Расколотый трон (СИ)
- Расслабься, - дружески посоветовал он зажатой и настороженной девушке. – Я не кусаюсь. Знаю, последнее наше свидание закончилось не слишком хорошо, но сегодня обойдемся без мертвецов. – Заметив на улице отряд стражников, который шел по направлению к Зеленому двору, он небрежно задернул шелковую занавеску и излишне живо, отвлекая внимание Кэры от происходящего на улице, продолжил: - Куда лари желает поехать? Имперский дворец? Улица Пряностей? Там лучшие лавки в городе? Или на озеро? Погода прекрасная, можно взять лодку.
- Не знаю. Все равно, – вздохнула Кэра.
Эту повинность придется отбыть. Тибер сдержал свое слово - нашел нужного ей щенка.
Нет, Тибер не был ей противен. Уродом она его тоже не считала, даже находила достаточно симпатичным. Да и характер у Третьего принца легкий. Правда, его насмешки бывают довольно злы, но она никогда не становилась объектом этих насмешек. Главная проблема Тибера в том, что он не Тар.
Настроение Кэры испортилось окончательно.
- Может немного вина? – предложил Тибер. Ловко достав из-под сидения корзинку, накрытую тканью, которая при ближайшем рассмотрении оказалась плащом. Картинным жестом откинув плащ, он достал из корзинки глиняную бутыль с яркой рунической печатью.
- Благодарю. Нет.
- Это очень хорошее вино. И совсем не крепкое, - в голосе Тибера появились просительные нотки. - Я не имею привычки спаивать женщин, - хмуро заметил он. Помедлил и добавил: - Разве что шлюх, но они и сами рады.
- Откровенное признание. Странную манеру ухаживания ты выбрал, – природная вредность взяла свое, заставив Кэру сделать едкое замечание.
- Зато я честен. А это уже немало, - Тибер пожал плечами. – Нет, так нет, - он не без сожаления убрал глиняную бутыль обратно в корзинку. - Позволь совет. Не путай влюбленность с любовью. Вглядись в себя, ты любишь Тара Валлона или некий нарисованный в своем воображении образ. Школа моего брата лед и он сам похож на ледяную гору. На ярком солнце она сверкает так красиво, что глаз не оторвать, но дотронься – обожжет своим холодом. Я не помню, чтобы было иначе. А после смерти Первой императрицы все стало только хуже. Он не любит тебя, ценит, как полезный инструмент, но не более того.
- Я знаю, что всего лишь меч, - согласилась Кэра. – Но я его меч! И всегда рядом с ним!
- Ты достойна большего, чем быть просто мечом. Но это твоя жизнь…
- Вот именно! – резко оборвала его девушка. – Моя! И выбор тоже только мой!
- Лучшая из форм принуждения - заставить человека поверить в то, что он сам делает свой выбор, - заметил Тибер несколько более резко, чем сам того хотел: - Извини, наболело, - повинился он, подарив Кэре слабую улыбку. – Наверное, во мне говорит зависть. Я всегда хотел быть таким как Тар, но мне этого не дано: покореженный исток, покореженное тело. Если с последним еще можно было смириться, то первое делает меня отверженным в глазах одаренных. Одна императрица умерла, ради своего сына. Другая, сделала своего калекой, стремясь к власти. Самое забавное, что все было зря. Не торопись моя мамаша произвести на свет именно Второго принца, словно эти цифры что-то значат, я бы стал главным претендентом на трон. Харус, не рвется к власти. Тар после мятежа матери и одержимости тоже весьма спорный кандидат. Лорс и Бадрис? Они слишком молоды и весьма подвержены влиянию матерей. Палата власти таких марионеток не любит. И тут я - весь такой замечательный, состоявшийся… Но наш разговор зашел куда-то не туда, - криво усмехнулся Третий принц. – К демонам прошлое! Нужно смотреть в светлое и прекрасное будущее! Едем на улицу Пряностей. Слышал краем уха, что при ухаживании надо дарить подарки.
- Я не люблю украшения, - попыталась отвертеться Кэра.
- А кто говорит про украшения? – удивился Тибер. – Там отличные оружейные лавки. Лучшие в империи! Оружие на любой вкус, в том числе и зачарованное.
- Хм… - задумалась Кэра и согласилась: - Хорошо, пусть будет улица Пряностей.
