Частная Академия. Осколки (СИ)
— Ой…
— Машину вам прислать?
— Нет, не нужно, я на автобусе. Как раньше.
Обедать толком не получается, в горло кусок не лезет. Ругаю себя, что так легко согласилась. Можно же было договориться и передать с кем-нибудь этот договор. Много же технических сотрудников работают как в академии, так и в жилом комплексе. Но я не додумалась. Или очень хочу снова туда попасть! Да нет, не хочу, конечно.
Не хочу. Просто надо.
И кого я обманываю?
Сердце гулко бьется, когда выхожу из автобуса и иду к входу для персонала. Как же все знакомо вокруг! Улыбаюсь охранникам, стараясь отогнать дурацкую мысль, что домой вернулась. Какой дом, Мира? Ты здесь работала, и все. Выполняла свою часть соглашения и пришла пора расторгнуть его и на бумаге тоже.
Глава 22
Все такое знакомое и привычное. Родное? Ну нет! Точно нет! Просто… просто ощущение дурацкое, будто я отсюда и не уходила. Словно утром уехала на пары и, как обычно, с них вернулась. Вот сейчас пройду к лифту, поднимусь в пентхаус, переоденусь и пойду за своей тележкой.
Если так, то почему я воровато оглядываюсь по сторонам? Боюсь или хочу увидеть Артема? Вдруг он сидит где-нибудь в холле, просматривает, нахмурившись, какие-то деловые бумаги, а рядом терпеливо ждет Настя. Нет, я не готова к такому зрелищу.
Взбегаю по ступеням на наш технический этаж в кабинет Филиппа. Администратора нет, зато обнаруживаю там Лиду, горничную. Она, похоже, тоже ждет аудиенции.
— О, Мира! — радостно улыбается она. — Ты вернулась! Слава богу. Девочкам надо сказать, они так обрадуются.
— Привет, Лида, — недоумеваю я и тут же тону в крепких объятиях. — А… да нет… я…
— Только ты с ним сладить можешь, — не слушает меня Лида. — Уже три девочки уволились за месяц. Всех загонял. А толку-то? Хозяин же. И Филипп ничего с ним сделать не может. Мы тут тебя каждый день вспоминаем!
Лида горестно разводит руками и умоляюще смотрит на меня. Так, будто я могу решить все ее проблемы.
— Погоди… ты про Баева? Он загонял?
— Ну а кто еще? Кто? — восклицает она и тут же испуганно прикрывает рот рукой. — Ты как в январе уехала, так никто больше недели не протянул. Уже чего только не делали! И по сменам, и вчетвером, и Филипп вызывал клининг из города самый дорогой. Все ему не то. И находит же к чему прицепиться!
— Подожди! — обрываю я. — Погоди! Мне говорили, он себе другую поломойку нашел. Якобы и живет она чуть ли не в моей бывшей комнате…
Лида таращится на меня в удивлении:
— Да ты что? Да кто б с ним выжил-то рядом? Нет никого и не было. Мы все по очереди у него убираемся.
Чуть опускаю голову и притворно чешу нос — не хочу, чтобы Лида увидела довольную улыбку на моем лице. Нет, а Шелест-то! Вот же сплетница! Вернусь сегодня, уши ей надеру! Треплет лишь бы что, не разобравшись даже!
Так. Стоп. Как — один? А как же Настя?
— Лид, ты уверена? — Вот тут я не притворяюсь. — Он все это время один у себя в пентхаусе живет? А такая девушка, красивая светловолосая? Анастасия.
— А, Збарская, что ли? — простодушно спрашивает Лида, но настороженно оглядывается. Сплетни у нас категорически запрещены, не имеет право персонал обсуждать жителей комплекса, и уж тем более самого хозяина.
— Да, она, — киваю.
— Так она квартиру здесь купила, — объясняет Лида, не замечая, наверное, как я от облегчения прислоняюсь к двери кабинета Филиппа. — Недавно совсем вроде как заехала. Квартира 18С. На шестом этаже. А что?
— Да ничего. Только между нами, Лид. Я думала, она с Баевым…
— Шашни, что ли, водит? Ну это я не знаю. Хотя… они часто вместе куда-то ездили, — заговорщически шепчет Лида. — Но ночевали вроде не вместе. Хотя… кто их знает.
— Значит… значит квартиру здесь купила? — повторяю я за Лидой. — Ловко. Очень ловко.
