Вы когда-нибудь...(ЛП)

— Арргх… Нефертари… отпусти…
— Эй, Миона, когда ты закончишь убивать Мал… э-э-э… дю Лака, у меня будет к тебе вопрос.
— Арррр! — рявкнув, Драко спрыгнул со скамейки и вырвался из рук Гермионы. Он бесцеремонно приземлился на пол, хватая ртом воздух, прежде чем уставиться на Рона через щели в Гриффиндорском столе. — Ну и друг же ты, Уэст. Твоя бывшая староста чуть не убила меня, а у тебя возник вопрос?
— Да… это вопиющий позор, приятель, вопиющий позор… Так вот, Миона, помнишь, ты говорила о том, что Волан-де-Морт игнорировал всех женщин, которые попадались ему на пути, — продолжил Рон деловито-профессиональным тоном, очевидно совершенно не заботясь о близкой кончине Драко. Джинни взглянула на слизеринца и рассмеялась.
— Ну и что с того, Рон? — спросила Гермиона, слегка напрягшись, так как ей было интересно, какое бесцеремонное замечание Рон сделает на этот раз.
— А что, если он, ну ты понимаешь… — Рон неловко замолчал под взглядом Гермионы. Он замахал руками, как будто они могли выразить его мысли. — Что, если он не совсем… э-э-э… что, если он играет за другую команду?
Даже лаванда прекратила свой безостановочный смех, и тишина в Большом зале внезапно стала такой густой, что Гермиона услышала тихое тиканье огромных часов. Наконец, Драко поднял руку.
— Если он играет за другую команду, я не хочу быть тем, кто сделает ход! Нет!
Лаванда снова хихикнула, и Гермиона расслабилось на скамейке.
— Ну, эм… интересная мысль, Рон. Но я думаю, что на самом деле Дамблдор пытался сказать нам, что Волан-де-Морт не может чувствовать.
— И что же ты предлагаешь, о бесстрашная предводительница? — спросил Гарри, всё ещё пытаясь устроиться поудобнее на Гриффиндорской скамейке после своего дикого полёта.
Гермиона помолчала.
— Мы не должны изо всех сил стараться добраться до него, — резко начала она, накручивая прядь волос на палец. — Мы должны сделать так, чтобы он сам захотел к нам прийти.
Гарри оставил попытки устроиться поудобнее и сел, сжав шею руками, прежде чем перевести пронзительный взгляд зелёных глаз на Гермиону.
— Ты меня зацепила, Миона. Продолжай.
— Ладно, давай подумаем. Какие вещи делают людей привлекательными? — Гермиона подняла руки над головой, всё ещё лежа, и принялась загибать пальцы. — Вот некоторые из них. Номер один — популярность. Номер два — таинственность. Номер три — иметь что-то или быть кем-то, чего другие люди не могут иметь или не знают. Последнее — это то, откуда вы. Каждый раз, когда кто-то спрашивает вас, откуда мы перевелись или почему, я хочу, чтобы каждый из вас придумывал сказочную чепуху. Сегодня вечером я именно по этой причине попросила Диппета не объявлять, откуда мы приехали… хотя, вроде как, я ему этого и не говорила, — задумчиво добавила она.
— Мерлин, это хорошая мысль, Герми! — воскликнула Лаванда, и Гермиона почти услышала, как она придумывает фальшивую сюжетную линию. — Значит, мы можем говорить всё, что угодно?
— О да, — на обычно искреннем лице Гермионы появилась редкая для нее хитрая ухмылка. — Я хочу, чтобы вы придумали потрясающие истории. Но это, разумеется, не должно быть слишком близко к истине. Распускайте как можно больше слухов. Наша таинственность только добавит нам популярности. Также мы должны быть готовы к тому, что нас могут распределить по разным факультетам.
— Ты действительно так думаешь? — спросила Джинни. Она села и прикрыла глаза от лучей заходящего солнца. — В прошлый раз нас всех отправили на Гриффиндор… Ну, всех, кроме него, — она ткнула большим пальцем через плечо в сторону Драко.
— Да, но это потому, что мы все хотели быть в Гриффиндоре… или что-то в этом роде. Джинни, Рон, Вы знаете, что настоящая причина, по которой Гриффиндор был вашим единственным выбором, заключается в том, что вся ваша семья училась на нём. И, Гарри, единственная причина, по которой ты не был в Слизерине, это то, что ты попросил Распределяющую шляпу не отправлять тебя туда.
— Эй-эй-эй. Чего? — прервал её Драко, прислушиваясь к разговору.
— Совершенно верно, дю Лак, — презрительно ухмыльнулся Гарри, глядя на ошеломленного блондина. — Ваш золотой мальчик был когда-то главным кандидатом в Змеиный дом.
 
