворачивается к портье и начинает объясняться. Всё горячее и горячее. Когда поворачиваюсь на сто восемьдесят градусов, изображение на видеокамере моих глаз смазывается. Первым кадром фиксируется неприятное надменно-презрительное лицо портье, дальше смазанное движение и вот передо мной короткая стена, которую обрезает вход в коридор, и несколько кресел. Сажусь в то, что рядом со столиком. Из сумочки достаю футлярчик. Надо приготовиться, использовать момент, который мне Буланже предоставил. Снять и вставить линзы процедура неприятная, но привычная и отработанная. Минута и линзы размещены по своим контейнерам, размерами и формой похожими на большую таблетку.
Ещё минуты через три с улицы доносится приближающийся вой сирены. Кто бы мог подумать? Интересно, насколько великие силы задействуются против меня? В холл входят двое полицейских. А почему только двое? Я ведь и обидеться могу.
И опять симпатичные мужики. Заболеваю типичной болезнью азиатских девушек? Им почти все европейские мужчины кажутся красавцами. Один, видимо, младший, судя по тому, что он держится чуть позади, подтянут и спортивен. Старший погрузнее, но тоже ничего.
Вид этих парней мне помог справиться с собой, пусть один из них грозно держит руку на кобуре. Пока сидела в кресле боролась с тёмной волной, вдруг взметнувшейся внутри меня. Мне захотелось стереть и уничтожить и противного портье, и гостиницу, и пройтись жестоким смерчем по всей Канаде. Никто не уйдёт обиженным невниманием. Вот такой приступ звёздной болезни. И я бы поддалась, не будь со мной опыта Юркина, давно жду от себя подобного. Возможно, это неизбежно, хотя в Корее против таких эксцессов стоит мощнейший социальный блок. Попробуй только всего лишь глянуть свысока — в порошок сотрут.
 
Нельзя поддаваться соблазну всех построить, гордыню в хомут. Не зря её грехом в христианстве считают. А что можно? Показать себя слегка избалованной всеобщим вниманием и восхищением, немного легкомысленной и открытой — допустимо. Ну, и пошалить, как без этого? С чего начать, полисмены уже идут ко мне? Если не знаешь, с чего начать, цепляй покерфейс. И ногу на ногу закинуть, хоть я и в утеплённых джинсах, но это даже лучше. В короткой юбке такая поза чересчур сильный удар по слабой мужской психике. Всё, я готова, а дальше по обстановке.