Системный Кузнец IV (СИ)
Мы продолжили — пот заливал глаза, разъедая кожу. Правая рука, несмотря на исцеление, начала ныть тупой ломотой в глубине кости. Но я не мог остановиться — чувствовал, как Ци в теле бурлит, требуя действия — её слишком много.
Тогда решил рискнуть.
Во время очередной осадки, когда Ульф занёс молот для удара, я не просто держал клещи, а сосредоточился на потоке энергии в животе — представил, как тот поднимается вверх, течёт по рукам, через клещи, прямо в раскалённую сталь.
[Внимание! Попытка «Вливания Духа» на этапе ковки.]
[Концентрация Ци превышает норму. Вероятность успеха: 85%.]
[Открыта новая возможность: «Динамическое Вливание». Вы можете насыщать металл энергией при каждом ударе.]
В момент удара Ульфа я выдохнул, и поток силы хлынул в заготовку.
Сталь вспыхнула — не просто стала ярче, а будто на секунду стала прозрачной, светящейся изнутри золотым светом. Молотобоец отшатнулся, чуть не выронив кувалду.
— Бей! — заорал. — Не останавливайся!
Парень опомнился и ударил — произошло чудо. Сталь, которая только что была упрямой и тугой, вдруг стала мягкой, как глина — под ударом Ульфа поддалась гораздо сильнее, чем раньше — сделали за один нагрев то, на что раньше уходило три.
— Кай… она… светится! — прошептал Ульф, глядя на заготовку с ужасом.
— Работаем! — рыкнул, чувствуя пьянящий восторг.
Мы вошли в ритм, почти как в трансе. Я вливал Ци при каждом нагреве и при каждом ударе. Чувствовал, как энергия проникает между атомами железа и углерода, связывая, уплотняя и выжигая примеси серы и шлака — сталь становилась чище.
Большинство кузнецов вокруг, как заметил краем глаза, шли по лёгкому пути — выковывали лезвие отдельно, шип отдельно, а потом сваривали кузнечной сваркой — как можно незаметнее и надежнее. Это было быстрее, но слабее — Йорг Бык ходил между рядами, орал, пинал зазевавшихся, но не вмешивался в технологию.
Я же решил тянуть из цельного куска, как было в образце.
— Бородок! — скомандовал Ульфу.
Начали пробивать отверстие для рукояти — раскалённый металл сопротивлялся, но под воздействием Ци расступался охотнее. Пробили дыру и расширили оправкой — теперь была голова с дыркой.
Теперь нужно вытянуть из задней части длинный шип — ювелирная работа для кувалды. Молотобоец должен бить точно в край, сплющивая металл, но не загибая.
Один раз паренек промахнулся — кувалда скользнула, и будущий шип сплющился в лепёшку.
— Чёрт! — вырвалось громко.
Ульф замер, сжав голову в плечи.
— Спокойно, — заставил себя выдохнуть. Нужно успокоить напарника, а то расклеится. — Злюсь не на тебя старина, просто эмоционально реагирую на процесс. Ошибки — это нормально — не ошибается тот, кто не пробует. Греем.
Мы нагрели испорченный участок до белого свечения — я перехватил управление. Отложив клещи, взял ручник и начал править. Удар за ударом, собирал расплющенный металл обратно в кучу, возвращая форму четырёхгранника. Огненная Ци текла через молот, помогая мне лепить сталь.
Когда шип был готов, перешли к лезвию.
Самая приятная часть. Веерообразная форма требовала размашистых ударов. Вытягивали спуски, делая лезвие тонким, но прочным — следил за геометрией, используя «Инженерный взгляд» — система накладывала на реальный топор контур чертежа, и я видел, где нужно добавить удар, а где остановиться.
К концу примерно третьего часа топор был почти готов.
Держал его клещами, и руки едва заметно дрожали от усталости — пот заливал глаза так, что их щипало. Рубаха прилипла к спине. Ульф тяжело дышал, опираясь на кувалду.
Ещё не заточенный и не насаженный на рукоять топор лежал на наковальне и излучал угрозу.
Но впереди самое главное — термообработка — то, что превратит кусок железа в оружие.
Провёл нормализацию — нагрел топор и дал остыть, чтобы снять внутренние напряжения после ковки. На этом этапе влил в сталь Ци, чтобы улучшить её структуру.
[Нормализация завершена. Структура зерна выровнена. Риск трещин снижен на 40%.]
