Частная Академия. Осколки (СИ)

Он стоит сам, раскинув руки в стороны, на его широком лице такая счастливая добрая улыбка, что мигом забываю обо всем.
Я дома. Со мной больше ничего не случится. Папа снова рядом.
И все же обнимаю его как-то неловко, в полсилы, боюсь еще, но он так крепко притягивает к себе, что я уже задыхаюсь в его родных объятиях.
— Наконец-то! Мать извелась вся.
— Дай ребенка обнять! Ну как ты, Мирка? Бледная что-то… А это кто? Аркадий, верно? Ой, спасибо, дочу нашу довезли! Не сложно? Ну она у нас девочка хорошая…
  
С Цырулевым прощаюсь как-то скомкано и официально. Мне неловко говорить ему «ты» под папиным пристальным взглядом.
— Ну пойдем, пойдем! — Мама тянет меня на улицу, где наконец я вдыхаю полной грудью. Я дома.
Я дома. Повторяю себе как мантру. А мама внимательно ощупывает меня взглядом, потом страдальчески восклицает.
— Девочка моя бедная! Ну ничего, дома все забудешь, в себя придешь.
С мамой почти всегда так. Она без слов понимает, но обычно сдерживается, а тут, видит, что совсем все плохо.
— Он женился, мам. Сегодня.
Она еще крепче меня прижимает к себе, я вдыхаю в себя родной запах и он как будто растворяет ту броню, которую я нацепила на себя в последнюю ночь в пентхаусе. Когда сидела на полу до рассвета. Потому что меня прорывает. И я реву у мамы на груди, не слыша ничего вокруг. Цепляюсь за нее, как за спасительный круг. А потом чувствую как спину закрывает что-то теплое и большое. Папа.
— Хватит наводнение устраивать, все в машину! Еще два часа ехать!
Мама держит меня за руку всю дорогу. Меня укачивает от усталости, пару раз даже прошу ехать чуть медленнее, а потом снова вырубаюсь.
Утром просыпаюсь в своей кровати и долго не могу поверить, что действительно дома. Может, я никуда не уезжала, просто закончился длинный и несчастливый сон?
Слышу шорох у двери, уже встаю, чтобы открыть, но вовремя останавливаюсь.
— Спит еще! — доносится мамино шипение. — Дай ребенку отоспаться, в себя прийти! Не видел, какой она приехала? Кожа да кости. И бледная вся, только круги под глазами.
— Убью этого выродка! Найду и пристрелю как собаку! Пусть только нос сунет! — от папиной ярости меня прошибает холодный пот.
Тихонько крадусь обратно в кровать и укрываюсь одеялом с головой. Папа может. Вот только Артем никогда здесь не появится.
Не знаю, как долго лежу в кровати, но мама с папой так и не заходят. Даже братья еще не прибежали, что удивительно. Берегут меня, наверное.
Выползаю лишь, чтобы не пугать больше родителей. И да, надо есть, пить, улыбаться, а еще много помогать по хозяйству. Все как всегда в моей настоящей жизни.
Проверяю мобильный только после завтрака. Ни одного пропущенного. Только на почте новое письмо. Из академии.
«Дорогая Мирослава! Мы рады сообщить вам, что ваши финансовые обязательства перед Академией точных и естественных наук исполнены. В прикрепленном файле вся необходимая информация…»
Как и обещал сенатор, мой долг перед академией погасили после женитьбы Артема.
  
