Малышка на побегушках (СИ)
Эти московские пробки когда-нибудь меня прикончат. Из одной части города в другую можно добирать столько же, сколько от Парижа до Лондона. Я нахмурился от нарастающего раздражения и отвернулся к окну. И почему эти русские всегда суют нос не в свое дело?
— Я плохо говорю по-русски, и они быстро собрались и ушли, — зачем-то оправдался, хотя с подросткового возраста поступаю только так, как считаю нужным и никто мне не указ.
— Ну-ну, — усмехнулся Макс, не отводя глаз от навигатора, в котором набирал адрес гостиницы, в которой я остановился. — И что ты намерен дальше делать? — Он растянул губы в дебильной ухмылке, а я потер лоб и нахмурился еще больше.
Вот чего он прицепился?! И так настроение ниже плинтуса. Я не планировал ехать в Москву для открытия сети французских ресторанов. Изначально ими должен был заниматься мой старший брат — Эрик. Но отец переиграл все за пару дней. Эрика отправил в Италию, разгребать дела с автосалонами, а меня сюда. В эту холодную, дикую страну, которая все равно не сможет по достоинству оценить всю изысканность и тонкость французской кухни. Порой мне кажется, что мы с братом для отца только пешки на большом шахматном поле под названием бизнес.
— Там видно будет, — расплывчато ответил я, сам до конца не решив, что делать с голубоглазой длинноволосой куклой, которая приглянулась мне в кафе. Она так беспечно улыбалась подругам, болтала и лучилась настроением, словно новогодняя гирлянда на лесной елке посреди зимы, что захотелось погреться в ее теплой ауре. Чтобы было не так уныло прозябать в этой холодной и грубой стране, в которой мне теперь торчать не менее года.
— Она не соберет столько деньги, — сообщил Макс не новость, которую я и без того отлично знал, а я размял затекшую шею и хмыкнул:
— На то и расчёт, — коварно прищурился. — Поэтому придет и сделает все, что я захочу, — а про себя подумал: «Она как тот новогодний подарок, который не положен плохим мальчикам, но все равно станет моим».
От лица Олеси
— Что вчера с вами случилось? — спросила Лелька, когда мы троицей шли по университету на лекцию по зарубежной литературе. — Вероника сказала, что ты сбила какого-то иностранца, — она округлила и без того огромные глаза. — Надеюсь, хоть не насмерть? — Притормозила, пытаясь заглянуть мне в лицо, но на вопрос тут же отреагировала Вероника:
— Я не так говорила! — Возмутилась она, остановившись и топнув ногой. — Ты каким местом слушала?!
— Ну ты же мне вчера сама звонила и чуть ли не кричала в трубку, что твоя машина вдребезги и этот иностранец запросил баснословную сумму…
— Девочки, тихо! — Прервала я горластых подруг. — Нас же слышат! — Покосилась на проходящих мимо студентов, но особого внимания к нашей троице не заметила. — Давайте поговорим об этом после занятий, пожалуйста. У меня сейчас доклад по новеллам Мопассана. Если я разнервничаюсь, то и двух слов не свяжу. И тогда прощай автомат на экзамене, ради которого я работала весь семестр, — мои доводы временно осадили сцепившихся подруг, а я сделала глубокий вдох и открыла дверь в аудиторию.
Осознание того, что случилось со мной вчера пришло только сегодня утром. Я проснулась и вдруг поняла, что все это не шутка, и я на самом деле попала в очень трудную ситуацию. Сумма, которую я должна выплатить — просто баснословной. У меня, конечно, не нищая семья. Мама и папа работают. Но просить у них четыреста пятьдесят тысяч — неприемлемо и стыдно, потому что я уже не маленькая девочка, по любому поводу прячущаяся за папины ноги. Мне двадцать лет, я студентка университете, и если не сейчас учиться самостоятельности и ответственности, то когда?
Утром я достала из шкатулки все свои сбережения, что копила на поездку и день рождение, но там оказалось всего шестьдесят тысяч. Пересмотрела в интернете варианты займов в банке и у черных кредиторов. Пролистала вакансии в интернете. Но все это требовало времени, которого у меня было критически мало, и возврата средств. Поэтому я просто поехала в университет. Папа всегда говорил, что случайных встреч не бывает: это либо наказание, либо испытание, либо подарок судьбы. И мы получаем то, что заслужили.
