Вы когда-нибудь...(ЛП)

— Отличная наблюдательность, Рон, — Гермиона повернула голову направо и посмотрела на Джинни, которая лежала на противоположной стороне Гриффиндорского стола рядом с Гарри, девушки демонстративно закатили глаза. Кудрявая тёмная макушка Грейнджер едва касалась шелковистой светлой макушки Драко, который лежал рядом с ней на другой половине скамьи. Девушка подняла руку и кончиком пальца начала осторожно обводить контур красновато-оранжевого облака рядом с исчезающим солнцем.
— Знаешь, Гермиона, — вдруг сказала Лаванда, садясь и задумчиво глядя на лежавшую шатенку, — если ты собираешься ходить, как египтянка, говорить, как египтянка.… Я придумала несколько способов, как заставить тебя выглядеть лучше.
О, милый Мерлин. Только не это.
— Да, верно, — воскликнул Рон, переворачиваясь на бок и щурясь, чтобы получше разглядеть Гермиону. — Я точно не знаю… но твои глаза имеют миндалевидную форму, я думаю, что это хорошо… Может быть, мы могли бы, я не знаю, обрисовать их с помощью этой глазной штуки, которую вы используете, или что-то в этом роде? Когда мы были в Египте, мы видели несколько мумий, и у них были такие глаза…
— Спасибо, Рон, но поскольку я не была мертва уже более 6 тысяч лет, мне придётся отказаться от твоего предложения, — упрямо перебила Гермиона, её палец переместился на другое облако.
— О, Гермиона, ты должна быть хотя бы загорелой. Все настоящие египтяне загорелые. — Лаванда неохотно вздохнула и добавила: — Я знаю отличное заклинание загара. И, может быть, я немного подкрашу твои волосы? — она критически оглядела тело Гермионы и задумчиво продолжила: — Знаешь, я думаю, этого будет достаточно для того, чтобы тебе все поверили…
Гермиона эхом повторила глубокий вздох Лаванды, принимая поражение. Как бы ей ни хотелось это признавать, в словах Лаванды был смысл. Они должны были быть внешне убедительны.
 — Хорошо, Лав, я позволю тебе сделать это до того, как сюда прибудет Хогвартс-экспресс, хорошо? Но давайте теперь поговорим о стратегии, ребята. Мы должны сделать наши истории острыми, как бритва.
— Мы всё ещё не говорим по-арабски, — тут же заметил Гарри.
— Нет, но я не думаю, что это будет большой проблемой, — покачав головой и нахмурив брови, сказала она и продолжила изучать потолок. — Я очень сомневаюсь, что кто-нибудь из здешних студентов или преподавателей может говорить по-арабски, а если и может, то не настолько хорошо, чтобы разоблачить наш блеф.
Лаванда засмеялась, а Рон поднял руку для того, чтобы высказать свою идею.
— Хорошо, я предполагаю, что наш план состоит в том, чтобы отследить Сами-Знаете-Кого, а затем отправить этого ублюдка к праотцам, — закончил он низким, ледяным голосом. Эти слова были пропитаны гневом двухлетней войны.
Гермиона автоматически почувствовала чистую ненависть к этому злому человеку — нет, к этой злой твари, — о котором говорил Рон.
Нет. Гермиона, расслабься.
— Мы заставим его заплатить, прежде чем он поймёт, что именно по нему ударило, — с горечью пробормотала Джинни.
Услышь голос разума в этом море эмоций. Просто расслабься. Расслабься…
Каким-то чудом Гермиона действительно почувствовала, как расслабляется. Она сделала несколько глубоких вдохов, чтобы прояснить мысли. Возможно, именно поэтому Лаванда была таким фанатиком йоги. Надо будет попробовать.
— Не знаю, как вам, а мне не особо хочется сгнить в Азкабане из-за того, что мы убили семнадцатилетнего подростка без видимых на то мотивов, — возразила она, качая головой. — Я думаю, что самым лучшим решением, чего бы это ни стоило, будет изучить ситуацию в течение нескольких дней или недель, а потом разработать какой-либо конкретный план уничтожения.
— Она права, Уэст. — Драко перевернулся на живот, отбросив свой британский акцент и заговорив протяжным, южно-американским. — Понимаете, мы должны с умом подойти к этому по-настоящему подлому делу. Тёмный Лорд не какой-то идиот, а, вероятно, один из самых умных сукиных сынов, которых когда-либо видел Хогвартс. Мы должны выяснить, в чём суть его игры и сыграть в неё.
 
