Попутчица (СИ)
Пока я, полностью предоставленная самой себе и своим просто нереальным потоком струящимся в голове мыслям, бродила по коридору, вдруг откуда-то, кажется со стороны регистратуры, неизвестно как до меня донёсся чей-то посторонний голос. Точнее мозг уловил только одно, сразу глубоко засевшее в сознание слово - 'Колесников'.
Незаметно подойдя к регистратуре, я невольно стала вслушиваться в раздраженный монолог той самой миловидной девушки в белом халате, которая ещё недавно помогла успокоить Тимура, а теперь, кажется, сама была на взводе.
- Послушайте, я же вам объясняю, это не наш случай. С наркотической передозировкой вам надо везти в третью городскую больницу...Кто вам сказал такую чушь? Женщина, я не хамлю, просто вы, кажется, не хотите меня слышать. Вам нужно в третью городскую...да, та, что на Каслинской...Ничего, бывает. Всего доброго.
- Простите, - не узнав свой вмиг севший голос, я вцепилась в регистрационный стол. - А вы сейчас говорили о каком-то мужчине...с передозировкой. Вы бы не могли ещё раз повторить фамилию?
- Колесников Александр Владимирович. А что? Девушка вам плохо?
Да мне плохо. Мне было очень плохо, только я всё-таки смогла удержаться на ногах, и, что-то дежурно ответив медсестре, даже не шатаясь, отойти от регистратуры.
Алекс...Господи, какое ещё наркотическое опьянение? Ведь он только пил, ну пускай ещё частенько играл на автоматах, но наркотики?! Неужели до этого могло дойти? Нужно срочно ехать! Как она сказала? Третья городская, на Каслинской?
Прежде чем со всех ног помчаться к остановке, я сначала хотела предупредить Тимура, но...Он меня не видел. Всё также стоя ко мне спиной, он, продолжал утешать всё ещё всхлипывающую жену, по-прежнему обнимая её за плечи. Понимая, что поступаю неправильно, что нельзя вот так срываться, даже ничего не объяснив, я всё-таки как ошпаренная побежала прочь. Во-первых, потому что из головы не выходили мысли об Алексе, а, во-вторых,...не могла видеть их вместе. Я всё понимала. Да, у меня не было причин ни злиться, ни ревновать, но я не могла там находиться. Не могла я объяснить своему глупому сердцу, что оно зря кровоточит, что оно не должно никак реагировать, когда я вижу любимого мужчину с другой женщиной. К этому надо привыкнуть, с этим надо смириться....Только я не смогу, ни за что не смогу! Она его жена, а я, Я лишняя!
*****
- Господи, не понимаю, как это могло произойти? - убрав дрожащие ладони от лица, девушка подняла на Тимура красные, опухшие от слёз глаза. - Он вроде бы спокойно играл в своей комнате, что-то там мастерил из конструктора. Я даже не заметила, как он вошёл в кухню, как стащил эти магниты...Боже мой, ну зачем я их вообще купила?
- Во-первых, мы их вместе покупали, - спустившись с лестницы, Тимур остановился перед Кариной, сжав ладонями её плечи. - А, во-вторых, ты абсолютно не виновата. Со всеми родителями такое может случиться.
- Слабое оправдание. Если бы я внимательней за ним следила...
- Да прекрати ты! - разозлившись, Вербицкий даже несильно встряхнул Карину за плечи. - Сашка подвижный ребёнок, он сейчас мирно играет в комнате с машинками, а не успеешь оглянуться, уже через секунду он в унитазе бассейн устроил. Ну что со мной такого не бывало? Ты вспомни, как я заснул всего на десять минут, а из твоих любимых туфель он уже соорудил флот для кораблей!
- Не сравнивай, - всё-таки не сдержав улыбки, Карина спустилась вслед за Вербицким на первый этаж. - Это какие-то жалкие вещи, а тут жизнь нашего сына...
- Не драматизируй. Всё обошлось. Магниты эти вышли сами собой, причём довольно быстро, так что напрасно мы с тобой паниковали.
- Вовсе нет. Ты же понимаешь, что нам повезло? Могла бы быть операция.
