Хозяйка Северных гор 2 (СИ)

На самом деле, зная архиепископа Кентерберийского, этот жук мог провернуть такую операцию самостоятельно. Ну, я надеялась, что он нам ничего не испортит. Главное – не допускать его на переговоры. А вот, к сожалению, от общих ужинов и приёмов я его отлучить не смогу.
Ну что ж, придётся просто больше контролировать.
С приездом делегации из Рима теперь собрались все, и мы начали подготовку к самим переговорам.
  
Рим, который выступил инициатором этого, готовил «повестку». Хотя здесь это называлось по-другому, но можно было перевести как «вопросы для обсуждения». Кардиналы по очереди встречались с каждой стороной. Меня не приглашали, но накануне дня переговоров они всё же пришли ко мне. Я обозначила свою позицию и попросила их добавить ещё один вопрос, который не был включён Римом в обсуждение, но в определённом моменте мог тоже привести к войне.
Англия должна была подтвердить суверенитет Уэльса, но кардиналы отказались включать этот вопрос. Мне было заявлено, что этот вопрос следует согласовать с Папой и только после этого выносить его на обсуждение.
Меня так и подмывало заявить, что тогда и не состоятся никакие другие переговоры. Но я очень хорошо понимала, что эти переговоры действительно нужны, потому что каждый день до этого перемирия гибли люди.
Вечером, накануне первого дня переговоров, мы встретились с Аланом. Я по-простому пригласила его на ужин. В конце концов могу себе позволить. А он, как всегда, пришёл, принеся с собой запах дороги, можжевельника и моря.
«Как он умудряется всё это собрать каждый раз?» – подумала я, вдыхая запах, который ассоциировался у меня с безопасностью.
– Моя леди, – сказал он, когда мы присели за стол.
И, услышав его голос, я подумала: «Как хорошо, что между нами стол, уставленный посудой и едой».
Правда, эта преграда показалась мне достаточно хлипкой, такое вдруг появилось желание его обнять, прижаться к нему, почувствовать его тепло и на несколько коротких мгновений забыть о том, что ничего ещё не решено, ничего не известно, и всё будет решаться в зале наверху, где слуги уже подготовили круглый стол и одинаковые кресла для всех, чтобы не возникло ощущения, что кто-то разговаривает свысока.
– Я сегодня встречалась с кардиналами, – сказала я, – и они сообщили мне, что вопрос о независимости Уэльса не будет предметом этих встреч.
Алан нахмурился, откинул рукой непослушную прядь со лба, слегка потянулся. Я невольно зависла, глядя на его руку толщиной с ногу слона, наверное. А он не без удовольствия заметил, куда направлен мой взгляд. Я быстренько перевела глаза на его лицо.
– Конечно, это не очень хорошая новость, – сказал «мудрый» Алан, который продолжал поражать меня взвешенностью своих решений, – но, если церковь не подтвердила, это не значит, что мы не можем начать этот разговор.
Алан улыбнулся и, слегка наклонившись ко мне, добавил:
– Моя леди, в конце концов ты хозяйка в стране, которая принимает тех, кто претендует на престол Англии. А Уэльс никогда и не был частью Англии. Но нам нужно с тобой продумать, на каких условиях Уэльс может остаться самостоятельным.
– Послушай, – сказала я, – мы уже столько об этом говорили. У меня бумаги потрачено на полугодовой бюджет этого замка, сколько записей сделал мейстер Умло, рассчитывая те или иные варианты!
Я тоже улыбнулась, вспоминая бурные обсуждения с мейстером, и продолжила:
– Даже если мы обретём полную независимость, мы способны стать богатой страной, но и частичная независимость нас устроит. Конечно, в этом случае остаётся риск её утратить. – Ну так вот, я предлагаю начать с максимального варианта, – сказал Алан и добавил: – У меня нет сомнений, что король Стефан тебя поддержит. – А Генрих? – А вот Генрих с Элеонорой будут биться до последнего, чтобы не соглашаться. И, скорее всего, они воспользуются предлогом того, что Рим не готов подтвердить независимость Уэльса. И тогда этот вопрос затянется… – Насколько? – спросила я. – Настолько, насколько затянется вопрос с Римом? – Нет. Рим может ответить тебе быстро, – ответил Алан, – я думаю, насколько затянется вопрос с тем, кто станет королём Англии и когда.