— А… точно! Вспомнила! — снова шепчет Лида. Немного странно, конечно, мы ведь с ней никогда так не сплетничали. У меня и времени особо не было болтать, да и горничные все держали со мной дистанцию. — Вспомнила! Говорили мне, было у них что-то раньше. Но, видимо, все, иначе б не уехала сейчас.
— Так Насти нет здесь?
— Уехала, да. Неделю назад, — охотно кивает Лида. — Да, точно. Я еще потом уборку у нее делала. Так однажды закрутилась, что хозяину в пентхаус чуть не опоздала обед привезти.
— Артем теперь обедает у себя? — Я невольно вспоминаю, как готовила у него на кухне и мы вместе с ним поедали запасы из холодильника.
— Нет, так он же… а ты не знаешь, что ли? — морщит лоб горничная и мрачнеет: — Погоди-ка! Так он же уже третью неделю с пневмонией вроде как валяется! Врач госпитализацию предлагал, так хозяин его послал! Сам лечится! Вроде уже не заразный, но мы к нему в спальню не заходим. Вот только еду привезти. А медсестру он выгнал.
— Как — с пневмонией? — осевшим голосом переспрашиваю, мгновенно забыв про Настю. — У него что, воспаление легких?!
Лида ничего не отвечает, опасливо оборачивается и с неожиданной для ее комплекции легкостью отбегает от меня на пару метров. И уже стоит, уткнувшись в телефон.
Различаю шум шагов, а через несколько секунд перед нами появляется Филипп. Как всегда собранный, строгий и безукоризненный.
— Мирослава, здравствуй. — Он кивает мне, потом Лиде: — Забери из кухни обед для хозяина. Через десять минут.
Жадно ловлю каждое слово, даже шею вытягиваю, как будто так лучше слышится. Филипп велит пройти мне в кабинет и протягивает тонкую стопку документов:
— Подпиши, пожалуйста. И побыстрее.
Церемониться и вести со мной светские разговоры он совсем не собирается. Да и не надо. Пальцы подрагивают, чуть ручку не роняю на пол, но подписываю бумаги, особо не вчитываясь. Вижу только, что и правда это наш трудовой договор и еще доки о неразглашении.
— Это все?
Филипп бегло просматривает бумаги.
— Да, все верно, — кивает он. — Можешь идти. Если нужно, могу тебе машину дать доехать до академии.
— Нет, не нужно, — поспешно отвечаю. — Я… я сама.
Он усаживается за свой стол, пододвигает какие-то папки, давая мне понять, что разговор окончен.
— До свидания! — прощаюсь я и закрываю за собой дверь.
Значит, воспаление легких? Где подхватил? Действительно, где, Мира?! Наверняка той ночью, когда ты угнала его машину! Но ведь ни с кем другим ничего не случилось! Да ты даже до конца так и не выяснила, как он добрался до тебя. Что там вообще произошло! Засунула голову в мешок со своими обидками и не видишь реальности!
Внутренний голос режет мою душу на куски своими обвинениями. И я ничего не могу ему возразить. Потому что он… прав?
Ну конечно, тебе невдомек, что Баев может заболеть как обычный человек из плоти и крови.
Так! Все! Хватит!
У меня нет карты, чтобы подняться в пентхаус, да меня там и не ждут особо. Мобильного Лиды у меня нет, но я иду на кухню, в надежде, что еда Баеву еще не готова.
— А ты что здесь делаешь? — спрашивает Лида, когда мы с ней буквально сталкиваемся в коридоре. — Так ты не устраиваться пришла или как?
— Можно и так сказать, — уклончиво мямлю я. — Слушай, давай я сама Баеву отвезу еду, хорошо? Ну или вместе? Я помогу.
Она молчит, раздумывает. А я не дышу.
— А Филипп разрешил разве?
— Не совсем, — признаюсь я. — То есть я и не спрашивала. Сама говоришь, внутрь не заходишь, так никто и не узнает. Ну а если нет, вали все на меня.
— Зачем тебе туда нужно? — Теперь Лида еще явно подозревает меня. Не факт, что я вообще его увижу. Меня туда просто тянет, и никакого рационального объяснения у меня нет!
— Да просто… Лид! Пожалуйста!
И тут она неожиданно понимающе хмыкает, а потом выдает:
— Ну не зря, значит, девчонки говорили, что не просто так ты столько с ним продержалась…
Не реагирую на прозрачный намек. Мне не до обид, если он там из-за меня с пневмонией лежит.
— И заболеть не боишься. Мы вообще в масках туда заходим. И убираемся, но он в свою спальню никого не пускает.