И корону свою забери! (СИ)

— Я буду за дверью, позовите, если что-то понадобится, — она выскочила в коридор.
Пожав плечами — не мне бороться с местными порядками — принялась за завтрак, тихо радуясь, что никто не видит, как дрожат приборы в моих руках. Съеденное провалилось в желудок как в черную дыру, но как-то примирило с реальностью. Во всяком случае, паниковать не хотелось. В самом худшем варианте решила относиться к этому как к бреду воспаленного сознания: вдруг там, в своей реальности я ударилась головой и теперь лежу в больнице под аппаратами? Такое ведь тоже нельзя исключать? А значит, от меня ничего не зависит.
Стоило отодвинуть от себя поднос, в дверь проскользнула уже ставшая привычной служанка, видимо, хозяин дома решил закрепить ее за мной: и я дел не натворю, и он всегда знает, что происходит. И самому со мной нужды возиться нет. Меня утянули в ванну, сказав, что времени на полноценное мытье нет, но зачарованный душ решит эту проблему. Я неловко замялась — что с того, что она девушка? Все равно, раздеваться перед посторонним человеком… Неловко.
Линка уловила заминку, подробно объясняя, как пользоваться местной сантехникой и для чего какая баночка нужна. Мое удивление многообразию женских средств в холостяцком жилище вызвало грустный вздох и бормотание о сестре хозяина. Кивнула, принимая ответ к сведению.
Моя "быстрая" помывка затянулась, стоило мне дорваться до чудодейственных склянок. Вот уж где понеслась душа в рай. Мелькнула мысль, что если меня отправят домой — ну, мало ли — было бы неплохо заиметь такой запас. Намазался одним — никакой лишней растительности на теле, ни следа раздражения, ни ранки, ничего! Намазался другим — кожа нежная, как лепесток сакуры. Заставшая меня, восторженную, завернутую в одно огромное полотенце, Лина улыбнулась, подвешивая в воздухе ворох одежды.
— Болели, да? — спросила она с сочувствием, принимаясь за мои короткие волосы.
— Нет…
— А почему же волосы срезали?
— Мешали, — выдавила, понимая, что для нее это недостаточно веская причина.
— Нехорошо это. А отрастить не хотите?
— Долго…
Та только запричитала что-то, зарываясь в стоящий здесь же сундук. Со словами о том, что это поможет, хотя и причесывать им волосы надо каждый день, прошлась по прядям гребнем. Я сначала не поняла, о чем она, но когда после пары десятков движений остриженные волосы защекотали плечи, глаза полезли на лоб. А после исчезновения "панда-стайл" кругов на лице я вообще была готова расцеловать тех, кто отвечает за промышленность в области красоты в этом мире. Но теперь меня ждало испытание одеванием. Впрочем, оно не омрачало моей радости от преображения, я была согласна и потерепеть.
Кажется, я никогда не сидела так прямо, как сейчас, под взглядами вчерашней компании, пусть и далеко не в полном составе. Хотя, вру — сидела, на "собеседовании" в деканате, пытке вопросами о трудоустройстве с давлением на долг студента-бюджетника пойти работать по профессии. Худшие пятнадцать минут в моей жизни, окончившиеся приступом ярости, благо, что до дома дошла, держа себя в руках. Но там это было привычным, а здесь я не знала, чего ждать, поэтому смотрела куда-то в район воротников и ниже, вглядываясь в символы на пуговицах.
— Думаю, нам следует начать знакомство заново. Ивар Дмитриевич, князь Россовой. Граф Левачев, Олег Анатольевич, — он указал раскрытой ладонью на сидящего в соседнем кресле мужчину.
Левачев тепло улыбнулся, приветлива кивая. Я выдохнула, расслабляясь, словно по мне снова прошлись волной магии, но сегодня здесь были только эти двое. Стоило перестать себя контролировать, как корсет словно впился в тело, хотя и не выглядел чем-то жестким при надевании, заставляя выпрямиться. Россовой хмыкнул — это не прошло незамеченным.
— Лихова Ярослава Игоревна.
