Радиус 227 книга третья (СИ)
Не повезли грязного и окровавленного убитого в Крузере, особенно против этого был Коля Карте, мотивируя тем, что сразу сообщат в отдел и люди Ленина, а то и он сам, будут тут через полчаса. На том и порешили — сунули мертвое тело в салон покореженной и простреленной машины, в надежде, что за полчаса его не схарчит какая-нибудь хищная тварь и поехали в город, до которого было уже рукой подать.
Правда, так скоро их не отпустили, когда доложили о перестрелке Ленину, тот приказал, и Николая, и Димку задержать до выяснения. Хорошо, что в последний момент подумали и высадили Черепа с калашом возле офиса, а то изъяли бы автомат, а потом ходи доказывай. Да и «смерть председателя» решили не сдавать, хватит и пистолета, правда уже утром Димка намеревался сходить к полковнику и рассказать о нападении бандитов на мирно едущих по дороге Ковалева и Фирсова и попросить отдать трофейный пистолет, для вооружения бойцов нового блокпоста.
Может, прокатит — отдадут тэтэшник? А вот пока, окончательные документы на создание охранной фирмы не подписаны Смирновым, трофейный калаш лучше не светить. Он бандитами при ограблении поезда с убитых конвоиров взят, да и боевое автоматическое оружие совсем не то же самое, что карабин и дробовик. Можно было смолчать о перестрелке и убитом, только зачем? Это еще один жирный плюсик и парням и будущей структуре, да и Смирнов понимает, что фактически они работу милиции снова выполнили, не даст лютовать Ильичу. Через час, когда взяли подробное объяснение, а милиционеры на своем бобике-уазе привезли тело застреленного, они с Карате вышли из стен кутузки в ночную летнюю прохладу.
Глава 16
Огромное, резное кресло стояло в зале примыкающей к покоям Робера Сейла. Некогда грозный Кровавый барон полулежал на мягких подушках, только теперь он был дряхлым стариком доживающим свои дни. Он уже пару недель не спускался вниз, ни в обеденную залу, ни в тронную, ни тем более во двор своего замка. Напротив него сидел другой человек. Сидел прямо, не сутулясь и не опираясь в изнеможении на широкие подлокотники — он был бодр и полон энергии. И даже не зависть — скорее горечь и некое презрение к своему нынешнему состоянию проскальзывали во взгляде барона, ведь сидящий напротив него человек был его сверстником. Все это было бы смешно, если не было так грустно!
— Господин Олеж, благодарю вас, что прибыли по первому моему зову. -барон чуть склонил голову в знак своей признательности, — Как видите, былые подвиги, а скорее бездумная трата собственной крови и содержащейся в ней магической энергии полностью истощили меня. Я умираю!
— Что вы, господин Барон… -воскликнул Логунов, но Сейл в нетерпении отмахнулся.
— Да не нужны мне ваши бравурные речи и подбадривания, я говорю, о чем знаю точно. Я уже несколько ночей вижу сны… нехорошие сны, скорее — видения. Я вижу мою жену, вижу сожженный замок, мертвого коннетабля сэра Томаса, моих воинов изрубленных на куски и слуг с разорванными, проклятыми детьми ночи, глотками.
— Детьми ночи, вы имеете ввиду вампиров? -удивленно переспросил собеседник, — Но разве Лорд Дмитрий не уничтожил их гнездо и алтарь?
