Особенности разведения небожителей (СИ)
— По всему периметру или только там?
— Это лучше проверять на практике. — Он наконец засмеялся. — Займемся?
Глава 42
Яоши:
Я даже не знаю, как назвать прошлую ночь. Победой или очередным провалом. С одной стороны, в весенние игры, пусть и со специфическим уклоном в зоологию, мы все же сыграли. С другой — до конца так и не довели, ограничившись взаимным удовольствием. Тай Жень обвинила в этом свою усталость от трудного дня и обилия впечатлений, упомянув еще и завтрашнюю поездку к матриарху своей семьи. Ну, то бишь бабушке.
Эх, жаль, что матриарх моего клана давно умерла. Причем не только она. Так бы можно было взять ее с собой на смотрины, что автоматически повысило бы мой статус в глазах чужой семьи. Или у людей не так? Да не, родителей же тащат на такие знакомства.
Я лениво сидел на краю кровати и, позевывая, раздавал духам утренние указания. Пусть моя хранительница пока спит. Чтобы потом не говорила мне, что каталась на бешеном цилине и не выспалась. Ведь я очень хочу как минимум повторить вчерашний опыт этим прекрасным утром, а еще лучше и вовсе завершить начатое. А потому надо решить все насущные вопросы. Чтобы у Тай Жень не осталось никаких отговорок.
Хм… кстати, о насущных вопросах. От взмаха моей руки приподнялась ткань на клетке с преступником, и я скептически осмотрел просыпающегося танфушу.
— Молоко есть? — не стал я расшаркиваться в приветствиях. Поссум зевнул и сонно покачал в лапке полную бутылочку. — Ну и рыбочки, — кивнул я, закрывая грызуна обратно. Программа работала без каких-либо сбоев, обеспечивая кормящую крысу новой тарой, как только заканчивалась старая.
Завершив всевозможные утренние заботы, я снова задумчиво уставился на Тай Жень. Очень хочется разбудить, но нельзя. В отличие от демонов, которые вполне удовлетворяются и тремя-четырьмя часами сна, обычные люди спят аж по семь-восемь. Иначе болеют и чахнут. А я ее еще даже не накормил персиками! С утра — первым делом! Так вот, о чем я… она у меня пока смертная, а значит — хрупкая. Сегодня же залезу в библиотеку за пособием по формированию золотого ядра. Ждать двадцать лет, пока она будет самостоятельно медитировать, конечно, не стану. Есть несколько вполне легальных способов «сжульничать» на начальном этапе. Как раз начиная с драгоценных небесных персиков.
О-хо-хо. Завел себе игрушку, называется. Развлечься решил, ну и попутно избавиться от бессмертных управляющих, чтобы завести свою, карманную. М-да.
С одной стороны, проблем прибавилось. Я вчера был даже слегка благодарен фениксу за то, что наш петух-рекордсмен прервал тяжелый разговор. С другой… Нет, конечно, тараном по мозгам было необходимо, чего уж. Если Янью погибнет из-за этой поганой давней истории, даже месть не станет оправданием. Ни для кого. Ни для друзей, ни для семьи. Ни для меня самого.
Рыжий гаденыш! Я знал, что он меня помнит, но даже не подозревал, что ищет. В смысле — что затеял собственное расследование и настолько одержим им, что забросил свою жизнь. Идиот… зачем?! Что, я так ему важен, нужен?
Как же я… как же я по ним скучаю. По всем. И особенно по другу, который был ближе родного брата. А вот его сестрам я б еще пару тысячелетий и носа не показывал, да!
Так. Хватит. Только сопли по бездне не хватало распустить. Запущу-ка я проверку всех систем зоопарка, пока Жень спит. Зато потом со спокойной душой уеду на пару дней развлекаться с хранительницей в человеческий мир. Жаль лишь только, что крысу придется брать с собой. Поводок этой заразы почему-то просто так не отпиливается от моего, я уже как только не пробовал. Что-то перемкнуло в потоках. А потому, лишь когда наш контракт с Тай Жень распадется, можно будет безболезненно отцепить крысу.
Кстати, по поводу прогулок. Когда там у нас полнолуние?
