"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Присаживайтесь, — он махнул рукой на стулья, тоже возле глобуса. — Конечно, проекция удобнее, но порой хочется тряхнуть стариной.
Сели, стулья не очень удобные и тоже деревянные. Действительно, от обстановки веет глубокой стариной.
— Извините, Лон, — продолжал Адольф, — но Хельга рассказала о ваших приключениях. Ну, почти всех. Она должна была сделать это по службе, а я потом посоветовался со специалистами. Ничего особо умного они не сказали. Что за особая кровь у рода Варламовых, и какие возможности она открывает, они в полном недоумении. Несколько кубиков взяли у вас на анализ, когда переливали свежую, но вряд ли исследования что-то дадут… Кроме исхода из Катунь-града, нам известно еще несколько подобных случаев. Куда отправлялись беглецы, и как они это делали — тоже непонятно… Самое любопытное, про эту атаку п`ургов. Хэ-ути все чаще используют свои боевые роботы, хотя Мадос заверял, что такого не допустит. Кто учинил им такой разгром, и какое оружие было применено — тоже загадка. Отрадно, что у Мадоса есть такой могущественный противник, но пока загадок больше, чем ответов. У вас есть соображения на этот счет?
А вот тут осторожнее! Он не на службе у Адольфа, и вообще неизвестно, что от него ждать?
— Никаких, — сказал он. — Жил спокойно в своей усадьбе, и вдруг на голову свалился этот легион.
Адольф хмыкнул: — Да, Хельга говорила, что вы жили с комфортом. Еще любопытно, про вашу особую связь с Кводрионом. Установить связь из стасис-поля!.. Но Хельга полагает, что это относится только к вам. О ней Кводрион не слишком заботился, и ее легко отследили по меткам от ее трансида. Хотя это можно сделать и без Кводриона, в XXI веке такой способ широко использовали для слежки за населением.
— Думаю, Хельга права, — осторожно сказал Метельский. — Я лишь недавно узнал, что мой трансид в состоянии использовать некие особые возможности Кводриона. Об этом как будто позаботился бывший сенатор Илья Варламов, еще полвека назад. Я его родственник, хотя тут довольно запутано.
Слишком уж скрытничать не стоит, это тоже вызовет подозрения.
— Да уж! — присвистнул Адольф. — Государственный преступник. Он вел какую-то борьбу с Мадосом, однако потерпел поражение… Но значит, вы не можете по своему желанию управлять Кводрионом?
— Нет. У меня сложилось впечатление, что он будет помогать только мне. Как бы выплачивает некий старый долг.
— Жаль-жаль. Вы бы пригодились в противостоянии с Мадосом. Так трудно подобрать надежных людей. Большинство изнежилось и не вспоминает о долге перед человечеством. — Он глянул на Хельгу, и та что-то заерзала. — Ладно, не стану вас задерживать. Приятной ночи в Асгарде.
Когда спустились и шли по коридору. Метельский заглянул в отворенную дверь пиршественной залы. Народа уже поменьше, зато шумнее, слышны пьяные возгласы. Девушек не замечалось.
— Умаялись, бедные, — Хельга тоже глянула в зал. — И блюда подавать, и мужиков ублажать. Сейчас отдыхают, от мужиков все равно больше проку нет.
Вышли во двор, освещенный фонарями, снег приятно хрустел под ногами.
— Как тебе, Адольф? — спросила Хельга. — Вот тебе и союзник, если хочешь разобраться с Мадосом. Только зря ты с ним откровенничал, теперь будет прикидывать, как использовать тебя в своих грандиозных планах. Хотя и помалкивать опасно, твои мысли все равно считают. Раньше, как рассказывают, рогны могли прикрыть ментальным щитом, но сейчас для этого нужна сложная аппаратура, с собой не унесешь.
Метельский пожал плечами: — Не хочу, чтобы меня как-то использовали. Пока присмотрюсь.
Хельга только покачала головой. В апартаментах хмуро поглядела на кровать, а потом стащила с нее один матрас.
— Будешь спать на полу, милый. Тебе надо восстанавливать силы, а то боюсь, что тебе скоро понадобятся.
Метельский сильно устал и заснул сразу, но ночью проснулся. В окне висел серебряный диск луны. Хельга сидела у подоконника, и по ее волосам стекал платиновый свет. На подоконнике нахохлился черный ворон, и возникло странное впечатление, словно двое безмолвно беседуют.
