Белые ходят вторыми (СИ)
А сегодня, заявившись ко мне на ночь глядя, сделал предложение руки и сердца. Предложение, которое я отвергла, как самая бессердечная стерва. Жестокая эгоистка.
Наверное, так он меня сейчас и называет, такой и считает. Ругает, проклинает… Ну да ладно. Невозможно иметь всё. Я не могу уступить чувствам и не отказаться от дара.
А если откажусь от дара, перестану быть Лайрой.
От этих мыслей стало совсем горько. Бросив взгляд на книгу, сиротливо оставленную у камина, поняла, что сейчас даже строчки не осилю, и стала раздеваться. Переодевшись в ночную сорочку, забралась под одеяло, задула свечи и позволила себе немного поплакать.
Ночью можно.
Ночью никто не узнает.
* * *
Моё «немного» слегка затянулось, поэтому отражение в зеркале на следующее утро совсем не радовало. А если говорить откровенно, я выглядела ужасно. Хорошо хоть до бала оставался день — достаточно времени, чтобы с век сошли припухлости и в целом на лицо вернулись краски.
Синяки под глазами не считаются.
— Ох, духи всемогущие! — всплеснула руками Морри, застав меня бездумно пялящейся в зеркало. — Госпожа, вы часом не заболели? Накануне Чароденья-то… Вам же завтра на бал… А сегодня примерка!
— Я в порядке, — успокоила служанку и велела: — Принеси мне завтрак.
Завтракать с генералом я сегодня точно была не в состоянии.
— Его светлость рано утром уехал, — словно прочитав мои мысли, заметила Морри. Как бы между прочим. И хитро покосилась в мою сторону.
— И что? — Обернувшись, строго посмотрела служанку.
— Нет, просто… — Она смешалась. Вздохнула и пробормотала: — Сейчас принесу вам завтрак.
Морри ушла, а я вернулась к зеркалу и к своему плачевному отражению.
* * *
Весь день я старательно избегала Тессу. Даже когда приехала портниха, шейла Ирис, попросила служаку не сообщать о её приезде, а сразу провести ко мне. Платье Тессы было готово, портниха ей не нужна, а мне не нужно её общество. И её разговоры о Танце любви, и запугивание женихами, и укоризненные взгляды, словно это я здесь мерзавка, а она вся такая правильная и замечательная.
Хватит!
Бальное платье для ночи Чароденья, как и все творения талантливой шейлы, оказалось волшебным. Из светло-голубого невесомого шёлка с акцентами из тончайшего кружева. Незамужним девицам на торжественные мероприятия запрещалось наряжаться в яркое. Кремовый, нежно-розовый, голубой, бледно-зелёный — та цветовая гамма, на которую девушки вроде меня имели право. Розовый я никогда не любила, изумрудный мне шёл, а вот светлые оттенки зелёного делали меня больной. Кремовый напоминал о бале дебютанток (не самые приятные воспоминания), поэтому оставался голубой. Красивый цвет. Неброский.
Жаль, что даже в нём не получится остаться незамеченной.
— Как же мне нравится шить для вас, дорогая Лайра, — призналась портниха, когда я закончила перед ней кружиться. — Вы словно сказочная фея… Не хватает только магической палочки, которой вы завтра указали бы на своего избранника.
— Я бы лучше не отказалась от пистолета, — пробормотала мрачно.
Не знаю, услышала ли Ирис, но щебетать про избранников прекратила.
После ухода портнихи я попросила Морри принести обед. Эскорн (опять же по словам моей камеристки) всё ещё не вернулся, но в столовую всё равно не хотелось. Там будет Тесса и, может статься, нагрянет её любимчик Рифер.
Ну их.
— Если тётя будет спрашивать, скажи, у меня болит голова. Я не хочу сегодня никого видеть, предпочитаю быть одна.
— Слушаюсь, госпожа.
Быстро согнув колени, Морри побежала за обедом, а я вернула взгляд на платье и снова подумала о том, что пистолет мне завтра не помешает.
До самого вечера торчала в четырёх стенах, невольно прислушиваясь к доносящимся снаружи звукам. Но ворота после ухода портнихи больше не открывались, Вейнанд не возвращался.