Затем — закалка. Снова нагрел, но не весь — только лезвие и остриё шипа — обух и проушина должны остаться мягкими, чтобы не лопнуть при ударе о броню. Держал топор так, чтобы в жару находились только рабочие части.
Цвет вишни — насыщенный красный. Чувствовал, как сталь дрожит, готовая к перерождению.
В этот момент собрал Огненную Ци, и мощным импульсом, через клещи, вогнал её в металл. Топор вспыхнул так ярко, что в полумраке цеха вокруг нашего станка стало светло.
Затем резко опустил в бочку с водой, что стояла между двумя рабочими местами, одна на двух кузнецов.
Вода взорвалась паром — шипение было таким громким, что перекрыло гул горна. Бочка заходила ходуном. Я держал клещи изо всех сил, чувствуя, как металл бьётся в воде, словно пойманная рыба.
Секунда. Две. Три.
Вынул — топор был чёрным, мокрым и дымящимся.
Взял напильник и провёл по лезвию для проверки — скрежет. Напильник скользнул как по стеклу — значит, закалился!
Затем провёл по обуху. Напильник вгрызся в металл — мягкий!
Зонная закалка удалась.
Я сел прямо на пол, прислонившись к наковальне.
— Кай? — тихо спросил Ульф. — Хороший?
Я посмотрел на топор через интерфейс Системы.
[Боевой топор «Ярость Гвардейца» (Редкий ранг)]
[Качество: 75% (Отличное)]
[Материал: Высокоуглеродистая сталь.]
[Свойства:]
[1. «Цельная ковка»: Повышенная прочность конструкции.]
[2. «Закалённая кромка»: Зонная закалка обеспечивает сочетание твёрдости лезвия и вязкости обуха.]
[3. «Искра» (от Вливания Духа): При ударе о броню высекает сноп искр, способных ослепить врага.]
— Хороший, Ульф, — выдохнул, чувствуя, как губы расплываются в улыбке. — Мы сделали это, старина.
Внезапно, перекрывая грохот мехов и удары молотов, разнёсся мощный окрик.
— Ну что, бесы каменные⁈ Уже возрадовались, что меня нет сегодня? Расслабили булки? ХА-ХА-ХА!
Узнал голос мгновенно — тот засел у меня в печёнках. Брандт.
Резко повернул голову, щурясь от едкого дыма, пытаясь в огненном аду разглядеть рыжую морду.
Тот стоял на каменном уступе — там, где лестница переходила в пол цеха. Как демон, спустившийся с небес проверить грешников, мужик возвышался над толпой, закинув на плечо свою огромную кувалду, и хищно окидывал взглядом ряды работающих кузнецов.
Тварь… Сердце забилось в груди, вспоминая встречу.
В цехе что-то изменилось мгновенно — воздух стал плотнее. Выражения лиц кузнецов поменялись — кто-то откровенно осунулся и помрачнел, стараясь стать незаметнее, кто-то втянул голову в плечи, пряча взгляд, а кто-то, наоборот, вытянулся в струнку, выпятил грудь, стараясь поймать взгляд хозяина и показать рвение. Страх и подобострастие смешались в липкий коктейль.
Я встал и подошёл к стойке с инструментами, где висела грязная ветошь. Схватил тряпку, вытер мокрые от пота и сажи руки.
«Ну что, мужик, — подумал, чувствуя, как губы сами растягиваются в ухмылке. — Давай, спускайся. Погляди, что у меня получилось. Даже интересно, какова будет твоя реакция. Спорим, ты не ждал такого от „однорукого калеки“?»
— Готовьтесь к строгой, но справедливой оценке вашей бездарщины! — рыкнул Брандт на весь цех, голос эхом отразился от стен.
Мужик грузно зашагал по рядам и при каждом шаге с глухим стуком бил рукоятью кувалды по раскрытой ладони. Чёрт возьми — этот бес что, спит с ней? Вообще из рук выпускает⁈
Глава 12
Ульф застыл у горна, и его испуганные глаза были прикованы к «Ржавому» Брандту, который сквозь клубы дыма приближался к первому горну.
Оружейник шагал грузно, каждый шаг сопровождался глухим ударом кувалды по огромной ладони — отсчёт времени для приговорённого. Кузнец за первым станком вжался в наковальню — плечи съёжились, голова вросла в шею — пытался стать невидимым и исчезнуть.
Я вышел из рабочей зоны и встал в центральном проходе. Работа в цеху остановилась. Даже те, кто не успел закончить первый топор, замерли с поднятыми молотами. Концентрироваться невозможно — все ждали своей участи, глядя на эту сцену, как на публичную казнь.