"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

И ему лучше, чем с Аэми: у той изощренная техника, но не заниматься же сексом с андроидом, а Хельга живая и яростная, даже покусала его в исступлении оргазма. В итоге разморило так, что не захотелось добираться до своего дивана, так и уснули рядышком.
Утром разбудила «Сивилла»:
«Извини, Лон, это надо видеть. Поезд пройдет вблизи Канченджанги, третьей по высоте вершины мира».
Метельский сел и поцеловал Хельгу в щеку:
— Доброе утро. Сивилла говорит, что нам следует это видеть.
Хельга открыла глаза и приподнялась на локте.
— Доброе утро, милый. Спала как убитая… Где это мы?
Поезд только что вылетел из туннеля и втягивался на эстакаду. «Здесь уникальный комплекс туннелей и эстакад, одно из самых сложных и дорогостоящих инженерных сооружений на Земле, — пояснила Сивилла. — Не стали пробивать сплошной туннель, чтобы люди могли полюбоваться видами. Мы на высоте четыре тысячи пятьсот метров, но давление воздуха в вагонах поддерживается на привычном уровне».
За окном разворачивалась заснеженная горная цепь, позади нее лежал туман, а из него вставало несколько вершин, залитых нежно-розовым, холодным светом. Было очевидно, что они поднимаются на огромную высоту.
«Канченджанга, — сказала Сивилла, — в переводе „Пять сокровищ великих снегов“. На ее высшую точку не ступала нога человека, альпинистам запрещено подниматься на венчающий вершину снеговой купол».
Величавые горы медленно отступили, поезд влетел в очередной туннель. И при тусклом свете ламп возникло ощущение, что некий этап в жизни закончился, и дальше будет уже другое. И вправду — больше нет ни усадьбы, ни Татьяны. Метельский скрипнул зубами, так ярко она вспомнилась, мертвая среди своих цинний.
Наверное, все-таки любил ее. И он ДОЛЖЕН отомстить, больше никто этого не сделает!..
— Что это тебя передернуло, Лон? — спросила Хельга.
— Вспомнил ту девушку, с перерезанным горлом. Кто это мог сделать, Сувор?
— Скорее, по его приказу. Но при таких операциях обычно присутствует куратор от церкви Трехликого — ты его видел, в черной сутане, и тогда распоряжается он… Ох, почему я это сказала? Тебе-то зачем знать?
— Найду твоего Сувора или этого черного, возьму за горло и заставлю рассказать, кто виноват. Если они, то убью.
— Ну-ну, — сказала Хельга. — Вероятнее, тебя первым отыщут. А вообще приказы легиону отдает Мадос, да и в церкви Трехликого он главная шишка. Ты и до него хочешь добраться?
— Если понадобится, — хмуро сказал Метельский.
Хельга фыркнула: — Жалко будет потерять такого любовника, только-только нашла… Кстати, ты не хочешь начать день с утренней зарядки в постели?
И они снова занялись любовью, а поезд спускался в зеленые долины Индии.
Вышли из вагона в Калькутте.
— Здесь опять перекресток, — сказал Метельский. — Можно поехать на восток, к Тихому океану, или на запад, к Атлантическому. Опять сыграем в «орел или решку»?
Отдельное купе нашлось в поезде на запад, в экспрессе Гонконг-Каир.
— Не думала, что меня занесет в Африку, — удивилась Хельга.
Они вышли из зала ожидания, и Метельский изнывал от жары, куртку пришлось перекинуть через руку. Хельга расстегнула почти все пуговицы на блузке. Метельский проверил, готов ли глайдер к погрузке, и наконец подкатил поезд. Было приятно снова оказаться в прохладе вагона.
— Уф! — сказала Хельга, откидываясь на спинку дивана. — Шесть тысяч километров, ехать почти целые сутки. Но надеюсь, не заскучаем. — И она подмигнула Метельскому.
Поезд тронулся, быстро набирая ход. Дорога в основном шла по эстакадам над густонаселенной местностью. Особых природных красот не было, и включили холораму.
Подвели окончательные результаты референдума: Мадос ожидаемо победил, и теперь совмещал пост президента Всемирной федерации и сан Верховного наставника. Впрочем, абсолютного перевеса у него не было: многие в странах Азии и, удивительно, Северной Европы, проголосовали против.