* * *
Перед тем, как лечь спать, я решила немного потренироваться. Магия — вот что действительно помогало отвлечься, не думать о завтрашнем дне и напомаженных гиенах.
Это я, если что, про благородных шейров.
Выдернув из вазы цветок, быстренько его общипала и, поудобнее устроившись в кресле, стала концентрироваться на своём даре. Сосредоточиться, призвать силу, скользнуть руками по воздуху…
У меня получалось! При всей моей нелюбви к хроновой магии, я радовалась как ребёнок, наблюдая за парящими над ладонями лепестками. Это было так красиво… Это было невероятно! И сердце в груди взволнованно трепетало.
Я боялась завтрашнего дня и вместе с тем, в глубине души, я его предвкушала. Разумеется, ту часть вечера, когда должна буду щегольнуть перед эргандарским двором своим даром, а не ту, где будут женихи и танцы.
Я так увлеклась «игрой» с цветами, что просидела в кресле возле камина допоздна. Уже когда время перевалило за полночь, перебралась в кровать и уснула. Почти мгновенно, правда, сон мой нельзя было назвать спокойным. То мне снилось, что ничего у меня не получается и лепестки ярко-жёлтого экзотического цветка, вместо того чтобы собраться в тугой бутон, мягким ковром устилают пол. То я была вынуждена танцевать с Редверсом, а иногда красивое лицо герцога стиралось, и я видела перед собой мерзко ухмыляющегося Стейрода. Порой казалось, что за мной наблюдает Имада, а иногда — безымянная креорка.
Единственный, кого не могла отыскать, — это Вейнанд. Я вертела головой, лихорадочно скользила взглядом по приглашённым, понимая, что его нет и больше не будет. Он исчез из моей жизни, как того и хотела, и от этого невыносимо болело сердце.
Вырвавшись из оков очередного тревожного сна, спешно раздвинула шторы. Было раннее утро, и можно было ещё час-другой понежиться в постели, но нежиться мне не хотелось. Когда ложилась спать, генерала ещё не было, и, если он так и не вернулся…
Быстро умывшись, расчесалась, оделась в домашнее платье и поспешила вниз. Может, домоправитель в курсе, куда подевался его светлость. Или Агата с Найлой…
Ещё на лестнице поняла, что в поисках пропавшего герцога нет нужды. Он стоял ко мне вполоборота, в шарфе и пальто, какие носили столичные модники. Куда привычнее было видеть его в военной форме, хоть, приходилось признать, в одежде праздного аристократа его светлость тоже смотрелся прекрасно.
К кому он ездил? К друзьям? К… Катрине?
От этой мысли вспыхнули щёки, и я невольно схватилась за перила, впившись в них пальцами. Словно почувствовав моё присутствие, генерал вскинул взгляд и тут же сунул в карман пальто какую-то коробочку или что-то на неё похожее. Рассмотреть толком не успела. Как раньше, как всегда, угодила в ловушку серых, словно сталь, глаз оборотника.
— Светлого дня, шиари, — поприветствовал меня опекун, наставник и мужчина, за которого всю ночь болело сердце, а теперь оно билось в груди, точно птица в клетке.
— Светлого…
— Ещё не завтракали? — осведомился он церемонно-вежливо.
— Не успела.
— Я тоже, — едва заметно улыбнулся Вейнанд. — Только вернулся.
— Куда-то ездили?
— Был в гостях, — обтекаемо ответил генерал, а я таким ответом совершенно не удовлетворилась.
В гостях он был… Интересно, в каких?
— Будете завтракать у себя или со мной в столовой?
— У… в столовой, — ответила я и неловко кашлянула.
— Тогда отдам распоряжения, — чуть более заметно улыбнулся его светлость и как был в пальто, так и отправился в нём на кухню.
Не прошло и пары минут, как в холл спустилась Тесса. Я на неё почти не смотрела, что не мешало чувствовать её взгляд: такой, от которого хотелось не то почесаться, не то занырнуть с головой в полную горячей воды ванну.
Обедала уже у себя и сразу после этого начала собираться. Полежала в ванне, но не из-за взглядов тёти, а в попытке расслабиться. Не скажу, что получилось, ну да ладно. К чувству, будто в теле каждый нерв натянут до предела, я уже успела привыкнуть.