Хозяйка Северных гор 2 (СИ)

Джону вдруг стало понятно, что Стефан довёл ситуацию практически до точки невозврата. С такой политикой, какую он ведёт сейчас, в Англию вторгнется Генрих Плантагенет, которого поддержит половина Англии. Другая половина встанет под знамёна Стефана. И начнётся гражданская война.
Но даже если Стефан выиграет эту войну, что маловероятно, никто не даст поставить ему на престол его сына.
  
А по поводу желания Маргарет остаться в нейтралитете тоже было спорно.
– Зачем ты сделал наследником Евгения? – спросил Джон Стефана, отбросив все нормы этикета. Он спросил его как друг.
– Потому что он наследник династии Блуа, – сказал Стефан, и Джон заметил в его глазах какой-то странный, фанатичный блеск.
– Ты понимаешь, чем это закончится для твоего сына? – с горечью в голосе спросил Джон, и увидев, что Стефан задумался, решил рискнуть и добавил:
– Ведь Генрих Плантагенет внук Вильгельма Завоевателя, и он имеет большее право называться наследником, поэтому ты должен думать не только о себе, но и об Англии.
Лицо короля снова исказила гримаса злости.
– Стража! – закричал он.
Дверь распахнулась, и в кабинет ворвался капитан Фрей с двумя солдатами. Увидев мирную картину, он немного недоумённо остановился.
– Капитан, проводите графа обратно в его «покои», – приказал король.
Джон встал. В руках у него всё ещё было письмо от Маргарет.
– Сэр Джон, оставьте бумагу, – сказал король.
Джон молча положил письмо на стол. Он не стал ни о чём спрашивать короля. Стефан сам сказал ему в спину:
– Я сообщу тебе, когда приму решение.
С тех пор прошло уже двое суток. К Джону снова никто не приходил, только молчаливый слуга приносил еду и выносил ведро.
Джон подумал, что мыслительный процесс короля затянулся. Но эти два дня не были мучительными, потому что Джона переполняла гордость. Гордость, любовь и счастье. За то, что пусть и поздно, когда большая часть жизни уже прожита, но Бог послал ему самую лучшую женщину в этом мире.
***
Маргарет
Я объявила королю Стефану ультиматум. Я наконец сделала то, чего Джон, возможно, ждал, только наоборот. Я собрала всех баронов и объявила им, что Уэльс — независимое государство, и что мы сами принимаем решения. Но самое главное, что сторона для нас теперь только одна, наша сторона.
Я сказала баронам:
— Я собираюсь отправить ультиматум английскому королю, чтобы он вернул мне мужа. И если он это сделает, тогда мы сохраним нейтралитет.
Часть баронов, видимо, те, с кем уже встречался Генри Честер, сообщили, что они будут готовы поддержать Генриха Плантагенета, но готовы рассмотреть возможность остаться в стороне, если так решит Совет баронов.
Да, я учредила новый орган Совет баронов. В него вошли все десять баронов, которые были в Уэльсе. И теперь над каждым замком реяло знамя с изображением красного дракона.
Генри Честера я отпустила. Я не король Стефан, я не собиралась никого удерживать силой, но отпустила я его только после того, как он своими глазами увидел мою настоящую власть.
Перед тем как он уехал, я сказала ему, почти по-семейному:
— Я знаю, Генри, что это ты написал королю донос на своего отца.
Я не стала читать ему нравоучений, не рассказывала, что в истории были такие примеры, и все они плохо закончились для тех, кто доносил. Сказала только:
— На предательстве самых близких тебе людей никогда не построить счастливую жизнь. Даже если ты чего-то добьёшься, это не принесёт тебе счастья.
— А почему вы, леди Маргарет, не хотите поддержать Генриха Нормандского? — спросил он.
— Потому что в этом случае моим людям придётся вступить в войну, — ответила я.
Он посмотрел на меня, как на «глупую курицу», и произнёс:
— Вам в любом случае придётся вступить в войну, леди Маргарет.
Я не стала ему объяснять, что воевать за то, что важно для тебя, и воевать за то, что важно для других — это две совершенно разные вещи.
— Я вас отпускаю, сэр Генри, — сказала я. — Но если вы ещё раз попытаетесь навредить мне или своему отцу, то я буду беспощадна. И это относится не только к вам, а ко всем тем, кто станет моим врагом.
И вот уже третью неделю мы ждали ответа от короля Стефана, а его всё не было.
Я каждое утро просыпалась, уверенная в том, что я делаю. И каждый вечер засыпала в сомнениях: зачем я всё это делаю?
Каждое утро я начинала на крыше замка. Элери продолжала на меня ругаться, говорила, что когда-нибудь меня оттуда сдует. Но сегодня, поднявшись на крышу, я увидела вдалеке корабль.
Я посмотрела на небо, оно было затянуто тучами. Что это за корабль, я не знала, но очень надеялась, что он везёт Джона… а не его голову.
Дорогие мои! Снова задерживаю, из-за того, что писала финал по роману "Вторая молодость Фаины" и совсем сбилась с ритма.
Да а Фаину я завершила :))
https:// /shrt/PueM
  
