Звездные войны.Записки юного целителя (СИ)

– Приказ верховного канцлера? – Вокара Че не смогла скрыть удивление.
– Не думал я, что эта бумага мне понадобится.
Теперь в голосе генерала звенела неприкрытая горечь. Сердце сжалось. Надо обозначить свое присутствие.
– Простите, мастер Че, но я привезла всего лишь половину от заказанного, - перевожу взгляд на Скайуокера. – Нам действительно будет трудно принять новых раненых. У нас катастрофически не хватает бакты.
  
Делать вид, что не слышала предыдущего разговора глупо. А так есть шанс перевести его на решение общих проблем. Скайуокер предложенный путь увидел сразу и принялся заговорщицки подмигивать целительнице.
– Предлагаю взаимовыгодную сделку, мэм. Вы размещаете моих людей, а я наношу визит на аптечный склад. Впредь, советовал бы вам брать с собой на встречи такого рода двух-трех бойцов 501-го легиона из числа выздоравливающих. Смею вас заверить, в большинстве случаев парни вполне справляются без меня.
– Но лечение клонов…
– Бойцов, - поправил целительницу генерал.
– Лечение бойцов 501-го легиона, - не стала спорить та: - требует некоторого количества специального оборудования, которое просто не нужно для лечения форсюзеров.
– У нас дроид-анестезиолог из третьей операционной сам на ладан дышит, - сочла возможным напомнить я.
Надеюсь, это было не слишком похоже на откровенный торг. Но еще больше я надеюсь, что авторитета легендарного генерала хватит, чтобы сломать сопротивление аптечного чиновника.
Вообще-то для борьбы с чиновником генерал Скайуокер использовал не авторитет, а сейбер. Лично видела, как он без лишних разговоров пинком вышиб жертву из кресла и, придерживая ногой, чтобы не уполз, приставил клинок к горлу.
Я отправилась на склад вместе со Скайуокером чтобы точнее проследить за номенклатурой отпускаемых лекарств и оборудования. А теперь растерянно топчусь за спиной у разъярённого рыцаря.
– Список, - не оборачиваясь, Скайуокер протягивает руку за моим датападом и молча сует его в нос чиновнику, обращается же он опять ко мне. – Проследи, пожалуйста, чтобы сюда не заходили.
Это – пожалуйста. Это мы можем. Несколько сотрудников склада поворачивают прочь, забыв, зачем сюда шли, или резко поменяв планы. Так что, когда жертва нападения попыталась заорать «Караул!», ее никто не услышал. Да и крик получился полупридушенный какой-то. И Скайуокер отреагировал на сопротивление излишне нервно, отчего повторять попытку снабженцу расхотелось.
– Только не говорите, что мы вас грабим, - понявший, что новых попыток неповиновения не будет, Скайуокер стал почти благодушен. – Просто поставьте свою подпись здесь и здесь. Вот так, и команду на погрузку дать не забудьте. Вот и все. А вы нервничали. Спасибо за сотрудничество.
В одноместной кабине госпитального грузовичка вдвоем тесно. Генерал Скайуокер ведет машину одной рукой. Второй полуобнял меня, чтоб не ширять локтем в бок. Я замерла и кажется совсем перестала дышать – такой восторг овладел мною. От Скайуокера пахло войной: озоном, гарью, потом и машинным маслом. И этот запах кружил мне голову. Там, откуда пришел этот человек, властвовали огонь, смерть и ярость. Этот безумный военный смерч пугал и отталкивал меня. Но за генералом Скайуокером я готова идти в самое сердце этого смерча.
Из странного оцепенения меня вывел голос Энакина. Ведь это не слишком невежливо с моей стороны, если в мыслях своих я буду называть его по имени?
– Инэри, могу я тебя попросить, присмотреть за моими парнями?
– Да, конечно, генерал Скайуокер. Вам вовсе не о чем беспокоиться. Мы сделаем все возможное.
– Ой, прекрати! Мы не в Совете Храма. Просто Энакин, и на «ты». Хорошо?
– Хорошо… Энакин.
– Так-то лучше. Я прошу не о лечении. Тут и сомневаться глупо. Об отношении. Они – мои боевые товарищи, а к ним слишком часто относятся как к расходному материалу. Особенно джедаи.
– Джедаи? Но почему?
– Наверно компенсируем высокомерием потребительское отношение галактики к нам самим.