Духи тут же материализовали передо мной лунный календарь.
Ну, терпимо. До того как наступят заветные три дня, в которые скотина мелкая становится скотиной крупной, мы успеем вернуться. И я на время законопачу тварь в самый глубокий подвал вместе с креветкой, грелкой и молочной смесью — пусть старается в одиночестве.
Передумал я показывать его стати своей женщине. И так понятно, кто лучше. Незачем ему ни телесами сверкать, ни смотреть жалобными глазами с человеческого лица, ни трепать глупости человеческим же языком.
Это пушистую крысу Тай Жень без лишних сантиментов пристроила к делу. А как она отреагирует на «искреннее раскаяние преступника», выраженное в словах? Тем более тот наверняка ей начнет слезливо рассказывать о тяжелом детстве, плохих соклановцах и каменных игрушках, прибитых к потолку. Оно мне надо?
Солнце поднялось уже почти в зенит, когда я присел на кровать и потянул за одеяло, с неожиданной для себя нежностью глядя, как выплывает из шелкового плена взлохмаченная пшеничная макушка.
— Хей, госпожа. Этот ничтожный приготовил кофе. Но в постель не дам, разольешь — не расплатишься. Вставай. Скоро ехать.
— Мр-р-р? — Не открывая глаз, Тай Жень улыбнулась и протянула ко мне руки. Я, как заколдованный, послушно наклонился и позволил себя целовать — в нос, в лоб, в глаза, в подбородок, в губы.
— Кофе с корицей и сливками? — сонно поинтересовалась девушка, отпустив наконец мою шею. — Пахнешь…
— Ага, как в лучших кофейнях, — хмыкнул я, решив тоже проявить инициативу, раз так откровенно приглашают.
Пожалуй… пожалуй, мне нравится, как начинается утро.
— Или лезешь сам, или я тебя скатываю в рулон вокруг креветки и запихну в самый маленький и душный цянькунь, — рыкнул я на танфушу, отчаянно брыкавшегося всеми четырьмя лапами при попытке упаковать его в мешочек. Тай Жень уже полчаса занималась тем, что завтракала и попутно регистрировала нас на ближайший спецрейс из Пекина в Москву, на который мне пришлось пробивать билеты по своим каналам, а я собирал вещи. — А ну, живо! Еще я на таможне не объяснялся, зачем мне краснокнижная крыса в кармане.
— До аэропорта пойдем через портал или на такси? — спросила Тай Жень из кухни, где с ноутбуком пила кофе. — Осторожнее там. Чего он орет, ты ему креветку раздавил?
— Нет, я ему сейчас яй… то, что осталось, раздавлю. Если не перестанет орать! — Терпение слушать стрекот, похожий на звук работающей циркулярной пилы, закончилось. Крыс задушенно пискнул в кулаке и исчез в сфере уменьшения, а саму сферу я удовлетворенно засунул в обещанный мешочек — самый мелкий и незаметный, похожий на дешевый бумажник из искусственной кожи.
Уф-ф-ф… надо еще раз проверить, что там с поводком, и отрубить к бездне функции новых подключений. Иначе эта женщина с ее страстью к зоологии рано или поздно мне на него хуньдуня прицепит.
— В аэропорт порталом. А дальше самолетом, как я и говорил. На территории другого государства и правила перемещения другие. Ты готова?
— Я-то да. А ты готов к бабушке?
— Ну не съест же она меня?
— Как знать, как знать…
Глава 43
Евгения:
М-м-м… Пожалуй, еще пара таких эпизодов — и я доведу идею стать персональной хранительницей одного ключа до логического завершения.
Только сначала пусть научится в постель человеком ложиться, потому что измерять его сантиметры в спокойном и неспокойном состоянии — это одно, а измерять им собственную глубину… сильно другое.
Оборвать бы вредителям, внушившим мужикам мысль о превосходстве размера над умением, эти самые размеры.
Но щупать по-всякому мне очень понравилось. И кусать понравилось, почти до крови, не сдерживаясь, так, что демона подо мной выгибало в сладкой судороге.
Ф-ф-фуф…