Обретённая 2. Выжить назло (СИ)

Хоть тут нам давали иллюзию выбора.
Кто хотел — плавал. Кто-то занимался на тренажерах, кто-то — с биониками…
Мне выбора не дали, и я по-прежнему, коряво, училась плавать.
Марина отличилась и тут.
Уселась на тренажере и ненавидящим взглядом бдила за всеми нами.
Для всех наблюдателей — она делала растяжку. Мудро. И никто не придерется!
Рядом со мной плеснула вода:
— Я рада, что ты выжила. — Рядом со мной, вцепившейся одной рукой в "поплавок", висела в кристально-чистой воде бассейна Наэла и лукаво мне подмигивала.
— Наэла! — От радости, что моя тренер жива-здорова, едва не выпустила спасительный "поплавок". Подавилась водой и закашлялась.
— Ну-ну-ну! Я тебя страхую! Неторопливо-поверхностно дыши… Воооот… Пробуем плыть…
— Я так рада, что ты… что…
— Я поняла. — Изящная нагиня светло улыбнулась. — Но в чем-то ты права. Я не знаю как выжила…
— Это всё — из-за меня! Прости!
— Не говори глупостей! Просто посредством тебя меня наказали. Да, кстати… до меня дошли слухи, что ты новую благородную глупость совершила?! И вон та ядовитая, злобная и завистливая гадина, что делает вид что тренируется, отныне — твоя подопечная?
— Да. Я сейчас понимаю, что натворила… Ты знаешь, Наэла… я думаю, что Марина — психически больна. Если ранее это скрыто протекало, то сейчас… в фазе острой агрессии.
— Хммм… Можешь ничего не говорить. Я тебя достаточно хорошо знаю. Кого хочешь просить об осмотре подопечной? Конечно же Дока?
— Ага… — Не стала я отпираться.
— Разумно. Если что — он единственный, кто сможет защитить тебя от гнева Гугерта. А в том, что этот гнев твоя подопечная постарается спровоцировать, у меня сомнений нет.
— Я это уже поняла. Но… деваться некуда.
— Будь очень осторожна. — Нагиня, на мгновение, стала серьёзной и жесткой, — Нормальная она, или не совсем… Но хитрости, злобы и извращенных идей у неё — более чем достаточно. Я послушала, поспрашивала… Есть женщины, в силу своего характера, грубые, резкие, наглые. Но они, как правило, прямые и подлости от них ждать не приходится. Твоя подопечная — совсем другое. Самое скверное то, что она именно в тебе видит воплощение всех своих бед. И вынашивает план мести.
Я сглотнула горькую слюну. В животе неприятно защекотало.
— Я понимаю…
— Раз понимаешь, то что думаешь сделать, чтобы хоть немного себя обезопасить? — Наэла непринуженно улыбаясь, поправляла мои руки, забрав спасительный "поплавок" и поддерживая меня под живот хвостом.
— Пока даже и не знаю! А ты что посоветуешь?
— После тренировки подойди к бионику. Любому. И передай просьбу — увидеться с Доком. Ему поведай о том, что ты — дура. Что, по-твоему, подопечная свихнулась и может нагадить многим. В общении с ней — будь жестче. Спокойнее. Помни — Гугерт за тобой постоянно наблюдает. Вот… даже меня быстро подлечить велел. Чтобы я с тобой снова плаваньем занялась. И вообще — я отныне — твоя рабыня! — Сообщая эту ошеломительную новость, нагиня сияла от радости. — Я теперь буду с тобой постоянно.
— Наэла…! — У меня от радости перехватило горло и защипало в глазах. А еще я, забыв о дыхании, хлебанула воды. Закашлялась, суетливо дрыгая руками-ногами.
— Я тоже рада! А теперь — прикрой глаза, расслабься, дыши как я учила… Плыви! Вот! Ну — вот! Плывешь же!
Для закрепления результата, поплавали ещё полчаса. Из воды вылезла почти без сил.
Но, повинуясь требовательному взгляду Наэлы, сразу же подошла к бионику и смиренно попросила передать господину Доку мольбу о встрече.
— Ты что бионику натрепала? — Едва я шагнула в раздевалку, притаившаяся у дверей Марина, резко дёрнула меня за руку. — На меня жаловалась?
— Руку отпусти! — Собрав в кулак всю волю, спокойно взглянула в сочащие злобой глаза Марины. — Не нарывайся на наказание.
— Я уже всё проверила. Тут — слепая зона и камеры ничего не видят.
 