Глава 55
 
Маргарет 
Я вглядывалась в серую полоску горизонта, не отрывая взгляда. От холодного ветра глаза наполнились слезами.
Позади скрипнула дверь, и раздались лёгкие шаги, это, конечно, была Элери.
— Так и знала, что найду тебя здесь, — с укором произнесла подруга.
— Посмотри! Хоть какая-то новость — махнула я рукой в сторону горизонта, стараясь, чтобы голос мой звучал оптимистично.
— Капитан Седрик и Надд отправили людей готовить встречу, — сказала Элери.
Я улыбнулась, не отводя взгляда от точки на горизонте:
— А они уже знают, кто на корабле?
— И ты бы знала, если бы была внутри, — леди Элери поёжилась, ощутив ещё один порыв холодного ветра.
Я повернулась и пристально взглянула в лицо подруге:
— Кто?
— Пойдём, — сказала Элери. — Они прислали голубя, Надд тебе расскажет.
Я, бросив последний взгляд в сторону горизонта, где всё так же был виден приближающийся корабль, пошла вслед за Элери внутрь замка.
Оказалось, что действительно с корабля прислали голубя. И это был корабль короля Стефана.
Когда я узнала, что в послании, то поняла, почему Элери попросила меня спуститься, из послания всё ещё было непонятно, что там, на этом корабле, и есть ли там Джон. Именно поэтому капитан Сэл отдал распоряжение, чтобы капитан Седрик и барон Надд начали выстраивать линии обороны от пристани, потому что это мог быть как мирный корабль, так и военный.
Я высказала своё предположение:
— Вряд ли король Стефан отправил всего один военный корабль, зная, что у нас здесь гораздо больше людей.
На что Надд, усмехнувшись, ответил:
— А откуда бы ему знать, сколько у нас людей? Этого даже ваш пасынок не знает, хотя и провёл здесь почти две недели.
«Да, — подумала я, — и в этом наше преимущество.»
Никто не знал на самом деле сколько воинов в Кардиффе. Потому что в нужное время мечт и луки могли оказаться в руках почти всех живущих здесь мужчин.
«Зелёная сотня» в целом были мирными жителями, которые могли мобилизоваться очень быстро, превращаясь в серьёзную боевую единицу. Мы вообще чувствовали себя уверенно, потому что кладовые наши были полны, цеха продолжали работать, обеспечивая наших союзников, казна ломилась от серебра.
Я внутренне усмехнулась: «Мы очень богатое… королевство. Хотя и маленькое.»
Я знала, что люди шепчутся, что кровь Гламорган, кровь короля Ливеллина вернулась, если бы они знали, как мне страшно, но теперь уже отступать некуда.
Где-то на краю сознания всё ещё мелькала мысль: «Как ты, Маргарита Павловна, могла в это попасть?»
  
Но новая я отвечала: «Другого пути не было. Ведь если бы он был, то я бы обязательно его нашла».
— Когда корабль подойдёт к нашему берегу? — вслух спросила я.
— К концу дня, не раньше, — ответил Надд, и добавил, — и то, если море успокоится.