Люди с платформы № 5
Она могла поклясться, что несколько сидевших неподалеку пассажиров молча кивнули в знак согласия.
– Я прозвал ее Мухаммедом Али, – сообщил Джейк.
– Странное прозвище, – усмехнулась Марта. – С чего бы вдруг? По-моему, это вы похожи на Мухаммеда Али, но никак не Айона.
– Потому что она элегантна, но свирепа. Знаешь, наверное, его знаменитое изречение: «Порхай, как бабочка, но жаль, как пчела»?
Марта этого не знала, но кивнула, поскольку совсем не хотела углубляться в историю боксеров, живших в незапамятные времена.
– Глотни, это поможет.
Джейк протянул ей банку с энергетическим напитком. Мать Марты ужаснулась бы из-за обилия пустых калорий, содержащихся в «энергетике». Однако Джейк оказался прав. Один глоток, и девочка ощутила, что к ней возвращаются силы, а нарушенное равновесие восстанавливается.
– Мне давно хотелось с тобой поговорить, – продолжал Джейк. – Если помнишь, я был невольным слушателем твоей беседы с Айоной. Ты говорила про одноклассников, которые тебя травят. Надеюсь, ты не обижаешься.
– Ничуть, – ответила Марта. – Сидя рядом с Айоной, невозможно не слушать ее разговоры.
– С тех пор я постоянно таскаю это с собой. Думал, увижу тебя – отдам. – Джейк протянул ей ламинированную карточку. – Это ВИП-пропуск в мой спортзал. Если не сможешь победить забияк с помощью «Ромео и Джульетты», хотя бы научишься работать кулаками.
– Спасибо, но я не могу это принять. – Спортзал, которым владел Джейк, был хорошо известным, модным местом. Под его логотипом и названием крупными буквами было вытиснено: «БЕЗЛИМИТНЫЙ ДОСТУП ВО ВСЕ ЗОНЫ». – Представляю, какую кучу денег стоят тренировки у вас. Помню, я как-то услышала от Айоны китайскую пословицу: «Если долго стоять на мосту, то однажды мимо тебя проплывет труп твоего врага». Я поняла, что рано ли поздно мои обидчики непременно получат по заслугам.
Джейк скептически хмыкнул:
– Насчет оплаты не беспокойся. Спортзал принадлежит мне. Ты можешь заплатить не деньгами, а сделав мне рекламу среди сверстников.
– Ну тогда я согласна. Джейк, это очень щедро с вашей стороны. Спасибо.
Марта убрала карточку в карман блейзера. Интересно, кого, по мнению Джейка, она сможет привлечь в его спортзал? Инфлюенсер из нее, прямо скажем, никудышный. Скорее уж, ее слова приведут к обратному эффекту, а рекомендации могут оказаться коммерческим «поцелуем смерти».
– Я нарабатываю хорошую карму, – пояснил Джейк. – У меня дочка немногим моложе тебя. Хочется думать: если вдруг с нею обойдутся так, как обошлись с тобой, найдется кто-то, кто протянет девочке руку.
Марта улыбнулась. Надо же, каким внимательным, щедрым и духовно развитым великаном оказался ее новый друг.
– Или же найдется кто-нибудь, кто выследит ее обидчиков и отделает их по первое число. Ты понимаешь, что я имею в виду? – спросил Джейк. – Иногда мало просто стоять на мосту. Порою нужно наступить врагу на шею и столкнуть его труп в реку.
По мнению Марты, это не слишком вязалось с наработкой хорошей кармы. Но в щедрости Джейку уж точно отказать было нельзя.
– До встречи в спортзале, – попрощался он.
Санджей
День у Санджея складывался далеко не лучшим образом.
Ночью ему не спалось, и он просто лежал, глядя, как меняются цифры на дисплее электронных часов. Ну почему на дежурстве время пролетало мгновенно, и он даже не успевал заглянуть ко всем пациентам, а в середине ночи ползло еле-еле? Санджей чувствовал, что попал в порочный круг: чем больше он беспокоился, что слишком устал и не сможет прийти в форму к завтрашнему дню, тем дальше ускользал сон, отчего он переживал еще сильнее.
– Санджей, у вас найдется свободная минутка? – спросила Джулия. Медбрат заставил себя вынырнуть из мозгового тумана и сосредоточиться. – Я искренне надеюсь, что вы мне поможете. Если честно, мне очень неудобно вас обременять, но…
– Конечно помогу, – ответил Санджей и тут же мысленно отругал себя. И когда только он прекратит соглашаться, не узнав вначале, о чем его просят?
