Отвергнутая истинная чёрного дракона (СИ)

  
Глава 28. Дымится уже!
 
~ Хитэм ~ 
— Тоже здесь, — пресекаю возможные возражения.
— Ну уж нет! — задирает нос оскорблённо.
— Я же сказал, что женюсь, — не даю вырваться и избежать серьёзного разговора. — Значит, женюсь. Завтра же в храм съездим. Хватит уже от меня бегать. Я тебя хочу!
  
И пальцами сжимаю легонько, давая прочувствовать.
Краснеет густо, дразнит мои ноздри женственным запахом шоколада и персика.
— Мы уже обсуждали это. Я не хочу, — поджимает губы и махру до шеи натягивает.
А я и на руки залипаю. Кожа гладкая, нежная, так и хочется языком по ней провести. Прикусить легонько и мурашки губами собрать.
Возбуждаюсь уже от всего, совсем с катушек слетел. Даже от вида тонких запястий!
— Что бы я ни сделал — это в прошлом, — обещаю твёрдо, её взгляд удерживая. — Впредь я буду хорошим.
— Это до первой юбки? — вскидывается ревниво.
Задираю бровь, не понимая, чего она привязалась ко мне именно с этой претензией. Потому что мужик видный, что ли?
— С нами сегодня в повозке ехали пять полуголых женщин. Что-то я не припомню, чтобы засмотрелся хоть на одну. А на них и юбок-то не было, одно лишь недоразумение.
— Хм, — задумывается моя Эль, что не такой уж я и плохой. — Прости, но тебе всё равно нет веры.
— Это ещё почему? — срываюсь и злюсь. — Что ты такая неприступная и колючая?! Может, тебя обидел кто, а ты на меня переносишь?
— Да, обидел! — выплёвывает обвинение.
В глаза смотрит так, будто это я. Буравит, не отводит свои синие омуты. В них плещется что-то дикое: возмущение, ненависть.
— У меня жених есть! — выпаливает.
Вот вроде не тронула, а словно пощёчину дала. Ушат воды ледяной в лицо выплеснула.
Какой ещё жених!
Закипаю мгновенно. Ревность накрывает меня жгучей волной. Перед глазами — красная пелена.
Отпускаю девицу. Боюсь, в порыве слепой ярости кости переломаю.
— Жених?! — рычу сквозь зубы.
И хочу спросить, где этот козлина. Я сейчас быстренько с ним разберусь, чтобы под ногами не путался.
— Был, — уточняет, и я дышу, как паровоз, тщетно стараясь успокоиться.
— И куда же он делся? — с вызовом цежу, близко к лицу наклоняясь.
Открыто угрожаю расправой любому мужику, который рядом с ней ошивается. Пусть знает, что я не позволю никому её у меня отнять! Ни бывшему жениху, ни будущему.
— Сплыл! — орёт так, будто в этом тоже виноват я. — Бросил он меня, ясно?! Перед самой свадьбой. Обещал жениться, вот прямо как ты! А сам…
И смотрит так яростно, как будто ждёт, что я прямо сейчас передумаю её в жёны брать, пойду на попятную. Ну, или сразу же после того как мы разделим постель.
— Но я — не он, — шиплю. — Я так не поступлю.
Ставлю руки по обе стороны от Эль, и она невольно на подушки подо мной опускается, чтобы создать расстояние. Вся пунцовая, страстная… Но на этот раз не от смущения, а от гнева.
— Ага, ага, — не верит и презрительно кривится, не пасуя перед моим агрессивным напором.
А меня бесит этот мудак, который убил в моей девочке веру в мужчин. И как мне теперь убедить её, что я — не такой?
Тем более я и сам не знаю, какой я на самом деле. Есть только чувство внутри, что Эль не хочу отпускать. Что она принадлежит только мне.
— Ну, хватит уже давить на меня, — бормочет, умоляюще глядя на меня снизу вверх. — Я голодная.
— Я тоже, — ухмыляюсь, поедая глазами спрятанные в махре изгибы девичьего тела.
Представляю, какая она там голенькая, чистенькая, ароматная после душистой пены, и чуть ли не скулю.
— Я не про… фу ты какой, — отчитывает меня за то, как я её слова извернул. — Дымится уже!
Невольно смотрю на свой вздыбленный пах, решив, что это она про него. И только потом доходит, что в доме что-то горит.
Бегу к печи, а там огонь разошёлся без присмотра и бок котелка сильно поджарился. Сама похлёбка в порядке, только на внешней стороне капли дымят.
Разливаю ужин по глубоким тарелкам и несу своей невесте в постель. Приношу разделочную доску, нож и остатки хлеба.
Попутно расписываю в красках, как мы назавтра жениться будем. Как красиво и романтично всё сделаю.
Денег у меня нет, но за инструменты, которые я привёз, можно выручить, чтобы хватило на подвенечное платье.
Эль даже не спорит почему-то. За обе щёки наяривает свою похлёбку, а сама так на меня пялится, будто уже верит.
Глаза широко распахнуты, синие и доверчивые. Внимает жадно каждому моему слову и ресничками хлопает.
Такая Эль мне нравится больше, чем неприступная злючка. Я весь уже перед ней стелюсь, устал из кожи вон лезть. Награду хочу.
И я сегодня её получу. Чувствую, что дожал девицу, наконец. Раздвинет свои красивые ножки. Поверила.
— Ой, — дёргает рукой, хватаясь за лезвие ножа вместо рукояти.
Так на меня засмотрелась моя красавица, что не заметила.
Кровь из пореза на пальце капает на постель. Эль морщится и ищет что-то глазами.
А доктор же прям перед ней!
Хватаю девчонку за руку и нежно облизываю раненый пальчик.
Эль вздрагивает и смотрит на меня потрясённо. Глаза — как два синих колодца.
И я не отвожу глаз. Тихонько языком ранку оглаживаю, второй пальчик тоже захватываю и слегка посасываю.
Вкусная она, обалдеть! Крышу рвёт, в штанах адский пожар. В груди спирает.
Рот Эль приоткрывается, дыхание становится рваным. Следит за моими действиями заворожённо. Плывёт невестушка моя.
А я незаметно отодвигаю в сторонку тарелки и разделочную доску, голодный и готовый наброситься на свою жертву в любой момент.
Я возбуждён как дьявол. Краснеющая от смущения Эль тоже.
— Ты не мог бы… — хрипло произносит таким томным голосом, что я аж постанываю от предвкушения.
Облизывает губы, и я тяжело дышу.
— Не мог бы ты принести мне попить?
В горле пересохло? Да, моя хорошая, у меня тоже! Сейчас мы с тобой займёмся любовью, и это пройдёт!
— Бегу, — выпускаю свою пойманную добычу буквально на минутку, чтобы зачерпнуть в ковш воды.
Да только и слышу, как её босые ножки по полу стучат.
— Куда-а! — оборачиваюсь и резко срываюсь в погоню.
Но поздно! Эль с визгом взбегает на чердак и захлопывает дверцу перед самым моим носом!
Толкаю рукой: заперто. Пробую плечом, а она двигает что-то тяжёлое по полу и сверху ставит.
Вот же необъезженная коза! Так лихо меня развела!
— Ну погоди! — рычу сквозь зубы, ударяя снизу кулаком, и хищно скалюсь, услышав испуганный вскрик. — Я до тебя ещё доберусь! Всё равно моей станешь!
  
