Напарник для одиночки (СИ)

«Я никогда не испытывала подобное!», «Рядом с ним бледнеют мои прежние любовники», «Меня так тянет к нему, что я забываю обо всём на свете» — вот, что я услышала. Но не только это меня насторожило.
— Жаль, нельзя иметь детей от ррхана, потому что чувствую, как аллия начала оживать, — поделилась своей «печалью» Лиссиа, почесав предплечье. — Кажется, Стахор подозревает это. Надеюсь, он поймёт, что мне нужно вернуться на Аллар до того, как станет поздно.
  
Слушая девушек, я осознавала, что что-то упускаю из виду. Я не понимала мотивов применения этого возбуждающего препарата. Кроме очевидной сексуальной тяги, он должен нести ещё какой-то смысл. Для чего это ррханам? Они и так могут уговорить на связь практически любую свободную женщину, если действительно поставят перед собой эту цель.
Вопросов стало только больше, но пока я не видела ничего, чтобы реально угрожало бы жизни девушек. Судя по получаемому удовольствию, им всё нравится, а действие препаратов настолько естественное, что не знай я подробностей, могла бы списать это на внезапно вспыхнувшее влечение.
По крайней мере, теперь я могла наблюдать за девушками. Не зря же вставила незаметные гвоздики-передатчики в их браслеты, которые они сняли перед процедурой. Попрощавшись с новыми знакомыми и пообещав увидеться снова, я отправилась за своим «супругом». Надеюсь, он узнал больше меня.
Дверь в медблок открылась беззвучно. Внутри пахло озоном, антисептиком и… чем-то терпким? Вейли полусидел на кушетке у входа. На предплечье красовалась аккуратная полоска свежего шва под прозрачным клейким слоем — результат работы биосшивателя. Напарник держал в руках стаканчик с напитком и смотрел на монитор, где демонстрировался научно-художественный фильм про последние достижения в области медицины.
— Смотрю, ты не скучаешь? — тихо спросила я, закрывая за собой дверь. — Что пьёшь?
Он обернулся, и в его взгляде снова появилась знакомая искорка. Стеклянная пустота ушла, сменившись живой, острой мыслью. Вейли отхлебнул напиток и поморщился.
— Стандартный мико-лате на основе тонизирующих грибных культур. На вкус как обожжённая пластмасса с нотами ржавчины. Ужасная бурда. Но лучше, чем ничего. Скучала, душечка? Как развлеклась?
— Прекрасно. Мы можем идти? — поинтересовалась у подошедшего к нам дока.
— Да, не вижу причин держать вас дальше.
Как только очутились в своей каюте и проверили её на прослушку — стандартная процедура после отсутствия, — я села на диван и откинулась на спинку. «Супружеская» игра была окончена, теперь мы снова были напарниками.
— Удалось что-то узнать?
— А как же! — усмехнулся Вейли, включая гарнитуру на ухе и подсоединяя к коммуникатору, чтобы вывести передо мной данные. Уверена, он успел многое закачать, пока «отдыхал» в медкапсуле. — Они собирают биоматериал подопытных. Вот данные об отражениях за последние дни, там есть имена и тех алларок.
— Феанель и Лиссия. Я познакомилась с ними.
— Отлично. Под видом витаминных инъекций им вводился препарат под кодовым названием «Нектар-7». В базе данных нет подробностей, только отметки о введении и подпись ответственного врача по имени Хе Сам Рар. Санробот, к которому я подключился, выдал химическую формулу. Она, мягко говоря, сложная. Но угадай главный компонент?
— Ларниус. — сказала, не задумываясь.
— Бинго!
Мельком пробежавшись по формуле и остановившись на расшифровке, я ощутила холодок вдоль позвоночника. Там были компоненты, влияющие на нейротрансмиттеры, гормоны и, что самое тревожное, эпигенетические маркеры. Это было не просто возбудимое.
— Это не только про влечение, — прошептала я. — Это про долгосрочное изменение биохимии.
— Верно. Этот препарат не инертен. Он активен. Он ищет рецепторы. Конкретные рецепторы алларской гормональной системы. Знаешь, что это значит? — нахмурился Вейли, только сейчас, кажется, осознавая масштабы проблемы.
— Аллия… — выдохнула я. — Лиссиа сказала, что у неё аллия начала оживать рядом с ррханом. Но аллия — это древний инстинкт, он запускается только при глубокой, подсознательной уверенности, что организм созрел и готов для продолжения рода. Его нельзя обмануть простыми феромонами.
— Можно, — мрачно сказал Вейли, — если эти феромоны — ключ, а «Нектар-7» — отмычка, которая на физиологическом уровне переписывает эту «уверенность». Они не просто вызывают влечение. Они заставляют тело алларки верить, что нашло идеального партнёра. Запускают программу размножения на полную мощность.
— Но зачем это ррханам? — остался ещё один вопрос. — У них вообще происходит зачатие только с истинной парой.
— Проводники, тестировщики… — пожал плечами напарник. — Возможно, он не только ищут, как подавить алларский ген, но и свой, чтобы иметь потомство от любой. Все мы знаем, как плохо у них с рождаемостью. По статистике, ррханы медленно, но уверенно вырождаются. Опять же, это объясняет, почему они потеряли интерес к тебе: появился я, их прямой конкурент.
— А если ты них не получится? Что делать алларкам со своей разбуженной сутью? — возмутилась я. — Нет, где-то в глубине души я могу оправдать хвостатых, но не тогда, когда эксперименты затрагивают сложную алларскую суть. У нас и так нет выбора! Нас с детства готовят к «миссии», вбивают в голову необходимость рожать на благо расы, отчим мы этого или нет!
— Не удивлюсь, если по окончании круиза ррханы «бросят» девушек в самом начале созревания, и тем ничего не останется, как срочно искать донора.
— Как ты сделал с Эйрой? — не смогла сдержать ехидства.
Вейли посмотрел на меня чуть ли не с обидой.
— Она нашла простой повод меня шантажировать. Никакого созревания у неё нет. А тебе лучше нужно проверять информацию и не верить слухам. Прошу, больше не вспоминай об этой ненормальной!
— Ладно. — подняла примиряюще руки. — Что будем делать?
— Я обязан передать эту информацию наверх. Там же не только эти исследования, но и другие. Кстати, вот доказательство того, что на лайнере проводилось несколько операций по нейрогенетической смене внешности. — вывел очередной документ Вейли. — Отлично устроились! Сервера автономные, не отследить. Идеальное прикрытие и множество туристов для проведения скрытых опытов.
— Ну что же… Хоть одна хорошая новость: Блеквуд и его двойник нам больше не нужны.
————————
*Рич — вторая планета звёздной системы Аллария, известна развлечениями, такими как казино и вечеринки.
  
