Охота на домового (СИ)
— Нафаня, милый, что там такое?
— Посмотрись в зеркало, любовь моя, — ответил домовой.
— Ой, какая прелесть! Спасибо тебе большое!
Он стоял, любовался женой. Живот уже вырос достаточно большой, почти такой же большой, как её голова. Ещё чуть-чуть, ещё совсем немного времени — и они станут родителями. Впервые в истории Тверди домовые перестанут быть чем-то механическим, искусственным. Но Нафаня думал не об этом, а о том, что простое семейное счастье оказалось более возможным, чем они предполагали.
— Я не знаю, что ждёт нас, — тихо произнесла Инна, — и боюсь даже думать об этом. Но я очень благодарна тебе за всё то, что происходит с нами сейчас. Я очень люблю тебя.
Он подошёл к ней сзади и молча обнял. Поглощённые друг другом и общей мечтой, о людях они давно не вспоминали.
* * *Насторожившись, мы медленно шли по лесной тропинке, обстановка не располагала к расслаблению. К тому же, мы все знали и явственно ощущали, что находимся в хтони: её поганый привкус ни с чем не спутаешь.
Внезапно из придорожных зарослей выскочил шустрый подберёзовик размером примерно с собаку, и кинулся на Макса. Подобного нападения князь Курбский едва ли ожидал, но отреагировал верно — отвесил нападающему сильного пинка. Гриб по пологой дуге улетел обратно. Это послужило сигналом, и со всех сторон на нас набросились грибы. Встав спина к спине, мы впятером отбивались от них кто чем мог. Я вытащил из ножен меч, который по какому-то наитию прихватил в последний момент, Есугэй молча орудовал своим, и получалось у него, конечно, куда лучше. Володя отпускал дозированные удары из артефактных колец. Макс продолжал отвешивать пинки, а Аня лихорадочно выращивала что-то длинное и крепкое, пока не разобрать.
— Оператор, здесь «Бездарь», — прокричал я в гарнитуру. — На окраине Хренового леса подверглись нападению хтонических грибов. Зафиксируйте время.
— Бездарь, здесь оператор, — послышался деловитый голос Кудашева. — Вас понял. Время фиксирую. Ищу решение.
И тут до меня дошло.
— Оператор, — взволнованно спросил я, разрубая не в меру зубастый «дедушкин табак», лопнувший, как и полагается, со спецэффектом в виде коричневого облака, — Вопрос. Мы определённо находимся в хтони, почему работает радиосвязь?
— Бездарь, здесь оператор, — ответил Константин Аркадьевич. — дело в том, что это не совсем радиосвязь. Или, вернее, совсем не радиосвязь.
— Магия? — уточнил я.
— В основном она, родимая. Работает, и славно. Ты бы там не отвлекался, а?..
— Вас понял. Рекомендую составить доклад в главный штаб с описанием устройства. Имеет большие перспективы.
— Уже отправлено, — ответил Кудашев. — Работайте спокойно.
Минут за пять атаку грибов мы отбили. То ли потери достигли критического уровня, то ли просто им надоело на нас нападать, но тропинка очистилась, грибы разбежались и мы пошли дальше. Но относительно спокойной наша прогулка оставалась недолго: вскоре впереди послышалась отборная ругань на чёрном наречии и звуки битвы.
— Три урука — это уже целый урук-хай, — присвистнул Дубровский, когда на поляне за поворотом тропинки нам открылась картина поистине эпического сражения. Вся большая — метров сто на двести так, навскидку, — поляна была покрыта нарубленными грибами. В центре хтонической композиции спина к спине три чёрных урука споро орудовали кардами, а проклятые грибы так и пёрли на них со всех сторон. Впрочем, «споро» — это только на первый взгляд казалось: судя по всему, дрались эти ребята уже давненько.
— Пусть враг неведом и непостижим, и цель его, признаться, неясна, спина к спине мы с братьями стоим, и путь один: сражаться до конца! — продекламировал волонтёр Рукоприкладский.
— Скаи, Есугэй, — сбил ему пафос я, вновь доставая меч из ножен. — Это чёрные уруки, им, в целом, похрен, лишь бы подраться на дармовщинку. Отряд, к бою!
Макс превратился в такого же урука и ломанулся на помощь, мы не отставали. Аня с нами не пошла, и молодец, она напряженно глядела куда-то на край поляны, губы её шевелились. но тут подбежал первый гриб, и мне стало не до княгини Курбской и её дел.