 
Когда проснулся, отдохнувший и свежий, был уже день. Хельга сидела в кресле перед столиком, и критически оглядела его.
— Кажется, ты в норме, и двух дней не понадобилось. Умывайся и поешь, хотя овсянка уже остыла.
Похоже, кулинарные изыски были у Хельги не в почете. Но Метельский ел с аппетитом, тем более что снова можно было запивать пивом.
— Форели, или там кабана сможешь поесть на пиру. Только боюсь, тебя быстро уведут. Вряд ли мы на сей раз будем почетными гостями, а отказать девушке-валькирии ты не имеешь права — это выставить себя на посмешище. Мне-то что останется?
— Ну, вечером поглядим. — легкомысленно сказал Метельский. Тут же одернул себя, но, как видно, пиво сказывалось.
Впрочем, Хельга была не слишком задета.
— Вот мечтала, — вздохнула она, — вернусь в Асгард, покатаюсь на лыжах, побуду девушкой-валькирией на пирах. Я и поездке на Алтай обрадовалась, потому что там можно поездить на лошадях и покататься на лыжах. В секреты той миссии меня не посвятили.
— А сейчас можно покататься на лыжах? — спросил Метельский. Было еще неловко, и хотелось сделать Хельге что-то приятное.
— Ага! — радостно сказала Хельга. — Пошли!
Недалеко за оградой поднимался холм, и один из склонов был расчищен от леса, так что получилась горнолыжная трасса. Имелся подъемник и пункт выдачи лыж и снаряжения. Уже вскоре они поднялись на вершину холма, поглядели на белые застывшие волны гор, и понеслись вниз в облаках снежной пыли.
У подножия Хельга со счастливым и порозовевшим лицом оперлась на лыжные палки, но вдруг выпрямилась. Чуть погодя вздохнула:
— Шеф зовет, не дает пожить спокойно. У нас свой ИИ, по имени «Один», и своя сеть, так что разговаривать относительно безопасно.
Сдали лыжи и ботинки, опять отправились на центральную площадь, а там ожидали два стандартных ховера — три сиденья впереди, три сзади и багажный кунг.
— Дежурный облет окрестностей, — сказал Адольф. Он был в куртке какого-то форменного образца и фуражке. — Нашему гостю будет интересно. Садитесь вперед, Лон.
Не так уж интересно, однако Метельский возражать не стал. Забрался в ховер, а сзади его приветствовал Рогволд. Хельга устроилась рядом с ним, и места там уже не осталось. Адольф сел возле Метельского, ничуть его не стеснив.
Пилот поднял ховер, и внизу поплыли лесистые долины, холмы со скальными выступами, а справа блестел сглаженный горный хребет. Похоже на зимний Алтай, хотя рельеф спокойнее. Второй ховер следовал.
— В давние времена здесь с гор стекали ледники. — сказал Адольф, — Кое-где еще остались, но я хочу показать другое место, один горный цирк.
Миновали два боковых отрога и полетели над корытообразной долиной, когда-то выглаженной ледником. Редкий лес, несколько еще не замерзших озер. Затем лес кончился, верхняя часть долины упиралась в скалистый обрыв. В его нижней части темнело пятно, и возле него, на заснеженном дне долины, пилот посадил ховер.
Пятно оказалось входом в пещеру, откуда вытекал небольшой ручей.
— Пойдем, прогуляемся. — предложил Адольф.
Они вышли, в том числе Рогволд, подобрав с пола секиру.
— Генераторы стасис-поля довольно компактны, их легко доставить на ховере, — пояснил Адольф. — Так что это на случай засады. А воздушную обстановку контролирует охрана на втором ховере.
Пошли к пещере. Хельга недовольно оглядывалась. Адольф вошел первым и пошарил по стене. Загорелся тусклый электрический свет.
Пещера была неглубокой, в ней оказалось кое-что из мебели, но в глаза бросалась задняя стена — она тускло отблескивала металлом. Когда Метельский вгляделся, стало видно, что в нее вделан металлический круг диаметром около трех метров.
— Перед тем, как начали строить Асгард, местность обследовали, — сказал Адольф. — Тогда ничего подобного не было, обычная скала. А вот несколько лет назад случайно обнаружили, что вместо нее появился металлический круг. Нас это встревожило: такие металлические двери создают хэ-ути, чтобы проникать в наш мир. Конечно, это не дверь в обычном понимании, но каким-то образом позволяет переходить из их мира в наш.