– Но разве в бескорыстном служении Республике не состоит долг джедаев?
– Ну, да. Когда ты впервые окажешь кому-то бескорыстную помощь, тебе будут благодарны. Во второй раз ее примут равнодушно. В третий недовольно осведомятся, отчего так мало. И упаси тебя Великая, однажды не суметь оказать эту помощь…
– Но это же страшно…
– Извини, если напугал. Но это жизнь. Я же прошу увидеть в моих парнях не щит и меч Республики, а просто людей.
– Без проблем. Только они же одинаковые. Как я их друг от друга отличать буду?
– Формально – по личным номерам. Сами они предпочитают позывные. Не путать с кличками – обидятся. Но надежнее всего – по ауре. Она столь же индивидуальна, как и лица разумных.
Вместо ответа начинаю выбираться из-под руки Энакина. Мы уже садимся, и очень не хочется, чтобы его дружеский жест был замечен и превратно истолкован.
***
Жаль, но со спешно улетевшим на фронт генералом Скайуокером я даже попрощаться не успела. Какая-то вроде бы просто тактическая неудача, а у нас опять десятки раненых джедаев, и срочно унесшийся выправлять ситуацию 501-ый легион.
А вот Вокара Че вызвала меня сразу, как только завершилось размещение первой партии тяжелораненых бойцов генерала Скайуокера, в котором я принимала самое активное участие. Думать над этим оказалось некогда, но краем сознания я понимала, что в дни этих моих хлопот главный целитель была рядом, но не вмешивалась.
И вот девятый вал забот о вновь прибывших схлынул, меня пригласили в кабинет целительницы.
– Что ж, девочка моя, ты показала неплохие качества лекаря и организатора.
– Благодарю, мэм.
– Лишнее. Тебе уже исполнилось тринадцать, и лишь война задержала принятие решения по твоей специализации. Впрочем, не об этом сейчас. Совет Ордена принял решение о зачислении тебя в падаваны корпуса исцеления. Твоим наставником стану я.
– Благодарю за доверие. Ваше наставничество – честь для меня.
Мастер Че благосклонно улыбается. Умеренности моей реакции она весьма довольна. Джедай должен быть сдержан в своих эмоциях. Только сейчас дело совсем не в умении сдерживать неуместную радость. И не то, чтобы радости нет вовсе. Но еще есть понимание целесообразности такого решения. Статус ученика целителя дает мне право на самостоятельное ведение нетяжелых больных. Крайне своевременно в условиях, когда часть целителей пришлось перебрасывать на места, в результате врачей не хватает. Рядом с этим пониманием находился легкий мандраж от свалившейся на мои плечи ответственности. А ведь есть еще вероятность оказаться в полевом госпитале, что просто страшно. Кроме того, я устала. Сил радоваться, чему бы то ни было у меня нет. Разве что нашей полной победе. И то – минут пять. А потом спать.
Только мастер Че к глубокому ментальному анализу моих чувств оказалась не склонна и просто осталась довольна первыми минутами моего падаванства.
 Глава 3 Враг у ворот 
С крыши корпуса исцеления небо Корусанта кажется настолько низким, что, того гляди, багровые тучи зацепятся за задранный вверх ствол зенитного плазмомета. Теперь мое дежурство здесь. Голоновости убеждают нас в том, что безумный прорыв сепаратистов к столице – есть акт отчаяния. Попытка шантажом и захватом канцлера в заложники переломить ход войны. Только все молчат о том, что следующим «актом отчаяния» со дня на день станет высадка войск Независимых Систем на Корусанте. Об этом молчат, но готовятся. Отсюда и зенитное орудие на крыше.
– Давайте-ка, док, дуйте вниз. Сидеть за пультом этой кафамолки – наша работа.
В чердачном люке появилась голова одного из моих пациентов. За ним вторая. Двое парней в больничных пижамах и шлепанцах уверенно, но нежно оттеснили меня от орудия. Сила Великая, я так и не научилась различать бойцов 501-го между собой. И что-то мне подсказывает, что за оставшееся до выписки время уж и не научусь. Распознавание аур - базовый, вроде бы, навык, а у меня никак. Ментальный кретинизм, называется. Ну, да ладно. Парни не обижаются. Напротив, с неожиданным тактом всякий раз начинают разговор с того, что представляются. Вот и сейчас: