Оборотень по объявлению. Моя строптивая пара

– Фух! Уже думал, никогда не найдешь!
***
Вот знаете, бывает, мечтаешь месяц о любимом десерте в кофейне в дальнем конце города, бредишь ночами. Думаешь: “ Как только буду рядом, обязательно загляну и возьму себе целую коробку – с запасом!”
Но по воле случая оказываешься там с набитым животом и в ужасном настроении, проходишь мимо, лишь мазнув взглядом, с чувством легкой горечи: “Не хочу сейчас!”
Вот это кольцо очень походило на этот десерт. Такое долгожданное, но так не вовремя! Упакованное в патовую ситуацию, даже подано на морском гаде. И пусть я сейчас собираю все в кучу, должна признаться: все предисловие к предложению совершенно меня подкосило.
Ну разве нельзя сделать нормально?! Расстроил же до слез!
И эта брошь с его номером, словно аксессуар фанатки, а не подарок. Нет, конечно, может, он купил это для начала разговора про переезд…
Санни, брось! Ты чего такая привереда? Парень готовился, проявлял смекалку, оригинально подошел к подаче. Хватит носом вертеть!
Наша душещипательная сцена привлекла внимание, а замерший рядом официант с занесенными вверх для аплодисментов ладонями лишь подогрел интерес гостей. Мои слезы, замершие в уголках глаз, восприняли как хороший знак: невеста растрогана.
– Сог-ла-шай-ся! – раздалось первое зазывное, и тут же публика подхватила: – Сог-ла-шай-ся! Сог-ла-шай-ся!
– Что скажешь, Санни? – с надеждой и легким волнением смотрел на меня Паша.
Я пыталась поймать радужную волну радости, но получалось из рук вон плохо. Это же долгожданное предложение! Вот оно!
Что молчу-то? Вот дуреха.
Натянула улыбку, искусственно зажигая в себе огонь позитива, и только открыла рот, как любимый добавил:
– Через полгодика приеду из Канады и заберу тебя. Ну, край – через год. Как раз визу нужную оформишь, может, там и распишемся.
Судя по Пашиному виду, ему этот план казался гениальным. А вот я подавилась воздухом.
– Заберешь? Не поняла… Ты поедешь в Канаду один?
Думала, что ничего уже не испортит мне настроение, не сделает хуже. Я уже даже вытащила себя за воротник из горы опилок раскрошенных надежд на романтичное предложение, собралась говорить “да”, как земля под этими самыми ошметками мечты разверзлась, и я полетела вниз.
В пропасть ожидания.
Да-да, именно туда Паша хотел меня отправить. На полгодика. Или год, там уж как повезет.
***
Ресторан “Белый кролик”. Мун
– Сог-ла-шай-ся! – раздражающе скандировал зал.
Гости ресторана совершенно не слышали слов смертника о рассрочке любви, видели лишь красивую картинку предложения.
Мун сидел на открытой веранде с закрытыми глазами, удерживая себя на стуле лишь цепями безумной воли. Все внимание оборотня было обращено в зал и следило за каждым разочарованным вздохом Солнца. Только это еще тормозило его от того, чтобы не схватить Санни и не утащить к себе в логово.
Однако волк недооценил хоккеиста. Какой тот сделал ход конем – предложение руки и сердца! Вот осел!
А так все удачно складывалось: оборотень поднял связи и быстро организовал перевод паренька в Канаду. Все чинно и благородно, так, чтобы ни одна блондинистая голова не была откручена.
Кто молодец? Мун-миролюбец!
Ха! Раскатал губу! Сейчас он хотел съесть стол, за которым сидел.
Этот Павел нарывался! Ему точно лучше без головы.
– Мун, прошу тебя, приклейся к стулу. – Альфа сидел напротив казначея, внимательно следя за состоянием друга. –  Этот идиот совершенно не смыслит в женщинах. Здесь вы с ним прямо на равных – два сапога пара! Вот только его ждет облом, а ты умный парень – сделаешь выводы.
– Не сравнивай меня с ним! – выплюнул Мун, открывая глаза, предупредительно стреляя взглядом, а потом зажмурился, снова превратившись в сам слух.
Откинувшись на спинку стула, с запрокинутой головой, мужчина вызывал обильное слюноотделению официанток и дам за соседними столиками, которые разрывались между приятным глазу зрелищем роскошного мужчины и мелодрамой в зале.