Тогда что ждет меня?
Я села за стол, вытащила из файла доклад формата А4 и стала внимательно его просматривать. Мысли так и норовили уплыть в сторону, зацикливая меня на проблеме долга, но я настырно читала подготовленный текст и не поддавалась соблазну.
— Надо поговорить, — рядом с нашим столом, словно гриб из-под земли вырос черноглазый Вадим — командир университетской футбольной команды и по совместительству бывший парень Лельки. — Выйдем! — Безапелляционно потребовал он. Но подруга, недовольно хмыкнув, скрестила на груди руки и показательно задрала нос, делая вид, что никого не замечает.
Отношения у этой парочки мне всегда казались странными, буйными и непонятными. Но кто я такая, чтобы критиковать чужую жизнь, все равно, в конечном счете, каждый выбирает того, кто ему больше подходит.
Правда, ребята встречаются недолго. Вадим оказался жутким собственником, ревнующим симпатяшку Лельку к каждому столбу. Он даже ухитрился запретить ей общаться с нами — подругами. Зря он это сделал, потому что нельзя посягать на святое. Свободолюбивая Лелька, не моргнув глазом, тут же послала его в пешее эротическое и вычеркнула из своего сердца.
Но парень сдаваться не собирается. Каждый вечер оббивает порог ее квартиры, а в университете пытается зажать в угол и выклевать мозги.
Лучше бы он этого не делал, потому что с девушками так нельзя. Ему бы сбавить обороты, сделать для Лельки что-то романтичное. Например, пригласить ее на необычное свидание, подарить охапку цветов или огромную мягкую игрушку. Искренне пообещать, что будет уважать ее мнение и перестанет ревновать. Но нет, он ведет себя как буйвол в брачный период: мычит и бьет копытом. Разве непонятно, что это не работает?!
— Лена, не зли меня! — Прорычал влюбленный бык, нависая над хрупкой девушкой, а подруга сразу вспыхнула, как чиркнутая по сере спичка:
— Сколько раз я просила не называть меня Лена! Я Леля, и никак по-другому, ты что запомнить не можешь?! Лен — пол университета, и все они на одно лицо, а я Леля! Леля — богиня весны и нежности, что тут непонятного? — Рявкнула она от души, отталкивая от себя парня и поднимаясь на ноги.
Вадиму совсем не понравилось, что на него повысили голос, тем самым привлекая внимание окружающих. Лицо парня сначала вытянулось, потом он нахмурился и нагнулся к подруге, чтобы отвесить пару ласковых. Меня его вид встревожил (этот парень порой бывает очень не сдержан) и я, чтобы разрядить обстановку, ляпнула первое пришедшее на ум:
— Вадим, ты не знаешь, где можно за пять дней заработать триста пятьдесят тысяч рублей? — Сказала и поджала губы, сама от себя не ожидая, что выдам мысли вслух. Но что поделать, слова вылетели, обратно не затолкаешь.
Парень медленно оторвал черные глаза от боевой Лельки и перевел на меня прищуренный взгляд. Удивленно изогнув бровь, а потом, криво усмехнувшись, и даже не спросив, зачем мне столько денег, выдал вариант:
— На панели не пробовала? Хотя… — наигранно задумчиво потер колючий подбородок, — это сколько тебе придется сосать, чтобы столько «заработать»?.. — в этот момент в аудиторию вошла преподавательница, о чем громко возвестила Вероника, поэтому пошляку пришлось ретироваться, временно оставив меня и Лельку в покое.
Я ошалело захлопала глазами, медленно переваривая услышанное. Неужто у Вадима сложилось обо мне такое впечатление? Я вроде никогда не вела себя вульгарно или распущенно. Или это он испорчен до мозга костей?
— Какой же он неприятный! — фыркнула Вероника, вытаскивая из сумки пенал с ручками и маркерами. — И как ты с ним встречалась? — Косо глянув на сердитую Лельку, скривилась так, словно слопала пол-лимона без сахара.