Антология советского детектива-38. Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Впрочем, это теперь не имеет значения. Скажите лучше, что будем делать с Крогерами?
Смит, заметив, что Холлис смотрит на него в упор, замялся.
— Улик у нас против них нет, — робко начал он. — Все предметы, которые обнаружены и задокументированы при негласном обыске, Крогеры, как бизнесмены, имеют право хранить дома… Но у них есть некоторые вещи, идентичные тем, которые мы видели и у Лямбды-2…
— Это все понятно, — махнул рукой Холлис, не дав ему довести свою мысль до логического конца. — Вы вот что должны твердо усвоить: Крогеры, скорее всего, чувствуют, что мы следим за ними. А раз так, то они могут и что-нибудь неожиданное предпринять, когда узнают, что их босс сегодня арестован.
— Вот пусть и дергаются. Это только нам на руку, — заметил Смит. — У нас будет лишний шанс убедиться в их причастности к шпионской деятельности.
Холлис был не совсем удовлетворен рассуждением суперинтенданта и потому намекнул ему:
— В отношении Лямбды-2 вы, мистер Смит, были более решительны, и мне это понравилось. Вот и сейчас мне тоже хотелось бы услышать от вас какое-то конкретное предложение.
Суперинтендант уловил намек шефа МИ-5.
— А давайте мы возьмем их прямо сейчас, пока они ничего не знают об аресте Лонсдейла. Да, именно сейчас, пока они никуда не исчезли.
Холлис улыбнулся довольной мягкой улыбкой и, подумав секунду, сказал:
— Я согласен с вами, мистер Смит. Люди из группы захвата не разбежались?
— Нет, все на месте.
— А пресса будет?
— Будет.
— Тогда идите, получите ордер на арест Крогеров и действуйте тем же составом, что и при задержании Хаутона, Джи и Лонсдейла. Желаю удачи!
* * *
На удачу рассчитывал и Супер-Смит, когда ехал со всей группой на арест Крогеров. Когда Питер открыл дверь, он первым надел на него наручники и провел его в сопровождении других полицейских в комнату, где находилась Хелен.
— Я из Управления специальных расследований Скотленд-Ярда, — вежливо представился он ей. — Моя фамилия Смит. По званию — суперинтендант.
— Очень хорошо, что вы суперинтендант, — с гордо поднятой головой ответила Хелен, чувствуя, как бледнеет ее лицо. — Но почему с вами так много людей? В чем дело? Может, вы ошиблись адресом?
Супер-Смит улыбнулся:
— Нет, миссис Крогер, мы редко ошибаемся.
— Тогда объясните, что привело вас к нам?
— Мы хотели бы выяснить у вас имя человека, который приходил к вам в первую субботу ноября и декабря месяца. Появился он у вас в такое же вот время, как мы сейчас, где-то после девятнадцати часов.
Хелен бросила взгляд на мужа, ожидая от него подсказки.
— Отвечайте, миссис Крогер.
— Мне трудно кого-то выделить из тех, кто приходил к нам в выходные дни по вечерам. А тем более вот так сразу вспомнить их имена и фамилии.
— Напрасно вы таитесь. У вас нет альтернативы, кроме чистосердечных признаний… Вы провалились. Мы знаем ваши тайные контакты. И потому у вас нет выхода, господа, кроме как расколоться.
Сердце Питера взволнованно билось. Холодный пот выступил у него на лбу. Выдвинувшись чуть вперед и стараясь быть спокойным и убедительным, он любезно проговорил:
— Я являюсь владельцем книготорговой фирмы «Эдип и Медея». Здесь же находится мой офис. К нам приходит в разное время суток довольно много людей, в том числе и мои друзья по книготорговой ассоциации.
— Перечислите тех из них, кто бывает у вас целый день. Или оставался до полуночи.
Питер решил ничего не говорить до тех пор, пока по характеру задаваемых вопросов не поймет, о чем осведомлен Смит, но для видимости все же назвал несколько имен.
— Тогда потрудитесь, мистер Крогер, вспомнить тех из них, которые имели имя Гордон.