Глава 42
 
Дальнейший план был готов, когда лайнер «Астра Лакшери», мягко шипя тормозными плазмами, замер в точке наблюдения. За иллюминатором нашей каюты простиралась бездна, усеянная алмазной пылью дальних звёзд.
Надо признать, для окружающих мы с Вейли играли в семью довольно убедительно. Очень милую, увлечённую друг другом парочку, которая практически не вылазит из каюты. Тогда как последние сутки мы провели даже не в постели, а за аналитической и систематической работой с собранными данными.
Мой «муж» в настоящий момент завязывал шарф перед зеркалом в причудливый узел. Шёлк лишь немного смягчал непривычные, грубоватые для алларцев черты его лица. Чем чаще я смотрела на Вейли, тем больше подозревала в нём смешение нескольких рас. Наверняка кто-то из прародителей наследил. Интересно, кто из брутальных рас это был: ррханы или торийцы?
В отражении поймала взгляд, полный хищного сосредоточения как у зверя, готового выйти на охоту. Я и сама чувствовала предвкушение и лёгкий мандраж до кончиков пальцев. Вот мы и приблизились к главному этапу своей операции, ради чего всё и затевалось. Тайная лаборатория, теневая медицина — это лишь верхушка айсберга. Пора нырнуть на дно.
  
Подошла к зеркалу, поправляя неуловимую прядь волос. Кончиками пальцев проверила изящную серебристую заколку, в которую встроен передатчик экстренного сигнала и линза-сканер. Прошла по длинным серьгам с иглами-парализаторами. Лёгкий вес прижимного микрофазера под жёстким поясом-корсетом платья был уже привычен. На левом запястье, под широким, полым браслетом, пряталась катушка с пятью метрами мономолекулярной нити — хрупкое, смертоносное и совершенно не обнаруживаемое обычным сканером оружие.