Гермиона откинула голову назад, взглянув на Драко.
— Очень… выразительно сказано, хорёк. Я согласна с ним, — продолжила она громче, заглушая неизбежный ответ Драко. — Но я не хочу, чтобы вы играли какого-то персонажа, которым на самом деле не являетесь. И всё это только для того, чтобы получить информацию. Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду.
— Я понимаю, к чему ты клонишь, — медленно произнесла Лаванда. — Мы застрянем здесь навсегда, и притворяться кем-то другим так долго будет очень утомительно.
Гермиона не смогла удержаться от смеха.
— Ты умеешь представить всё это в позитивном свете, Лав, — сказала она, закончив обводить пальцем облако номер восемь и опустив руку обратно на колени.
— Спасибо, — весело ответила Браун, слезая со скамейки Хаффлпаффа и принимая позу дерева — одну из поз в йоге.
— Дело в том, что, образно говоря, мы хотим быть как можно ближе к Волан-де-Морту, — сказала Гермиона, пытаясь вспомнить всю информацию, которую она знала о Тёмном Лорде. — Судя по тому, что сказал нам современный Дамблдор, Волан-де-Морт действительно был очень отчуждённым в школе. У него было несколько друзей, которые даже не могли называться друзьями — скорее соучастники преступления, я полагаю… Очевидно, у него могла бы быть подружка, если бы он захотел. Юный Волан-де-Морт был довольно популярен среди девушек, но Дамблдор сказал, что он странным образом игнорировал каждую девушку, которая могла бы броситься ему на шею.
— Что ж, скоро это изменится, — уверенно заявил Драко, и Гермиона подавила рвотный позыв. — Серьезно, Нефертари, ты просматривала ежегодник этого года? Особи мужского пола совершенно не блещут красотой, если учесть, что Тёмный Лорд возглавляет этот список, — он ухмыльнулся. — Возможно, мне придется помочь облегчить ему часть этого ужасного бремени и переманить всех девушек к себе…
— Девочки тоже не слишком горячие, — задумчиво произнес Гарри.
Гермиона уставилась на него, потрясённая словами, которые только что сорвались с его губ. Никогда прежде она не слышала, чтобы Гарри Поттер говорил что-то настолько поверхностное.
— Гарри! — выдохнула она.
Джинни застонала, бросив на Гермиону понимающий взгляд, который та легко расшифровала: «Мужчины». Не колеблясь, Джинни протянула руку и легонько шлепнула Гарри по ноге.
— Тебе лучше продолжать в том же духе, — проворчала она.
— Да, но ты видел эту, э-э, эту слизеринку? — спросил Драко, щёлкнув пальцами несколько раз подряд. — Хм-м, как её звали? …Колумбия Сальви! Думаю, с ней будет жарко.
— О! Точно! — Гарри щёлкнул пальцами в знак согласия и указал на Драко. — Да, ты прав!
Издав рычание, Джинни подняла палочку над головой и небрежно произнесла:
— Expelliarmus!
В тот же миг из волшебной палочки Джинни в Гарри ударила голубая струя света. Он мгновенно слетел со скамьи и, ударившись о стол Когтеврана, разбросал посуду во все стороны.
— Эй… Джин!
— Ой, больно? Прости, мне очень жаль, — она закатила глаза и невинно уставилась в потолок. — Кстати, отличная форма.
Гарри неуверенно встал, поднял с пола очки и вернулся к скамье Гриффиндора.
— Отличная форма, ага, конечно…
— Тьфу! — Лаванда изящно вышла из позы дерева и с грохотом ударила обеими руками по столу Гриффиндора! — Вы все мешаете мне сосредоточиться!
— Знаете, как бы то ни было, Хогвартс-экспресс прибывает точно… — Гермиона взглянула на большие часы в северо-западном углу Большого зала, — через один час и четыре минуты. Что означает…
 
— Что мы начнём пахать, как проклятые, — пронзительно рявкнул Драко, приподнявшись на локтях, чтобы посмотреть на Гермиону. Его голубые глаза хитро блеснули в странной манере Дамблдора. Шатенка протянула к нему руки и схватила его за шею. — Аргх! — удивлённо выдохнул он.
— Чёрт побери, — прорычала Лаванда. Наконец, она отказалась от своей позы дерева и раздражённо села за стол Хаффлпаффа, чтобы посмотреть, как Гермиона душит блондина. — Я не верю, она наконец-то это делает! Давай, Гермиона! Вперёд! Вперёд! Вперёд!