— Явно будет раскол, — сказала Хельга. — Многие не доверяют Мадосу, особенно мусульмане. А обещал небывалое единение.
 
Еще сообщалось, что ледяной астероид, направляемый к Венере, вышел на заключительный участок траектории. Показали бледноватую небольшую луну на фоне уже различимого диска Венеры.
— Вот будет зрелище, когда упадет, — вздохнула Хельга. — Хорошо, что это далеко от Земли.
Они пересекали штаты Индии, потом провинции Пакистана и Ирана. То занимались любовью, то спали. Утром, когда солнце осветило пустынную равнину теплым розовым светом, Метельский сказал:
— Сейчас будет Шираз. Это родина поэта Саади, о нем упоминается в стихотворении Есенина:
«Ты сказала, что Саади
Целовал лишь только в грудь.
Подожди ты, бога ради,
Обучусь когда-нибудь!»
— Это кто? — сонно спросила Хельга.
— Есенин, русский поэт двадцатого века. А Саади — персидский, жил еще в тринадцатом.
— Не ожидала, что ты разбираешься в поэзии, — удивилась Хельга. — В учебной программе легиона поэзия отсутствовала напрочь. Но это напомнило про одно упущение, в грудь ты меня как-то не целовал.
— Извини! — рассмеялся Метельский. — Сейчас исправлю.
Чем и занялся, но грудью, естественно, не ограничилось. Шираза не увидели, а через некоторое время поезд замедлил ход и остановился.
Метельский справился у «Сивиллы»: — Вавилон. Здесь снова развилка, одна трасса идет через Багдад в Европу, а другая через Каир до Касабланки. Осталось немного.
— Пойду в душ, — сказала Хельга. — А там надо подумать, куда дальше? Может, через Гибралтарский пролив в Европу?
Она призадумалась, потом ушла, а поезд что-то долго стоял. Когда вернулась, впервые заговорил динамик:
«Внимание! В связи с политической ситуацией движение через Иерусалим приостановлено. Если положение не изменится, через два часа поезд отправится в обратный рейс. Просим извинения за неудобства, и рекомендуем воспользоваться воздушным транспортом. К поезду будут поданы ховеры для проезда в аэропорт».
— Что там с политической ситуацией? — удивился Метельский. — Сивилла, включи холораму. Обзор основных новостей.
Новости удивили. В речи после избрания Мадос заявил, что стремится к дальнейшему сближению и полному слиянию религий в рамках Единой церкви. Одним из препятствий является неравноправное положение иудаизма. Все религии имеют традиционные места для культа, и они будут сохранены, но главная святыня евреев — храм Соломона, до сих пор не восстановлена, поскольку Храмовая гора, где он когда-то стоял, отошла мусульманам. Мадос призвал их не препятствовать восстановлению храма между мечетями Омара, или «Куполом скалы», и Аль-Акса. [110] При этом «Купол скалы» станет местом для совместного поклонения мусульман, иудеев и христиан. Участок земли между мечетями не используется из-за крайней ненадежности грунта — по сути, это развалины древних строений, но с помощью современных технологий можно создать незыблемое основание для храма… В ответ на это несколько духовных лидеров ислама заявили, что правоверные должны встать на защиту мусульманских святынь, призвали к блокированию магистралей и объявили Мадоса узурпатором. В Иерусалиме впервые за двести лет начались беспорядки. В нескольких мусульманских автономиях заявили, что будут спешно создавать армию для защиты священной для мусульман Храмовой горы.
Метельский пожал плечами: — Что это на Мадоса нашло? Обещал, что при нем продлится золотой век, эпоха мира и процветания. И тут же провоцирует религиозные конфликты, о которых почти все позабыли.
Хельга не спеша одевалась.
— Я говорила, что мы узнаем о Мадосе еще много интересного. Вдруг это и есть его настоящая цель? А мы что будем делать?
— Самолетом лететь не стоит, боюсь слишком уж полагаться на Кводриона. Да и что мы забыли в этом Каире? Можем, пересядем на другой поезд, и действительно через Багдад в Европу?