— Мерлин, куда катится этот мир? — пробормотал Драко, качая головой.
Гермиона смотрела прямо на Гарри, которого видела вверх ногами, пока рассказывала следующую часть своего плана.
— На этот раз я хочу, чтобы ты позволил Распределяющей шляпе отправить тебя туда, куда ей вздумается. Да, даже в Слизерин, если она захочет, — добавила девушка, увидев удивлённое, почти ненавидящее выражение лица Гарри. — Разделение может только помочь нам собрать больше информации. Это ведь всем ясно?
— Кристально, — съязвил Рон.
Гарри кивнул.
 — Это хорошо, Миона. У нас есть шанс, я чувствую это. Но, — добавил он предостерегающе, — мы не должны забывать, с кем имеем дело.
— О, мы не забудем, — мрачно сказала Джинни себе под нос, без сомнения вспоминая свой ужасный опыт общения с Лордом Волан-де-Мортом на первом курсе.
Гермиона положила палочку на стол и выпрямилась, глядя в глаза подругам.
— Что бы вы ни делали, не позволяйте ему поймать вас на лжи, — предупредила она, мрачно качая головой. — Он умён, он все поймёт. Как только увидим, как здесь обстоят дела, сразу придумаем надежный план нападения, но вы не должны позволить ему заподозрить неладное. Всё будет происходить максимально медленно и осторожно.
— И если медленный подход не сработает к концу года, мы просто бросим его и уедем жить в Магглленд, — пробормотал Рон с жуткой искренностью в голосе. — Так что не ломай голову над этой чёртовой ерундой, всегда найдется быстрый выход. У нас есть преимущество. Верно, Миона?
По какой-то причине у Гермионы скрутило живот. Да, у них действительно был план. Да, по всем правилам, убийство ими Лорда Волан-де-Морта было бы более чем оправдано. Но у неё было чувство, чувство вины… Скорее всего, если они убьют его, то опустятся до его уровня тьмы.
— Да, — пробормотала она, снова взглянув на часы. 18:10. Осталось ещё пятьдесят минут.
Её мысли были прерваны скрипом открывшейся двери, эхом отразившимся от стен Большого зала.
— А вот и дядя Ал, — пробормотал Драко.
Гермиона усмехнулась и посмотрела на вход для преподавателей, находящийся в дальнем конце зала. Дамблдор вошёл — нет, скорее, вплыл в зал. Он оглядел группу из шести человек, раскинувшихся по всей ширине трёх столов, и, что удивительно, встретился с ней взглядом.
— Миссис Нефертари, директор школы хочет Вас видеть.
Она улыбнулась Драко, глядя на него сверху вниз, и сверхмягким голосом, который Дамблдор точно не сможет услышать, пробормотала:
— Ну что ж, дю Лак, да начнётся игра.
========== Глава 8: Вы когда-нибудь становились старостой? ==========
Понедельник, 29 Сентября 1944 Года, 18:45
Вспоминая вопрос Гарри («Я уже говорил, что мне не нравится Диппет?»), Гермиона была очень даже с ним солидарна. Армандо Диппет устроил ей получасовой допрос о её предыдущем опыте обучения.
Дородный и немного полноватый мужчина с безразличным видом сидел в директорском кресле. Он не был похож ни на одного из Дамблдоров, говорил высоким голосом, напомнившим Гермионе гудящую сирену. И эти чёртовы огромные часы всё так же висели на стене.
ТИК-ТАК. ТИК-ТАК. ТИК-ТАК.
Как раз в тот момент, когда Гермиона была готова издать вопль нетерпения, Диппет выхватил кусок пергамента из конверта, который будущий Дамблдор отправил в прошлое. Новый-старый директор профессионально его разгладил, внимательно изучая изящно написанные буквы, цифры и символы.
 
Казалось, он ведёт мысленный диалог сам с собой. Гермиона поняла это по тому, как его глаза постоянно перемещались между листом пергамента, который он только что вытащил, и другим листом, лежащим рядом, сравнивая их.
Стараясь быть незаметной, она остановила взгляд своих светло-карих глаз на перевёрнутом почерке и слегка наклонила голову вправо, отчего её тёмно-шоколадные локоны упали на левый глаз. На неё неожиданно нахлынула головокружительная волна дежавю, мгновенно вернувшая девушку к той встрече с Дамблдором в ночь её выпуска.