Северянин. Трилогия (СИ)

А вот сложный…м‑м‑м…кажется, там была целая технология по его производству. Для создания подобного лука требовалось несколько деталей, которые склеивали между собой, готовили… Но хоть убей, не помню подробностей.
Не помню и того, в чем особенность тетивы на таком луке. А ведь там тоже есть какие‑то нюансы. Вроде не промокает? Или я ошибаюсь?
В любом случае сложные луки превосходили простые. Причем сложными пользовались преимущественно славяне и жители восточных стран, а простыми – европейцы.
Помню какую‑то историю, которая в деталях описывала все преимущества сложных луков. Вроде только из‑за их наличия битвы выигрывали… Вспомнить бы еще, в чем там была загвоздка?
Меж тем, пустив стрелы, воины Гора уселись на место и принялись грести, вновь пытаясь обогнать драккар врага. Тот, к слову, резко сбавил ход. Ну еще бы – только что получили залп как минимум от десяти стрельцов. О! Точно! Стрельцы! Не лучники, а именно стрельцы!
Ладья вырвалась вперед, и славяне вновь поднялись. В этот раз их было уже человек пятнадцать. Они выпустили стрелы и сели на места. Вот только в этот раз ладья не стала обгонять драккар, она резко сменила курс, направившись к нему.
Вот оно что! Выбили большую часть противников, а теперь легко и просто захватят корабль!
Впрочем, не так уж «легко и просто» все оказалось. Все же северяне ‒ закаленные бойцы, и им не знакомо понятие «сдаться». Они сражались до последнего. Причем сражались наши противники отчаянно – славяне потеряли двоих. И это при том, что у них было почти двукратное численное превосходство.
Но на этом везение обороняющихся закончилось – к другому борту подошел наш драккар, мои воины закинули кошки, наглухо зафиксировав корабли, и мы ринулись в бой.
Я запрыгнул на борт драккара, оттолкнулся от него и за один прыжок преодолел расстояние до противоположного борта, возле которого и кипела схватка.
Размахнувшись «киркой», я опустил ее на голову первого попавшегося мне врага.
Ого! А оружие действительно толковое – острие «клюва» смогло пробить шлем противника, его череп, вошло в голову полностью. Я попытался вытащить «кирку», но не тут‑то было – она застряла, и как бы я ни старался, освободить ее так и не получилось.
Видимо я слишком увлекся этим процессом, так как едва не пропустил удар. Уклониться или, скорее, изогнуться я успел в последний момент. И лезвие меча со свистом пролетело всего в нескольких сантиметрах от лица, на уровне моих глаз.
Я отступил на шаг, выхватив из‑за пояса свой верный топор (спасибо покойному Йору).
Враг же наступал, он махнул мечом сверху вниз, но я отклонился в сторону, он попытался провести удар сбоку, но снова лезвие его меча рассекло лишь воздух.
А вот и нужный момент! Махнул противник слишком сильно, он открылся. Я тут же опустил свой топор ему на голову. Однако несколько промахнулся или сам топор соскользнул со шлема, и вся сила удара пришлась на плечо.
Разрубить я его не смог, но и так хватило – враг завопил, а его рука повисла, будто плеть. Похоже, сломал. Еще бы, кольчуга от такого не защитит.
Следующий мой удар заткнул противника навсегда – топор ударил того в скулу, буквально «разломав» лицо, голову.
М‑да, не зря качал «владение топором», ой, не зря! Еще бы «силу» вкачать, все‑таки тогда бы враг и после первого удара сломанной рукой не отделался бы.
Новый враг, попытавшийся напасть на меня, напоролся на чей‑то меч и замер, недоуменно пялясь на лезвие, торчащее у него из груди.
Олаф резким движением выдернул меч и тут же ударил им снова, в этот раз целясь в лицо противника. Лезвие вошло точно в левый глаз. Уже мертвое тело содрогнулось и безвольно опустилось на деревянное дно корабля.
Вот и все, конец сражению. Даже немного жаль, что все так быстро закончилось. Впрочем, оно и понятно – я надеялся перебить гораздо больше воинов Бьерга, не говоря уж про пленение его самого…
Ну, не судьба…
Пока я и мои воины еще отходили от битвы, славяне уже принялись за дело – освобождали трупы врагов от брони и одежды (если последняя была неповрежденной, добротной) и сбрасывали мертвецов за борт.
 