— Госсспошшша, мне убрать вашшшу подопечную…? — И-за моей спины выдвинулась Наэла.
— А это что за тварь? И почему ты для неё — госпожа?! — Злюка оторопело захлопала длиннющими ресницами.
— А это моя рабыня. Наэла будет жить вместе с нами. — Сообщила я, с удовольствием наблюдая, как искажается от злости лицо моей подопечной.
— Нам и двоим там не развернуться! — Взвыла нахалка.
— Значит надо будет потесниться. И не надо повышать голос.
— Вот и пусть она спит на полу, у дверей. Заодно нам будет вместо цепного пса! Зубы-то ядовитые есть! — Начала моментально наглеть Марина, не понимая, что сейчас за нами следят с утроенным вниманием.
— Никто на полу спать не будет! — Твёрдо ответила я, — Мы на кровати поместимся. Все мы худышки. Места хватит!
— Я не буду с ней рядом спать! — Выдала ультиматум эта злыдня. — Не хватало мне — со змеюкой лежать!
— И не спи! — Не поддалась я, — На полу есть место!
— Я на полу наспалась, когда меня к этим ёб*** коротышкам отправили! У тебя совсем сердца нет!? — Лицо Марины покраснело. Из глаз хлынули слёзы. — Вам всем мало того, что я пережила?! Снова унизить хотите!?
— Ты сама себя унижаешь! — Я стояла на своём, хотя было безумно противно разговаривать с моей подопечной. Но… Я сама себе этот "камень" на шею повесила! — Если ты знаешь — каково это — когда тебя считают никем, то нечего пытаться других чморить!
— Я всё равно права! А ты — тряпка!
— Уймись, Марина! — Я начала злиться, — Уймись! Не буди Лихо, когда оно тихо!
— Вот продадут тебя рудху, тогда будешь знать! — Всё же ковырнула меня по больному месту эта гадкая женщина.
— В карцер её! — Раздался за спиной спокойно-леденящий голос Дока. — А ты молодец, Сашша! Становишься отличным лидером. Ты хотела со мной поговорить? О психическом нездоровье твоей подопечной?!
— Да… господин… — Проблеяла я. Ведь даже Гугерта я не боялась так, как Дока.
- Хмм… и что тебя так встревожило? — Говорить с Доком, стоя к нему спиной, было нельзя. И я развернулась, едва дыша и боясь поднять глаза.
— Она… стала какой-то… громкой… очень злобной… агрессивной. Раньше она такой не была… — Промямлила я, ненавидя свой страх.
— Ха-ха-ха! — заразительно рассмеялся Док, но его глаза оставались ледяными. — Ты — глупышка доверчивая! Она всегда была дрянью и интриганткой. Завистливой. Жадной. Но… в чем-то ты права. Надо её проверить… А то — в самом деле — больная…
Всё это время между лопаток меня прожигал ненавидящий взгляд Марины.
— Ты! Как тебя? — Док сверкнул глазами.
— Марина… господин… — Голос подопечной стал приторно-сладким.
— Бионик отведёт тебя в мою лабораторию. Пшла прочь!
Судя по шороху, Марину увели.
— Теперь о Наэле. — Взгляд Дока даже потеплел на долю секунды. — Она теперь твоя собственнось. Она будет тебя охранять, тренировать… вообще — заботиться. Ясно?
— Да, господин! — В унисон отрапортовали мы с нагиней.
— Вот и хорошо. Свободны!
Поклонившись, мы с Наэлой рванули прочь из раздевалки.
— Марина тебе не проссстит… она боитссся лабораторию… как и всссе мы… — На ходу сообщила моя "няня".
— Я понимаю…
— Ничего у неё не бери. Ни еду, ни питьё. К вещщщам я её тоже не подпущу… Я посстараюсссь её контролировать…
 
— Поняла! Спасибо! Прости, что я тебя в это втянула.
— Не извиняйссся… лучшшшше я у тебя буду, чем… там…. А эту сссамку ты зря вытащщщщила… Гугерт ссснает толк в разумных. По-сссвоему он дашшше ссентиментален… Он не сссря её отправил в тот подземный кошшшмар. Она — мерзззосссть.