– Спасибо, – просияла Джулия. – Я знала: если к кому и обратиться, так только к вам. Мне эта охлаждающая шапочка лишь давит на голову, а проку от нее никакого. Волосы выпадают клочьями. После душа я постоянно вылавливаю их из сливной решетки. Сегодня утром проснулась, и такое ощущение, будто половина головы осталась на подушке. Санджей, я больше не могу носить эту шапочку. Настоящая пытка. Я решила обриться наголо.
– Джулия, я понимаю ваше состояние. Охлаждающая шапочка подходит не всем. У нас есть высококлассный постижер. Раньше работал у самого Видала Сассуна.
Джулия поморщилась.
– Я могла бы носить шляпки или тюрбаны, – сказала она. – Но я надеялась, что вы это сделаете.
– Сделаю… что?
Санджею было трудно удерживать нить разговора. Когда Джулия заканчивала фразу, он успевал забыть начальные слова ее реплики.
– Обреете мне голову. Конечно, это вовсе не входит в ваши обязанности, но обратиться к своей парикмахерше я не могу. Я просила ее подстричь меня совсем коротко. Она согласилась, стала мыть мне голову и, когда увидела выпадающие волосы, запричитала: «Бедные детки! Они ведь еще такие маленькие!» Можно подумать, что я умерла. Я убежала от нее в слезах, даже не смыв шампунь.
– А ваш муж не может этого сделать? – спросил Санджей.
– Я боюсь его даже просить. – Джулия содрогнулась. – Когда у тебя рак, и так-то трудно сохранять нормальные отношения, а это может оказаться последней каплей. Санджей, пожалуйста.
Молодой человек искал способ сказать «нет». Это действительно не входило в круг его служебных обязанностей. Можно было отговориться занятостью или сослаться на возможные последствия, ибо он явно переходил черту в отношениях с пациентом. Но Санджей слишком устал и к тому же не представлял, как отказать Джулии, и так уже потерявшей слишком многое.
– Санджей, я не знаю, кого еще попросить. А вы наверняка уже к таким занятиям привыкли, на вас это не подействует угнетающе. – Эх, знала бы она! – Я даже принесла ножницы и электробритву, – добавила пациентка, чувствуя его нерешительность.
– Хорошо, – сказал он. – Давайте поищем свободное помещение.
Встав сзади, чтобы Джулия не видела его лица, он максимально коротко обрезал ей волосы, глядя, как длинные каштановые пряди падают на пол. Напоминания о другой, счастливой жизни, когда Джулия зачесывала их наверх и шла танцевать или когда во время интимной близости в них зарывались руки мужа. Покончив со стрижкой, он наголо обрил ей голову. Шум и вибрация бритвы маскировали дрожание его руки. Вскоре голова Джулии стала лысой и гладкой.
Санджей обошел вокруг Джулии, затем наклонился и взял ее за руки.
– И как выглядит моя голова? – спросила она, вытирая слезы.
– Прекрасно! К счастью, у вас голова правильной формы. Вам бы многие позавидовали. Ни шишек, ни бугров. Такие головы без волос выглядят… сами понимаете как.
Джулия натянуто улыбнулась, достала мобильник и включила камеру, чтобы посмотреть на себя.
– Санджей, я стала похожей на Шалтая-Болтая. – Обхватив лысую голову, она разрыдалась. Медбрат догадывался, какой беззащитной чувствует себя женщина, лишившись волос – своего естественного защитного покрова. У Джулии не осталось ничего, кроме гладкой кожи на голове и этих слез. – И все равно я вам благодарна, – произнесла она, не отрывая мокрых пальцев. – Так лучше. Завтра я уже привыкну. Знаю, что привыкну.
– Адам приедет за вами? – спросил Санджей.
– Я встречусь с ним в кафетерии. Он обещал взять с собой Сэма, нашего младшего. Представляю, как они оба ужаснутся. Даже не знаю, как я это выдержу.
– Джулия, обождите здесь, – предложил Санджей. – Успокойтесь, постарайтесь улыбаться, а я схожу за вашими мужчинами и приведу их сюда. Здесь более подходящее место для встречи.
Взглянув на часы, Санджей выскочил на служебную лестницу и спустился в кафетерий. Он уже на целый час выбивался из графика и понимал, что ему никак не наверстать время. Адама и Сэма он заметил сразу. Отец с сыном сидели в углу, склонившись над книжкой-раскраской.