С нашей поддержкой Великая Грибная заруба продолжилась ещё с четверть часа, потом, как и в предыдущий раз, противники внезапно исчезли. И уруки попадали наземь.
— Я-а-ать… — простонал один из них. — Почти сутки рубились!
Второй выдал непереводимую игру слов на чёрном наречии.
— Так, господа уруки, — Дубровский моментально превратился в медика. — Раненые есть?
Третий урук, который пока не произнёс ни слова, молча приподнял руку, и Володя подошёл к нему.
— Так, что у нас тут… Ох ты ж, эпическая сила! Федя, сюда, нужна помощь! Парня погрызли грибы. И они у нас тут, похоже, кислотные.
Рана на ноге урука выглядела, мягко говоря, скверно. Более того, её продолжало разъедать какой-то жидкой дрянью. Володя положил руки вокруг раны, прикрыл глаза.
Чем лучше выглядела рана неизвестного нам пока урука, тем бледнее становился Володя. Я постучал его по плечу, он очнулся, кивнул, зачерпнул у меня маны и продолжил. Через какое то время, слегка пошатываясь, лечение прекратил, полез за пазуху и достал оттуда перевязочный пакет. Споро перевязал затянувшуюся рану и буквально упал мне на руки.
— Ещё раненые есть? — слабым голосом спросил он.
— Не, — ответил первый урук. — Целые мы. Но задолбались в край.
— Трёх чёрных уруков за сутки боя ушатали какие-то ятьские грибы. Скаи! — сплюнул второй.
— Господа, — произнёс я. — Если вы в состоянии убраться подальше от этого леса, очень рекомендую это сделать. Вполне возможно, что грибов тут ещё немерено. Вам помощь нужна?
— Не. У нас тут где-то мотоциклы были. А вы кто?
— Государева опричная учёная стража.
— Ять! Опричники предлагают помощь урукам! Шото в лесу сдохло!
— Хренова гора грибов в нём сдохла, вашими трудами, в основном, — в тон ему ответил я. — Урук-хай — подданные Государя, и нам нет разницы, какие клыки у вас откуда торчат и какого цвета ваша шкура.
— Фомка, — прохрипел тот урук, которого лечил Володя. — Где Фомка?
— Кто такой Фомка?
— Да гоблин мелкий, с нами увязался. Поди, сожрали его давно, — ответил первый.
— Я заснял! Заснял! — раздался ликующий вопль с края поляны. — Тока батарейка нах разрядилась уже почти!
— Живучий, ять, — прокомментировал урук.
— Ща, с дерева спущусь… Ох, ять… Ох, я-а-ать! Ух ты! Какой цветочек! Надо заснять, тока бы батарейки хватило. А-а-а-а-а!!!
Глава 10
Знакомство
Где-то посреди ночи княгиня Серебряная, укутавшись в простыню, стояла на балконе. Прямо сейчас её ничуть не заботило, что кто-нибудь может её увидеть. Свадебное гуляние вовсю продолжалось: многочисленные гости шлялись по всему огромному парку Чанышевых, хлопали пробки «Галльского игристого», слышались смех и весёлые голоса. Ей было просто хорошо — как, пожалуй, никогда в жизни. Щёки её стали мокрыми от слёз. Светлана вдыхала ночной воздух и думала о том, что жизнь может быть действительно, действительно… да, жизнь действительно может быть настоящей!
Она включила смартфон, и в него, конечно же, посыпались сообщения. Странное сообщение от светлейшего князя Воронцова: «Беру ответственность на себя. Простите и не вините, ребята справятся. Пусть вам будет хорошо». Ничего не поняв, Светлана Сильвестровна потрясла головой и открыла сообщение от Фёдора Иоанновича: «До утра ничего не должно случиться. Утром жду доклад по текущей ситуации. Поликлиников». Следом — заполошное сообщение от секретарши Эльвиры: «Шеф, у нас тут полный пуушб багронк, а вас нет нигде!» Серебряная даже протёрла глаза: увидеть, что в высшей степени воспитанная девушка Эльвира выражается на тёмном наречии, оказалось удивительным и шокирующим. Значит, действительно произошло что-то неординарное. Она набрала номер секретарши, забыв выключить громкую связь.