Глава 62
 
Следующие три дня окунаюсь в реальную жизнь. Дел в огороде в апреле столько, что некогда спину разогнуть. К компьютеру вообще не подхожу, телефон отключила. Зачем? Все, кто мне нужен и кому нужна я — здесь со мной.
Родители в душу не лезут. Даже удивительно. Я вообще-то ждала как минимум суровую отповедь от папы из-за Артема. Потому что он предупреждал и вообще был против. И совсем не так меня воспитывал. Я даже домашний арест не исключала, но он молчит. Хотя нет, один раз, сразу после ужина, когда мы с мелкими мыли посуду, папа сидел за столом и ждал, когда мы закончим. Потом сесть рядом попросил. Смотрел на меня своим тяжелым взглядом, в котором не знаю даже чего больше было — то ли боли за меня, то ли чувства вины.
Может, и хотел чего сказать, да так и не решился. А потом мама пришла и спать всех погнала.
Сегодня собираюсь заглянуть в школу. Не хочу туда идти, но надо. Если бы не наша директриса ничего не было бы. Она, конечно, не узнает ничего что ей не нужно знать, но поблагодарить за такой жизненный и образовательный опыт, конечно же, надо. Однако, когда узнаю, что ее вызвали в Читу на какое-то важное совещание директоров школ, выдыхаю с облегчением.
На самом деле я не готова. Притворство вообще не мое, а заставить всех вокруг считать, что я счастлива и довольна жизнью, точно не сумею.
Артем снится каждую ночь. И как бы я ни упахивалась в течение дня, не откладывала поход в кровать в надежде, что если засну, то спать буду крепко, Баев меня не оставляет.
Во сне он всегда со мной. Мы вместе. Всегда. То гуляем по незнакомому парку и едим мороженное, то я сижу на полу рядом с его белым роялем и слушаю музыку.
А вчера ночью занимались с ним любовью.
Самое страшное в моей жизни — это первый час после пробуждения. Я лежу неподвижно в кровати и смотрю в потолок, надеясь, что вот это как раз и есть сон. Что вот-вот проснусь рядом с Артемом, я расскажу ему, что мне приснилась его женитьба на Юстине, он обнимет меня и скажет, что это всего лишь кошмар.
Ненавижу себя за слабость и трусость. Знаю, что нужно залезть в сеть и найти их фотки со свадьбы. Увидеть их вместе. Тогда, может и сны прекратятся?
Потому что если бы он не женился, он бы был уже здесь. Если на самом деле меня любит.
— Мирка, зайди в дом, — зовет мама. Сегодня она выходная, так что успеваем с ней на пару перекопать все грядки в парниках под рассаду. — Дело есть.
— Какое? — жду, что помочь где надо, но мама меня удивляет.
— Может, съездишь на недельку к тете Тане в Нерчинск, а лучше на две? Ну или даже больше, если получится. Она звонила сегодня, спрашивала про тебя. Соскучилась.
С двоюродной сестрой мамы мы общались пару раз в год, да по праздникам. Последний раз я к ней ездила в гости лет в семь-восемь.
— Мам? Случилось чего? Я вообще-то тут нужнее.
Она отводит взгляд и говорит как-то неестественно бодро.
— Просто съезди отдохни у тетки, тут мы сами справимся. А тебе… это… доклады какие-то еще сдать надо. Сама же говорила!
Задания по механике и матану, которые мне велели сделать и сдать до конца мая сейчас кажутся чем-то инопланетным. Понимаю, что мне ничего уже Академия не сделает, но все равно киваю маме: да, нужно сделать.
— Ну вот и отлично! Съезди. Новое место и квартира у нее огромная, трехкомнатная. И живет одна, но соседи есть, хорошие. Молодежь там…
Мама так настойчиво пытается меня вытурить из родного дома, что на следующее утро я сдаюсь, хотя и не очень понимаю этой ее заботы. Ну что мне делать в незнакомом месте с малознакомой теткой? Какая смена обстановки? Тут дел невпроворот.
Однако послушно собираю вещи, беру с собой ноут и лишь в автобусе, понимаю, что оставила мобильный дома.
Теть Таня встречает на вокзале, узнаем друг друга сразу. Тут же звоним маме чтобы не волновалась.
— Говорю сразу, Мира, ты на отдыхе. Делать ничего не надо. Отсыпайся до обеда, гуляй, у нас рядом парк с аттракционами, ну, может, ужин приготовь как я с работы вернусь…
Я скептически ухмыляюсь на такой расклад, но то ли магическое было что-то в теткиной квартире, то ли воздух особый, но за две недели я не просыпалась раньше одиннадцати утра. Неспешно завтракала, прибиралась в квартире, потом шла гулять в парк, когда возвращалась, вместо обеда ложилась спать и снова спала. Я даже представить не могла какой во мне скопился недосып. Ну и по вечерам, до прихода тетки урывала час для матана и механики. Интернета в доме нет, только мобильный. А телефон мне тетка отдала свой старый. Кнопочную Нокию с новым номером.
Артем снился только в первую ночь. Потом исчез. Нет, не насовсем, он забрался куда-то глубоко внутрь меня и живет там.
— Может, еще на недельку, а? — спрашивает тетка, когда в мы с ней ужинаем в последний вечер. — Ну нет, так нет. Подумай. Я все лето здесь, приезжай, как захочешь.