— Это так. -снова чуть кивнул, или скорее обозначил наклон головы возлежащий на подушках барон, — Но он сам сказал, что уничтожил не всех вампиров. Да и моя жена… она стала монстром еще до попадания сюда. Я даже отсюда ощущаю исходящую от нее ненависть и темное зло, но убить ее должен Лорд Димитрий. Убить ее сможет лишь высший, но мне ее убийство не даст ровным счетом ничего — даже если я получу следующий уровень… да хоть два уровня, это не омолодит меня, а если и продлит жизнь, то всего на пару недель. Это неадекватная цена, а его, это сделает намного сильнее. Только, заклинаю вас, Олеж, не позволяйте ему освободить ее из магических оков. Она может прикидываться слабой и беззащитной, но на самом деле, она очень сильна. Первые годы, я из жалости поддерживал в ней жизнь, надеялся найти волшебное средство излечить ее от заразы вампиризма. Глупец! Я сам относил ей в подземелье полные чаши теплой еще крови, но только после, понял какое чудовище создал. Уже долгое время, ей вовсе не дают никакой пищи, но она живет и с каждой ночью становится сильнее. Но не это главное. Я не смог удержать власть в своих немощных руках. Лорды взбунтовались, и я знаю — магистр подбил их на это. Они не хотят чужака на баронском троне, но никто из них не сможет нести эту ношу. Я знаю, это чертов Бертран со своими инквизиторами мутит воду, и знаю, что за моей спиной он давно общается с бургграфом. А эти дураки слушают его медовые речи, они не хотят чужака своим господином, но перегрызутся словно собаки за кость, когда я умру. Тогда, золотой баронский венец падет с моей мертвой головы на землю. Когда я умру…
— Ну что, вы заладили — умру, да умру! -снова прервал его трагическую речь зельевар, — Господин барон, я привез вам зелье среднего исцеления. Если принимать по дозе утром и вечером, то точно не умрете!
— Не умру? Никогда? -хрипло засмеялся Робер, — Я не знал, что для вечной жизни нужно всего лишь пить утром и вечером ваше зелье, Олеж. Хвала богам — секрет вечной жизни открыт!
— Нет, ну это, несомненно даст вам силы на некоторое время. Вы конечно не помолодеете, но это довольно сильное зелье… -смутившись попытался, что-то сказать Логунов, -и я имел ввиду, вовсе не вечную жизнь.
— Не нужно оправдываться, друг мой! Я буду принимать ваше снадобье в надежде протянуть еще недельку-другую, чтобы собственноручно возложить на голову Лорда Димитрия золотой обруч. Но пока, я хочу попросить вас оказать мне последнюю услугу. Вы, готовы, Олеж, исполнить мою просьбу?
— Да, господин барон! -привстал со своего кресла Логунов, — Я сделаю, то что вы попросите.
Барон с трудом выпрямился в кресле опершись не о подлокотник, а о навершие воткнутого рядом с креслом меча и указал рукой на резной ларец.
— Откройте его, Олеж, там венец правителя. Возьмите его и спрячьте в надежное место.
— Но зачем? -удивился бывший заместитель директора научно-исследовательского института, — Разве тут ваша корона не в безопасности?
— Золотой обруч ценен не только как символ власти, и не только тем, что сделан из чистого золота — это магическая вещь, своеобразный амулет владетеля. Обруч возлагается на голову достойного кандидата из высших инициированных и каждому новому барону он дает дополнительные уровни, а иной раз и новые способности. Только не говорите никому о моей просьбе, просто сохраните его в целости и сохранности до возвращения Димитрия, и я сам возложу на его голову венец власти и передам бразды правления баронством. Главное, чтобы он вернулся.
— Вернется, ваша милость, непременно вернется! Мы должны встретиться с ним недалеко от эпицентра, всего через несколько дней.
— Хорошо, господин Олеж, я надеюсь на вас и молю создателя и всех местных богов, чтобы хватило сил дождаться его возвращения.
* * *Следующий день прошел в суете — утром друзья встретились в офисе, заехали в обе пирожковых узнать как идут дела, после отвезли рабочих на блокпост, потом поехали на промку, а после, сами целый день занимались ремонтом квартиры. Николай разошелся не на шутку — предложил побелить не только подвал, но и стены во всех комнатах, заменить треснувшее стекло и перемыть окна, подкрасить не только пол во всех комнатах, но выкрасить все двери и обновить белой краской решетки на окнах. Мало того, он заказал мастерам в мебельном цехе дюжину стульев, прихожую, тумбочки, три шкафа и четыре новых стола — три в комнаты и один на кухню.
На третий день утром, должен был прийти большой состав из-за ленточки и Карате предложил Димке съездить и глянуть, что там к чему.
— Там еще, пацаны просили вещи кое-какие и денег передать одному из осужденных… вернее двум. Братья Ялины, Сергей и Валера. Говорят, здоровые и рыжие, сразу узнаем.
— Это какие пацаны? -чуть напрягся Димка, — Не те, которые с черными риелторами связаны?