Тибер знал, чем ее соблазнить. Тар любил оружие, эта любовь передалась и его ученице.
- Овейн, - тихо проговорил Тибер. - Лари Овейн, - повторил он медленно, словно пытался что-то вспомнить. Скажи, ты не помнишь своих родителей?
- Весьма смутно, - ровно ответила Кэра. Воспоминания о детстве всегда были какими-то смазанными. Словно светлый сон. Возможно, именно им они и были. Однажды она с ужасом поняла, что совершенно не помнит лиц своих отца и матери. Но затем смирилась и редко о них вспоминала. – А почему ты спрашиваешь?
- Твоя фамилия кажется мне знакомой? Вспомнил! – обрадовался он. - Род Овейн! Был такой среди сторонников Первой императрицы. – Он замер. Нахмурился и яростно почесал подбородок: - Нет, все же это не то. Я слышал эту фамилию уже после мятежа. Где-то через год или чуть больше. Полтора года, когда имперские левиафаны совершили четвертый переход туда и обратно через Великий океан… - Внезапно Тибер замер, лицо его закаменело, он бросил на Кэру почти испуганный взгляд, а потом неуверенно добавил: - Впрочем, это уже давно просто история.
- Какая история? – неожиданно заинтересовалась девушка.
- Давняя, - заюлил Тибер.
- Если начал рассказывать, то рассказывай!
Прежде Кэра не интересовалась судьбой родителей, сгинувших где-то за стенами Скалы в смертельно опасных джунглях. Но эти недомолвки разожгли в ней азарт, сравнимый с охотничьим.
– Да и я мало что помню, - отмахнулся Тибер, нервно дергая себя за пальцы. - Так, какие-то обрывки. Вспомнил, вот, что твою фамилию видел в одном из отчетов Тара, написанных для отца. Тар их дважды в год отправляет. В начале и в конце. Этот был в конце второго года. Но тут я могу ошибаться. Времени прошло много.
- Да какая разница? - поскучнела Кэра. – Кто мне эти отчеты покажет?
Тибер открыл рот. Закрыл. Подумал немного и осторожно спросил:
- Разве у Тара нет копий? Я же был на Скале и помню его страсть делать дубликаты всех посланий для Старика. Он их потом хранит в такой толстой папке, обшитой зеленым бархатом. - Папку Кэра помнила. Видела ее несколько раз на рабочем столе учителя, но не придала этому значение. - Думаю, если ты попросишь моего брата показать тебе этот отчет, он не откажет. Но лучше просто забудь… И снова наша беседа идет как-то не так. Я немного нервничаю, это мое первое свидание, вот и болтаю без умолку. Да все не о том, что нужно, - лучезарно улыбнулся Третий принц.
Но его слова уже крепко засели в голове Кэры.
Глава 26 Ненужные ответы
- И все же я настаиваю… - почтительно, но непреклонно заявил брат Анато.
Перед таким количеством представителей дворов и кланов он не мог взять и так просто отступить.
- Настаиваете? - Если прежде Гехан Третий был слегка раздражен, то теперь император начинал злиться.
«Что этот белый жрец себе позволяет?» - читалось на его лице.
- Я лично осматривал поместье Первого принца, - вмешался стоявший рядом с троном императора Кесс Родор, стараясь заполнить неловкую паузу, повисшую в воздухе. - Мы проверили каждый угол, даже в подземелья залезли. Никаких мятежников там нет. Последние два дня люди Тара Валлона практически не покидали Зеленый двор. Принц непричастен к нападению на храм Пресветлого.
Подобный ответ брата Анато не удивил, да и не расстроил. Но жрец счел нужным нацепить на лицо должную моменту маску крайнего раздражения. Пусть сторонние наблюдатели видят, кого представитель Священного Совета считает виновным в возникшем кризисе. Даже если это не так…
- Мятежники не могли раствориться в воздухе! – запальчиво воскликнул он, рубанув ладонью воздух.
Это было лишним. Пребывавший в не самом благостном расположении духа Гехан Третий нахмурил седые брови. Правая рука императора легла на пояс, словно ища рукоять меча.
- Расследование продолжается, - дипломатично заметил глава Теней. – И мы непременно сообщим вам о результатах.
- И сколько нам еще ждать? – уже более спокойно спросил Анато, пытаясь погасить конфликт. Пьеса разыграна, теперь можно сделать шаг назад.