Глава 29. Поклянись
 
Утром я чувствую себя превосходно, как будто снова вернулась в поместье, из которого когда-то сбежала.
Кожа поскрипывает, волосы свежие и пушистые. Пахнут ароматно, персиком и водяной лилией. Я давно не чувствовала себя настолько чисто вымытой.
Я уже и забыла, как приятно нежиться в настоящей горячей ванне!
Летом моюсь в холодной реке, а зимой — в чулане. Но ведром нагретой воды в ледяном воздухе не больно-то и намоешься. Удовольствия уж точно тогда никакого, одно мучение.
И теперь я словно снова на миг стала ухоженной девушкой. Даже ностальгия внутри вспыхивает по тому давнему времени. Но и боль с нею приходит.
Мне нельзя забывать, как король обидел меня тогда! Он заботится сейчас обо мне только потому, что хочет со мной в постели потешиться. А потом выбросит как мусор!
Это если не вспомнит. А если память вернётся, участь похуже меня ждёт. Даже не представляю, каким будет моё наказание.
Я ему нисколько не верю.
Но таю… Как же я таю от его ласковых касаний и сладких обещаний! Он такой…
  
Без королевской мишуры он простой, работящий мужик. Всё-то у него в руках спорится, и готовить он умеет, и заботиться о женщине, которую считает своей. И защитник из него превосходный.
Чуть-чуть перевоспитать, и отличным мужем станет этот испорченный, самодовольный драконище!