Мой дикий (СИ)
11. Алиса
– Стойте, – зову, не допуская того, чтобы он ушел. – Я надолго не могу.
– Я все предусмотрел. Ресторан в пяти минутах отсюда. – серьезно отвечает Рэм, но в его глазах пляшут огни. Киваю, обреченно вздыхая. А он обходит меня и останавливается перед медсестрами.
– Уважаемые дамы. От лица команды губернатора, в благодарность за ваш добросовестный труд…
Ресторан оказался реально в пяти минутах езды. Мы заходим в просторный зал. В нем светлые стены, деревянные столы, много разноцветных кресел и зелени. Рэм идет к дальнему от окна столику, галантно отодвигает мне кресло.
– Здесь вкусные стейки. Хочешь попробовать? – он даже не берет меню, видимо, отлично зная его.
– Я не разбираюсь в мясе. Закажите мне на свой вкус. – прошу его, скромно сложив руки перед собой и тоже не трогая меню.
Мой похититель довольно хмыкает и подзывает официанта.
– Два стейка из говядины на гриле средней прожарки с овощами и по бокалу Пино Нуар. Ну и соусы, вот эту всю байду. – колдует он пальцами в воздухе, а официант кивает, будто понимает, о чем речь.
Когда он уходит, Рэм достает из кармана пиджака лист плотной бумаги, сложенный вчетверо и протягивает мне.
– Что это? – беру лист и раскрываю. Смотрю на свидетельство о разводе и поднимаю глаза на мужчину. – Быстро вы.
– А ты надеялась надолго от меня избавиться, да? – хмыкает он, убирая документ обратно.
– Я не собиралась от вас избавляться, – вздыхаю. – Но деньги мне чужие не нужны.
– И поэтому ты заблокировала не только переводы, но и все остальное?
– Вы бы давили, – оправдываюсь и чувствую себя неловко. Я вообще не привыкла оправдываться перед кем-то. Обычно происходит наоборот.
– Ну, если ты по-другому не поддаешься, – усмехается Рэм. – Думала ли ты когда-нибудь, Алиса Олеговна, что увидишь миллион алых роз вживую? Да еще и в свою честь?
– Это выглядело жутковато, – признаюсь честно, даже если он обидится. Возможно, спасу его будущих женщин от такого приключения. – Представляю, каково было несчастной актрисе увидеть что-то подобное под окном.
– Кстати, как я тебе в этот раз? Не переигрываю?
Фыркаю, пожимая плечами. Все припомнил!
– Ну, на бедного художника вы точно не похожи, уж извините.
Рэм ржет, а я смотрю на него, слушаю его заразительный смех и сердце ухает куда-то вниз живота. Он такой… притягательный, когда расслабленный.
Встряхиваю головой, сбрасывая наваждение. Еще не хватало вот этого всего.
– Ну, зато теперь мы с тобой определились, что такое переигрывать. – он подается мне навстречу, навалившись на жалобно скрипнувший стол. – Помощь тебе и презенты ребенку – нормально, фура цветов – перебор. Да?
Киваю со вздохом. Я вообще не понимаю, что происходит и куда катится. Точнее, я могу предположить. Но я бы не стала покупать той, которую хочу отыметь, фуру цветов. Это сбивает с толку.
– А куда же вы денете оставшиеся цветы? – задаю вопрос, чтобы поддержать беседу. Когда мы уходили, Рэм дал команду оставить столько корзин, сколько женщин в отделении, а остальное увезти.
– К тебе домой, конечно же, – усмехается, а у меня по позвоночнику пробегает холодный пот.
– Ты чего побледнела, рыжуль? Шучу я. У меня у друга цветочный бизнес по всей стране. Найдем, как реализовать.
Нам приносят стейки, вино и множество всяких топпингов. Какие-то соусы, водоросли, капуста. Все настолько красивое на вид, что желудок громко урчит.
– Приятного аппетита, Алиса, – усмехается Рэм и втыкает вилку в сочное румяное мясо.
Отрезаю кусок и кладу в рот. Это блаженство. Мясо нежное и ароматное. В меру соли и перца. Прикрываю глаза от удовольствия, а когда открываю вижу, что Рэм пристально смотрит на меня. Краснею.
– Ты очень аппетитно ешь, – улыбается он. – С тобой за компанию есть вкуснее.
Улыбаюсь ему в ответ и вдруг сильно прикусываю мясо больным зубом.
