Цикл «Рождённый магом». Компиляция. Романы 1-14 (СИ)
— Не суй нос не в свои дела.
Грэм тяжело вздохнул. Мэттью имел упрямую жилку, когда дело доходило до его сестры, и с этой упрямой жилкой могла сравниться лишь её вспыльчивость. Он поднял ладонь:
— Вы двое можете отложить споры до, как я навещу Грэйс? Пожалуйста?
— Что это? — гневно сказала Мойра, задрав просторный рукав своего брата. Кожа на его руке была покрыта рядом маленьких разрезов.
Мэттью отдёрнул руку:
— Это от вазы, которую я только что разбил.
— Лжец, — бросила обвинение она. — Ты её разбил в качестве оправдания. Ты снова работал над транс-измеренческими чарами!
— Просто не лезь в это, Мойра, — проворчал её брат. — И это не чары, это — заклинание.
Грэм совершенно потерял нить разговора:
— Вы двое можете потом с этим разобраться?
— Драконы уже летят, — заявила Мойра, прежде чем добавить: — Ты знаешь, что вчера он отрезал себе руку?
— Что?! — воскликнул Грэм.
— Не отрезал! — рявкнул Мэттью. — Она не была полностью отрезана!
— Будь Отец здесь, он бы не хотел, чтобы ты работал над этой штукой, — упрекнула она его, багровея лицом.
Взгляд Мэттью был напряжённым — верный признак того, что он готов был выйти из себя. Мойра начала что-то говорить, но Грэм прикрыл её рот своей ладонью:
— Хватит. Дай мне поговорить. — Повернувшись обратно к Мэттью, он спросил: — Над чем ты работаешь?
— Помнишь наш бой с Чэл'стратэком?
Грэм кивнул.
— Ты едва не умер, потому что мне потребовалось так много времени, чтобы создать «цветок смерти», поэтому я работал над ним. Я пытаюсь овладеть им, чтобы я мог им пользоваться спонтанно.
— Цветок смерти?
— Глупое имя для этой штуки, — проворчала Мойра. — Он вчера почти убился.
— Нет, не убился! — закричал Мэттью. — Кровь я остановил.
— Но мне пришлось приращивать тебе руку обратно! А что если бы Мама об этом услышала? Как, по-твоему, она отреагирует?
— Она будет в порядке, — сказал Мэттью. — Потому что моя рука в порядке, и, к тому же, ты ей не расскажешь.
Глаза Мойры сузились, и Грэм видел, что она готовилась к следующей вербальной атаке:
— Пожалуйста, может кто-нибудь из вас объяснить мне, что такое «цветок смерти»?
— Помнишь, что я тебе говорил про «транслокацию»? — спросил Мэттью.
— Ты сказал, что это как телепортация, но между измерениями, верно?
— Ага, — сказал Мэттью. — Заклинание, которое я использовал поза вчера, похожее, но оно создаёт три треугольных стыка измерений, соединённых в точке конгруэнции. Они действуют как лезвия, способные разрубить что угодно.
— Например — руки, — едко сказала Мойра.
Мэттью проигнорировал её:
— Тот, который я использовал на Чэл'стратэке, попал близко к его центру, и разрубил поддерживавшее его заклинательное плетение. Он сработал именно так, как я и думал. — Его глаза зажглись лихорадочным энтузиазмом.
— То есть, ты сотворил заклинание, и убил его, — согласился Грэм. — Ты и меня едва не убил.
— Это была взрывная реакция от высвобождения его эйсара, — сказал Мэттью. — Важно то, что я уничтожил заклинательное плетение, используя лишь заклинание.
— И? — С точки зрения Грэма, не было никакой разницы.
— Он возбуждён, потому что никому никогда прежде не удавалось это сделать, — равнодушным тоном объяснила Мойра.
— Если мы найдём Сэлиора, то мне придётся снова это сделать, — сказал Мэттью.
Хлопки драконьих крыльев заглушили её ответ, когда у мастерской приземлились Дэскас и драконица Мойры, Кассандра.
— Нам что, придётся лететь? — спросил Грэм.
Они одновременно кивнули.
«Бля».
* * *Они полетели на юг, Грэм ехал вместе с Мэттью. На этот раз он держал глаза открытыми, не став с самого начала их закрывать. Это позволило ему легче привыкнуть к тому, что земля медленно удалялась.