— Превосходно, а теперь позвольте перейти к сути дела. Думаю, факт нахождения в другом мире вы уже приняли? — я кивнула, помня о своем решении относится к этому, как к бреду страдающего мозга и получать удовольствие от роли попаданки, выйду из этого состояния и напишу книжку. — Тогда поясню: в нашей стране имеется некоторая… нестабильность, назовем это так. Не всех устраивает правящая династия.
 
— Позволю себе поправить: конкретные ее представители, ярых противников монархии не так много.
— Это, безусловно, интересно, — я почувствовала, что начинаю стремиться перенять манеру речи и с трудом сдерживала собственную профессиональную деформацию, — но при чем же здесь я?
— А сейчас мы подходим к самому интересному, — Ивар взмахнул рукой, погружая комнату в полумрак.
Несколько пассов руками и на стене раскидываются ветви фамильного древа Лихачевских. Вот почему уточняли про фамилию… Я бы тоже уточнила, поражаясь тому, какие интересные у меня игры подсознания. Взгляд зацепился за мое имя, соединенное тонкими пунктирными линиями с несколькими размытыми пятнами, от которых шли четкие связи с остальными людьми в роду. Едва заметная синяя линия вела к выступающему из тумана дереву другой семьи, к имени сидящего рядом мага.
— А что значит синий цвет?
Россовой скривился так, будто ему в рот запихнули недозрелый лимон целиком. Левачев хмыкнул, отвечая за друга:
— Договор о браке.
В голове не было ни одной цензурной мысли. Да и мат начал подходить к концу, но пока этого не случилось, я стремилась молчать, только подол платья смяла. Наконец, удалось взять себя в руки и спросить о самом важном:
— А можно как-то этого избежать.
Маг в гражданском только замаскировал смех под кашель, пробормотав что-то в духе "Видишь, Ивар, ты не одинок в этом стремлении!"
Отлично, значит, Россовой не будет меня тянуть к алтарю. Не сказать, что он был слишком уж отвратным вариантом для брака по расчету, но… Вот честно, выходить во сне за двойника бросившего тебя парня из реального мира — самая отвратная фантазия. К голове словно легко прикоснулись, я тряхнула волосами, избавляясь от ощущения и отгоняя почему-то вылезшую картинку одного из свиданий. Левачев хмыкнул:
— Интуитивно Вы закрываетесь, прекрасно. Но надо продолжать работу в этом направлении.
— Не боитесь увидеть в моих мыслях то, что Вам не понравится, Олег Анатольевич?
— Чем же Вы можете меня удивить?
— За моей буйной фантазией стоят интернет и телевидение, и я сильно сомневаюсь, что что-то подобное есть в этом мире.
Под его ироничным взглядом вытащила пару образов из когда-то прочитанных фанфиков — Левачев скривился, едва ли не отплевываясь:
— Вот на этой гадости и будете строить защиту своего разума!
Ивар повернулся ко мне, сгоняя все веселье разом, и принялся обрисовывать ситуацию. Когда-то его предки заключили договор с нынешней правящей династией, тогда только набиравшей силу. Вот только в младшей ветви, как и в старшей, не было дочери — веками рождались только сыновья, а единственный ребенок женского пола, шестнадцатилетняя Лика, погибла за несколько дней до свадьбы, конь скинул ее. Года шли, у Лиховских рождались только сыновья, побочные ветви семьи исчезали, какие-то уходили в соседние миры, когда эта практика была еще популярна. Договор подразумевал брак представителей конкретных ветвей, но условия не возникали. А тут — император тяжело болен, наследники погибли в прошедшей войне.
Передела власти не хотел никто, но наиболее возможные претенденты Россового не устраивали. Как и его друзей, было решено обратиться к покровителям магии напрямую, в поиске решения. Ритуал выдернул меня из моего мира. И к несчастью почти помолвленного Ивара — активировался старый договор. Мало того, что у него срывался желанный брак, так еще и вместо того, чтобы стать невидимой силой за троном — его вынуждают занять место консорта.
— А нельзя этот договор обойти? Ну, выполнить в следующих поколениях или еще что-то…
— Если бы было можно, я бы так на это не реагировал, — маг недовольно стучал пальцами по подлокотникам. — Я теперь даже Вас убить или как-то поспособствовать этому не смогу, магический откат убьет меня. "Хранить и защищать", чтоб его…