– Он допустил главную ошибку, – убеждал снова и снова Стас. – Неважно, что она ответит.
 
Суворову оставалось надеяться, что крошками разума и холодного рассудка Муна можно кормить не только воробьев. Если показать зверя толпе в таком популярном месте, МСО накажет всю стаю ссылкой в тундру. Стас не зря настоял на том, чтобы составить компанию, и очень надеялся, что ситуацию удастся держать под контролем.
– Даже если скажет “да?” – надрывно, будто любая мелочь могла сорвать кольцо предохранителя с гранаты самообладания, спросил оборотень.
– Конечно! – горячо согласился альфа.
– И что за ошибка? – попытался отвлечься волк. Заодно, может, узнает что дельное. Не помешает в постижении науки любви.
– Он оставляет женщину наедине с собой. А этого делать никак нельзя! – назидательно заметил Суворов. – Поверь женатику.
– Но если она согласится… – голос Муна хрустел от сухости, словно опавшие листья под ногами.
– Ты же ее переубедишь?! – посветил фонарем в конце туннеля альфа.
– Еще как! Я прямо сейчас… – Мун вскочил, и альфа зарычал.
– Мун! Сядь! Только все испортишь! Мотай на ус, как делать не надо. Посмотри, что он подарил! Брошку с собой!
– Самодовольный придурок, – согласился Мун, медленно опускаясь на стул. Даже такой профан в любовных делах прекрасно понимал, что дарить вещи, заточенные на себе, – это слишком.
– Вот! Учись на чужих ошибках.
– Я уже составил план, – вскинул подбородок вверх оборотень и с вызовом сверкнул зелеными глазами.
– План чего? – осторожно спросил Стас.
– Завоевания!
– Это-то меня и пугает. – Суворов покачал головой. – К любви нельзя относиться как к бизнес-плану.
И тут из зала донесся ответ Санни и реакция Паши, от которых со своего места вскочил не только Мун, но и Стас.
***
Ресторан “Белый кролик”. Санни
– После дождичка в четверг! – сказала тихо, но увидела, что Паша не расслышал, и повторила отчетливо: – После дождичка в чет-верг!
– Не понял, – недоуменно моргнул парень. – Ты что, серьезно сейчас?
Не отступай, Санни! Нельзя! Сейчас поставлена на карту любовь: все или ничего.
– А разве ты мне не то же самое обещаешь? – спросила так, чтобы слышал только он. – Жди полгода или год, пока я хватаю звезды с небес. А как же прелесть совместного обустройства? Вместе через трудности? В горе и в радости?
Я махровый романтик, наверное. Сама придумала идеальные отношения, сама поверила.
Казалось, парень не слышал моих слов, чувствовал себя словно под микроскопом – весь искрутился на месте. Что ж, сам загнал нас в такую ситуацию с этим предложением. Знал же прекрасно, что под давлением публики трудно отказать, – на то и рассчитывал.
– Так не пойдет, Санни! Ты что меня дураком выставляешь? – кипятился Паша, глядя по сторонам. – Либо да, либо нет!
Правильно ли я делаю? Не пожалею о своем упрямстве?
Нет, все верно. Я не вещь, которую можно оставить пылиться дома, подкупив предложением с блестящим камушком кольца. Мои нервы того не стоят!
– Это ультиматум? – спросила пересохшими губами и отпила глоток вина.
– Нас даже снимают на камеру, – показал глазами на нацеленные на нас глазки смартфонов. – Что ты портишь романтичный момент из-за мелочей?
– Полгода одиночества – это мелочь? – с болью уточнила я.
Почему он не понимает, что делает? Что ранит меня тем, что даже не подумал позвать меня с собой?!
– При наличии современных средств связи это не помеха. Не драматизируй. – Паша сжал вилку до белых костяшек.
– А в постели тебя тоже будут заменять средства связи? – грубо заметила я.
– Санни! – возмущенно покраснел Паша.
– Что? – После того как выбила почву под ногами у парня, спросила в лоб: – Почему не зовешь меня с собой? Думаешь, буду обузой?
– Потому что нужно самому осесть, понимаешь?
Не понимала. В моем хрупком нафантазированном счастье все было не так.