– Мне кажется, Рим уже списал со счетов короля Стефана, – сказала я.
Алан кивнул: – Ты тоже подумала, что приезд архиепископа Кентерберийского был весьма показателен? – Да, – сказала я. – Весьма показательно, что единственное одобренное Римом церковное лицо Англии полностью поддерживает Генриха. Что ещё это может означать, как не выражение воли Рима?
– Ты научилась читать между строк, маленькая леди, – сказал Алан.
– Ничего себе «научилась»! – деланно возмущённо воскликнула я. – Я всегда это умела! А вот ты в последнее время меня поражаешь, – добавила я и улыбнулась.
– Это хорошо. Я рад тебя поражать, – тихо произнёс Алан и вдруг спросил так же тихо: – Скажи, ты думаешь обо мне? – Конечно, – сказала я. – Каждый раз вспоминаю, что у меня есть защита.
А он посмурнел. – Ну, это уже хорошо, – сказал он. – Думай обо мне почаще, маленькая леди.
И почему-то от его слов мне стало тепло.
Потом разговор переключился на Шотландию. Алан стал рассказывать, что он там сделал, потом он стал расписывать красоты природы и красоту людей Шотландии.
– Когда ты приедешь ко мне, леди Уэльса? – спросил он. – Как только закончатся все эти проблемы, – сказала я.
Алан с деланным возмущением обхватил голову руками: – Это звучит как «никогда», ты знаешь об этом? – Ну уж нет, – сказала я. – Когда-нибудь это должно закончиться…
И мы рассмеялись.
***
Утро следующего дня было солнечным. Я подумала, что это хороший знак: возможно, на переговоры будет потрачен всего один день, и мы быстро договоримся.
Хотя что-то мне подсказывало, что так быстро такие договорённости не заключаются.
К полудню все начали собираться в том зале, который был выделен на переговоры. Коридоры и гостиные рядом с залом оказались заполнены стражей и придворными. Слуги сбивались с ног, разнося закуски.
Я обратила внимание, что на подносах много нарезок с нашего колбасного производства. «И вот же я хомяк,» – подумала я, глядя как придворные трескают колбаску, и, радуясь, что не просто трачу, а создаю базу будущих клиентов-потребителей.
И вторая мысль пришла, тоже совсем не королевская, что колбаска гораздо дешевле, чем просто запечь всем мяса.
Мы с Аланом пришли раньше всех. Я специально торопилась, чтобы быть точно уверенной, что никаких нарушений не произойдёт. Архиепископа Кентерберийского нигде не было видно, и я очень надеялась, что он не попытается устроить какую-то провокацию.
На наших с Аланом глазах остальные проходили в зал. Их представлял глашатай, ударяя посохом с металлическим наконечником в каменный пол. Звук был глухой, но его хватало, чтобы привлечь внимание.
Когда объявили короля Стефана и королеву Викторию, я подняла глаза. И, увидев, что королева Виктория без вуали, забыла, как дышать. Потому что рядом с королём Стефаном, взяв его под руку, шла женщина. Но я могла совершенно точно сказать: чем бы королева Виктория не болела, так измениться она не могла. Это был совершенно другой человек.
Эта женщина не была леди Викторией.
И в этот момент я поняла, о чём была просьба Стефана.
Дорогие мои!
Спасибо, что ждёте, вирусы пока не отпускают, но стараюсь придерживаться графика, по времени иногда сложно, то с утра не раскачаешься, то к вечеру "придавит"
Всем здоровья!
С любовью,
  
Ваша Адель
  
Глава 93
 
Эта женщина не была леди Викторией, но кивнула она мне как старой знакомой.
Я тоже кивнула ей в ответ, глядя на спокойно шествующего короля Стефана, который как ни в чём не бывало вёл эту незнакомую женщину под руку. Также вместе они сели за стол, вернее, за стол сел король Стефан, а стул для королевы Виктории поставили чуть позади супруга.