Гор же, неведомо как успевший переместиться на захваченный драккар со своей ладьи, где он только что стоял, ковырялся в вещичках, которые покойнички пытались утащить с Эстрегета.
– Что там? – поинтересовался я у него.
– Все что ни есть – все мое! – повернувшись ко мне и улыбнувшись, весело ответил он.
– Ты такое не говори, – хмыкнул я, – островитяне услышат и не поймут – либо перережут всех твоих, либо только тебя за такие слова.
– А ты на что? – беззаботно улыбнулся Гор.
– А зачем мне репутацию портить? Могу и я и из‑за тебя получить, – пожал я плечами, – мол, позволил себя так оскорблять. Так что будь любезен, не наглей.
– Ну хорошо, – улыбка ушла с его лица.
– Так что там у НАС? – вновь спросил я.
– Да всякий хлам, – уже без всяких шуток ответил Гор, – хотя нет, есть кое‑что полезное.
Он метнул мне нечто объемное и тяжелое. Я едва успел поймать предмет.
– Бочонок медовухи? – хмыкнул я.
– Ага, – кивнул Гор, – не ахти что, но уже не зря воевали!
– Да уж… – вздохнул я.
– Да, кстати, держи свой топор! Не понравился мне совершенно, неудобен, – Гор протянул мне мой второй топор, который я тут же вернул в петлю на поясе.
– Где мой чекан? – поинтересовался Гор.
– В безопасном месте, – ответил я.
– Только не говори, что уронил его в воду, – набычился Гор.
– Да нет, я ж говорю, в безопасном месте.
– Ну, где?
– Вон, в черепе того товарища, – я кивнул в сторону трупа, до которого еще не успели добраться наши сборные команды.
– Надо забрать, а то еще скажут, что это на теле было, и он так чекан и носил, – Гор поднялся и торопливо пошагал к телу. – Своих‑то я знаю…
К счастью, его драгоценный чекан никто не тронул, чему Гор был безмерно счастлив.
– Так что, как добычу делить будем? – спросил он, вернувшись.
– На Эстрегете поделим, – ответил я. – А, кстати, слушай, хотел спросить – это что вы за танцы устроили?
– Какие танцы?
– Ну, перед тем, как корабль на абордаж взять? – уточнил я.
– Да никаких танцев, – теперь уже пожал плечами Гор, – мы всегда так делаем.
– Всегда? А тебе доводилось уже на воде воевать? – удивился я.
– Ну да, – кивнул Гор, – щипали купцов на реке…
А…вот оно что! Теперь ясно, откуда у Гора и его «славян» такой богатый опыт. Уже набили, так сказать. И сейчас просто работали по привычной схеме. Ну, в принципе, логично – зачем терять людей, если врагов можно уполовинить с безопасного расстояния и без всякого риска?
Хотя, судя по тому, как они действовали на их родине, на реке, купцы умели отбиваться от подобных атак значительно лучше, чем пока делают мои земляки.
– А что за луки у вас? – вновь спросил я.
– Что, понравились? – ухмыльнулся Гор, явно догадавшись, к чему я клоню.
– Еще как!
– Составные называются, – важно пояснил Гор, – отличная штука! Я несколько вечеров просидел в сети, пытаясь найти варианты, как улучшить те, что были у моих людей, когда я только начинал играть.
– И как, нашел?
– Нашел, – кивнул он, – и улучшил. Прочные, надежные, дальнобойные и точные. Что еще надо?
– Чтоб моих научил такие делать, – ухмыльнулся я.
– Ну…попробуем, – серьезно кивнул Гор. – Был бы материал подходящий. Да и зима близко – самое время луками заняться.
– Самое время? – удивился я.
– Ну да, в такое время в дереве меньше всего влаги. Луки хорошие получатся. Да и стрел наделаем – они не менее важны, чем сам лук.
* * *
 
Всего несколько игровых часов, и мы вернулись на Эстрегет. Один из моих отставших драккаров решил не пытаться догонять беглецов, за которыми мы бросились вдогонку, а отправился сразу к берегу.
Черт его знает, может, хотели там драку найти, а может, просто поняли, что нечего бестолково туда‑сюда плавать.