Взвизгиваю от боли, прижав ладонь к щеке. Так и не добралась до больницы, посвятив выходные уборке.
Не замечаю, как Рэм уже оказывается рядом со мной на корточках и прижимает свою ладонь к моей.
– Рыжик, что с тобой? Щеку прикусила?
– Зуб. – выдыхаю, отдышавшись. Рэм качает головой и достает телефон. Испуганно накрываю его руку своей, не давая никому позвонить. – Не стоит. Я сама. Я уже записалась.
– К кому хоть? – Рэм смотрит на наши руки. Я робею и хочу убрать ладонь, но он накрывает ее своей сверху и аккуратно поглаживает.
Чувствую, как становится жарко. Мне не хватает воздуха, чтобы глубоко вдохнуть. Живот сводит спазмом и я охаю, выдергивая руку.
– Да что с тобой, Олеговна? Ты пугаешь меня. – Рэм поднимается на ноги. – Тебя примут прямо сейчас. Один из лучших докторов страны. Поехали.
Качаю головой и делаю пару глотков вина. У него очень нежный фруктовый вкус без резкого привкуса.
– Я не могу сегодня, я дежурю. – отрезаю кусок стейка. Я не готова расстаться с такой вкуснятиной, попробовав лишь один кусок. – Если не жевать на этой стороне, то не болит.
Рэм садится напротив и снова берет приборы.
– И сколько ты уже так терпишь? – хмыкает недоверчиво.
– Да недавно. Может, пару дней.
– Если у тебя сегодня дежурство, то завтра выходной? Правильно?
– Ну, по факту, только вторая половина дня. Потому что пока пересменка, пока дела сделаешь, документы заполнишь.
– Тогда на вторую половину дня ничего не планируй. Я заеду за тобой.
– Рэм, извините, но…
– Миллион, миллион, миллион алых роз, – напевает он, перебивая меня, и я замолкаю. Нет, лучше уж зубной.
У меня звонит телефон. Это перезванивает Злата.
– Да, дочь, – отзываюсь тут же.
– Мааам, – звонко щебечет она. – А Оля в субботу поедет на набережную на роликах кататься с мамой и папой. Я с ними хочу!
– Злата, ну мы же без машины. И с роликами проблема. Давай в парке возле дома погуляем?
– Мы все время там гуляем. – хнычет дочь. Вздыхаю. Так и есть. Но, что поделать, если после работы у меня сил хватает только на это?
– Давай я приду домой и мы подумаем. Хорошо? Не расстраивайся.
– Подкинуть в субботу? – кивает Рэм на телефон, когда я откладываю его. Отрицательно качаю головой.
– Нет, спасибо. Я не могу потакать любому капризу своей дочери. Она каждый день придумывает что-то новое.
– Не можешь или не хочешь? Если не можешь – это дело поправимое. Если не хочешь – тут твое право.
– Не могу и не хочу. Дело не только в деньгах. Не все можно купить, Рэм Алиевич, – вздыхаю.
– Все, – усмехается он, но потом прищуривается. – Ну, почти все. Все, что нельзя купить можно украсть или отнять.
Вздыхаю, склонив голову набок, и разглядываю его ухмыляющуюся физиономию.
– Вы меня пугаете.
– Привыкнешь, лапуль. Ща на дачу тебя свожу, в баньке попарю. Отдохнешь, расслабишься и поймешь, что я не страшный.
Давлюсь куском мяса.
12. Алиса
– Мне кажется, вы немного торопитесь, – откашливаюсь и запиваю водой кусок, вставший поперек горла.
– Я не из тех, кто привык тянуть кота за яйца, Алиса. Если человек мне интересен, я с ним общаюсь. Все. – разводит Рэм руками.
– А об интересах этого человека вы, я так понимаю, не особо заботитесь? – усмехаюсь.
– Ещё скажи, что я тебе не интересен.
Замираю на несколько секунд, глядя перед собой.
– Не настолько, чтобы соглашаться на баню. – дожевываю кусок мяса и складываю приборы. – Большое спасибо за обед. Мне пора. Не провожайте, я прогуляюсь.
Встаю и на негнущихся ногах иду в сторону выхода. Ощущение, что Рэм сейчас снова догонит меня и закинет на плечо, но ничего не происходит. Я беспрепятственно добираюсь до двери.
Уже оказавшись на улице, борюсь со стойким желанием обернуться и посмотреть, что он делает. Я едва сдерживаю себя.