Тимур на это никак не ответил. Во-первых, потому, что за те шесть часов, что он провёл в больнице, сам уже, не раз чуть ли не до седины волос успел накрутить себя подобными мыслями, а, во-вторых, среди томящихся в стенах больницы людей, он выискивал глазами Риту и с ужасом понимал, что её здесь нет, иначе бы он сразу же, сию секунду нашёл её даже среды тысячной толпы. Ушла? Чёрт, он ведь совсем о ней не подумал. Да он вообще ни о чём не мог думать, пока врач не сообщил, что с Сашей всё в порядке и никакой операции не потребуется. До этого момента, все люди, разве что кроме Карины, которая паниковала ещё больше чем он, и поминутно насылала на себя проклятия, для него не существовали, зато теперь....Куда она могла уйти? Уже ведь глубокая ночь! А если с ней что-то случилось?
- Ты на машине приехала или тебе такси вызвать?
Понимая, что сейчас у него нет даже времени, чтобы отвести Карину до дома, Тимур, с нарастающей дрожью во всём теле хотел немедленно набрать номер Риты, хотя и был уверен, что она не ответит, поэтому, когда жена взяла его за руку, потянув за собой на скамью, он невольно, впервые за всю эту бессонную ночь сильно на неё разозлился.
- Ты её ищешь да? - чувствуя, что мужчина норовит ответить ей что-нибудь грубое, Карина мягко улыбнулась, чем сильно его удивила и удержала на месте. - Тимур, давай поговорим.
- Не сейчас, мне нужно....
- Нет как раз сейчас, пока я ещё могу что-то нормально соображать, - с губ девушки сорвался тяжелый вздох, а сама она заметно заволновалась, хотя и подняла на мужчину взгляд полный решимости. - Знаешь, за эту ночь у меня было очень много времени, чтобы подумать обо всём.... Пускай ты и говоришь, что моей вины в том, что Саня оказался здесь нет, но я сама понимаю, что это не так. Понимаешь, если бы я за ним просто не уследила - это другое дело, это можно понять, в конце концов, у меня не четыре глаза, но...Я совершенно забыла о сыне. Да, вот такая я лицемерка. Наняла адвокатов, чтобы они доказывали, что ты плохой отец, что ты не заботишься о ребёнке, а сама я за это время думала о ком угодно, только не о Саше. Назло тебе забрала его из садика, чтобы вы меньше виделись, увезла в какую-то дурацкую квартиру, в самом вонючем районе города, чтобы тебе было дольше добираться, вспоминала о нём, только когда надо было покормить или погулять, а всё остальное время думала, как бы тебе насолить...
- Карин...
- Нет, пожалуйста, не перебивай, дай мне высказаться, - было видно, что девушка очень взволнованна. Всё, что она говорила, она говорила от сердца, с болью пропуская через себя каждое слово. - Мне очень плохо. Я...мне действительно очень больно от всего, что происходит, и я хотела, чтобы так же больно было тебе, но...со своей местью я зашла слишком далеко. Я забыла, что в первую очередь я мама и ради своего сына я должна сохранять хоть какое-то маломальское достоинство, а не превращаться в бесчувственную стерву. Наверное, проблема ещё и в том, что у меня нет подруги или какого-то близкого человека, который бы мог мне это объяснить,...хотя кое-кто всё-таки нашёлся, но это уже неважно. Я не хочу, чтобы то, что случилось сегодня, ещё хоть когда-нибудь повторилось. Я...точнее мы должны поддерживать нормальные человеческие отношения, чтобы у нашего ребёнка всё было хорошо. Вместе у нас уже это вряд ли получится,...а значит нужно развестись. Только не так, как я собиралась. Не надо больше ругани, грязных судебных склок, оскорблений...давай разойдёмся по-людски.
- Ты это серьёзно? - после минутного молчания, поражённо произнёс Тимур.
- Да, абсолютно. Только так мы сможем поддерживать хотя бы просто приятельские отношения и быть нормальными родителями. Мы должны сохранять достоинство и...Господи, что я несу? Какое достоинство после всего, что я натворила? Тимур, прости меня. Закрыв лицо руками, девушка тихо заплакала и даже крепкие объятия несмотря ни на что всё-таки любимого мужчины не смогли её успокоить.
- Это ты...ты меня прости. Прости за всё, я не хотел причинить тебе столько боли. Я не хотел, чтобы ты страдала...Ты дорогой мне человек, это правда.
- Дорогой, - осторожно отстранившись, девушка, не утирая слёз, одними губами усмехнулась, - но не любимый. Скажи,...а может когда-нибудь, пускай очень-очень давно...ты любил меня? После этих слов повисло долгое молчание. Оба неотрывно смотрели друг другу в глаза. Карина с надеждой, а Тимур...сказать правду значит причинить ещё большую боль, а соврать он не мог, только не сейчас.