От этих слов внутри у Питера словно что-то оборвалось. Умея контролировать свои эмоции и поступки, он тут же взял себя в руки и начал напропалую перечислять разных англичан, не упоминая фамилии Лонсдейла. Для большей убедительности то же самое начала делать и Хелен. Недовольно хмурившийся Супер-Смит понял, что ему вешают лапшу на уши, и, не выдержав, остановил ее резким тоном:
 
— Все, хватит! — Он повернулся к стоящим рядом с ним двум джентльменам и отдал им команду приступать к обыску. — Возможно, только после этого господа Крогеры поймут, что их шпионская карьера навсегда закончилась. — И, обратившись к пожилому толстяку, добавил:
— А вы, Фергюссон, займитесь со своими ребятами обыском на кухне и в спальне миссис Крогер.
— Подождите, интендант! — резко остановила его Хелен. — Сначала объясните нам, кто дал вам право вторгаться в наше жилище и в нашу личную жизнь?
Тревожась за поведение Хелен, Питер подошел к ней, легонько сжал ее руку и тихо обронил:
— Успокойся, Лона, прошу тебя. — Затем, обращаясь уже к суперинтенданту, вежливо и громко спросил: — А в самом деле, на каком основании вы даете такие команды? У вас что… есть на этот счет санкция прокурора?
Супер-Смит снова повернулся к толстяку:
— Покажите им документы.
Толстяк шагнул к Питеру, достал из кармана макинтоша ордера на арест и обыск и подал их ему вместе со своим удостоверением.
— Старший инспектор Управления спецрасследований Фергюссон Смит, — прочитал вслух Питер.
Затем он развернул сложенные вдвое два небольших листка: ему было достаточно взгляда, чтобы убедиться, что это действительно были ордера на обыск и арест. И тут Хелен вспомнила об оставленном в спальне конверте, в котором находились серьезные уликовые материалы. В голове появилась ужасная тяжесть: что делать с конвертом? Пойти в туалет и уничтожить, пока не поздно? Но могут остаться следы: конверт был из плотной и блестящей бумаги. Даже если его разорвать, на поверхности будут плавать кусочки. Что же делать? Она чувствовала, что на нее смотрят Супер-Смит и Фергюссон, заметившие на ее лице смятение и страх.
С трудом ей удалось произнести:
— Извините, я покину вас.
— Куда вы? — рявкнул на нее инспектор.
— В уборную, — нашлась что ответить Хелен и вышла из комнаты.
Войдя в спальню, она заперла за собой дверь и вынула ключ.
Услышав щелчок замка, суперинтендант пожал плечами и дал понять Фергюссону, чтобы он последовал за ней.
Хелен быстро нашла конверт, затолкнула его в дамскую сумочку и, прихватив ее с собой, выбежала из спальни. Но за дверью, держа в руке пистолет, путь ей преградил инспектор:
— Ни с места! Только шевельнитесь — и вам конец!
Хелен скривилась от этих слов, но нисколько не испугалась его.
— Извините, но мне нужно подложить дров в бойлер, ночью нам холодно будет спать, — как ни в чем не бывало пролепетала она, с силой отталкивая его в сторону.
Он схватил ее за руку:
— Не беспокойтесь, миссис Крогер, вам не придется дома спать. Покажите, что вы вынесли из этой комнаты?
— Сумочку свою, чего же еще. Там у меня женские салфетки. — Хелен вцепилась в сумочку двумя руками и держала так крепко, что у нее свело пальцы.
Инспектор, не церемонясь, вырвал сумку, пошарил в ней и, вытащив конверт, спросил:
— От кого это письмо?
— Я не знаю. Нам приходят сотни различных писем от клиентов мужа…
— А почему оно не подписано?
— Этого я тоже не знаю, — тихо сказала она, всеми силами стараясь не потерять самообладания.
Инспектор промолчал и прошел вместе с ней в комнату, где находился Супер-Смит.
Осмотрев содержимое конверта, — а в нем лежали небольшого формата листок с колонками цифр и две стеклянные микроскопические пластинки, суперинтендант спросил:
— Вероятно, это вы должны были передать тому самому Гордону, фамилию которого вы почему-то затруднялись назвать?
 
— Кого вы имеете в виду? — усмехнулся Питер.
— Гордона Лонсдейла, арестованного нами ровно три часа назад. Ну, что вы на это скажете? — Суперинтендант стал наблюдать за реакцией Питера.
Тот был, казалось, невозмутим, но только внешне.
— А что мы должны вам сказать? — поспешно ответила за него Хелен, переключая внимание суперинтенданта на себя. — Нам это имя ни о чем не говорит.