— Расслабься, — сказал Мэттью. — Заклинание, которым я уменьшил твой вес, продержится какое-то время. Даже если ты упадёшь, то падение будет настолько мягким, что ты даже, наверное, не поранишься.
От этой мысли желудок Грэма перевернулся.
— Пожалуйста, перестань говорить, — взмолился он.
Они летели четверть часа, пока не достигли горной гряды, проходившей к югу от Камерона и Ланкастера. Снизившись, они приземлились на большом уступе, где располагался вход в неестественно большую и гладкую пещеру.
— Что это? — спросил Грэм.
— Папа и Гарэс Гэйлин сделали это место, чтобы содержать драконов, — объяснила Мойра. — Туннель уходит глубоко внутрь, к комнате для яиц. Боковые комнаты — для уже вылупившихся драконов.
Теперь Грэм понял. Граф так и не объяснил, где жили драконы, или где он прятал другие яйца — по очевидным причинам. Они прошли по огромному коридору глубже в гору, минуя громадные боковые арки.
— Здесь живёт Лэйла, — сказала Мойра, указывая на первую арку слева. — Следующая — Дэскаса. Кассандры — дальше, слева. Остальные пока незаняты.
Они продолжили идти, пока Грэм не стал уверен, что они прошли уже больше мили внутрь склона горы. В конце была массивная железная дверь, покрытая странными символами. Мэттью вышел вперёд, и положил ладонь на дверь, произнеся тихое слово.
Дверь бесшумно открылась, что было удивительно для столь массивной конструкции. Внутри Грэм увидел длинное помещение, в котором стояли ряды каменных скамей. На каждой из них был окованный железными полосами деревянный ящик.
— Это — яйца? — спросил Грэм.
Они кивнули, пройдя к ящику с правой стороны. Ранее запечатанные, железные полосы уже были разрезаны. Мэттью протянул руку, и отодвинул крышку. Мойра вытащила изнутри большое яйцо розового цвета.
— Что ты делаешь?
Она протянула яйцо Грэму:
— Держи.
— Это — не для меня. Это твой отец должен выбирать.
Мэттью вставил слово:
— Он не в одиночку создал драконов, знаешь ли. Ему помогали Гарэс Гэйлин и Мойра. Даже я внёс свою лепту.
Грэм шагнул назад:
— Мне даже не нравится летать.
— Это не было нашим выбором, Грэм, — добавила Мойра. — Отец выбрал дракона для Королевы, Мы с Мэттом выбрали сами себе, но этот случай — особый. В этом случае она выбрала тебя.
— Как? Я ни с кем из них никогда не встречался. — Он слышал о том, что Мойра создавала анимас для каждого из драконьих яиц, но не присутствовал во время этого процесса.
— Положи ладонь на яйцо, — ответила она. — Представься.
— Доверься нам, — сказал Мэттью.
Грэм зыркнул на своего друга:
— Ты же знаешь, какие чувства вызывают у меня эти твои слова.
Мойра вздохнула:
— Просто сделай это.
Он был не настолько глуп, чтобы продолжать спорить. Грэм втайне мечтал о том, что однажды Граф может предложить ему одно из яиц, но и не мог вообразить, что это случится вот так. Двое его друзей по сути украли своих драконов, хотя им и помогла их мать. Граф был теперь пропавшим без вести, но всё же… Грэм остановил ход мыслей в этом направлении. Протянув руку, он положил её на вершину яйца в руках у Мойры.
Яйцо было тёплым на ощупь — твёрдым, но также мягким, как варёная кожа.
— Привет, сказал он.
— «Грэм?»
Ответ был чисто мысленным, но голос его голове был знакомым. И ощущался женским.
— Да, — ответил он. — Это Грэм.
«Мне тебя не хватало. Как дела у Рэнни?»
— Грэйс?!
— «Конечно же».
— Но ты же медведица! — ляпнул он. Близнецы наблюдали за ним со знающими ухмылками на лицах.
— «Нет», — ответила она, — «я являюсь, или являлась, заклинательным зверем. Теперь я немного другая. Мир полон осязаемых вещей и запахов. Я и не знала, как здорово иметь кожу».
— Кожу? Ты — яйцо.
— «Я — внутри яйца, но теперь у меня есть истинное тело. Я уже могу чувствовать новые вещи».
— Я так о тебе волновался, Грэйс…
— «Тебе не обязательно говорить вслух», — сказала она ему. — «Ты смутишь меня, если слишком много скажешь у всех на виду».