Соответствие (ЛП)

— Ты его не знаешь! — выпалила я. Может, с большинством дефективных так и обращаются, но у нас все иначе.
Коллин видел во мне нечто большее, чем сосуд. Разве нет?
Хэл открыл рот, но снова закрыл его.
— Он иллум. Мне не нужно знать его лично, чтобы понимать, кто он такой. Ты сосуд. Обязательство.
— Я не просто сосуд! Он другой!
Хэл отступил.
— Он другой? — недоверчиво переспросил он.
  
— Да, я думаю, что так.
Хэл фыркнул.
— Спроси своего дорогого партнера, как его называют в элите. Ты хоть раз удосужилась спросить, что он делает там, в своих облаках? Или когда они посылают его на поверхность? — Хэл сделал шаг ко мне, я нахмурилась. — Вот именно, нет. Это потребовало бы права. Быть кем-то большим, чем сосуд.
— О чем ты говоришь? Откуда ты это знаешь? — спросила я.
— Как я и сказал, их ужасные истории доползают и до нас.
— Ты ошибаешься, — огрызнулась я.
— Ошибаюсь? Он прячет тебя. Единственная причина, почему ты в облаках, — он тебя прячет.
— Ничего он не прячет! — воскликнула я, отодвигая кресло. Гнев бурлил в венах.
— Ты носишь эту дурацкую линзу.
— Ты не понимаешь! — Контракт — способ выжить. Если я находила радость в их прекрасных местах, пока продолжала выживать, — это было только мое дело.
— Попробуй объясни, — бросил Хэл.
— Это мое предназначение. Моя роль. Я могу скрывать дефект, если этого требуют. Я хочу большего, чем это.
— Понятно, — сказал Хэл, отступая, его руки были сжаты в кулаки. — Ты хочешь большего. Как и все остальные. Я должен был догадаться.
Я выпрыгивала из кожи в поисках способа объясниться, быть увиденной. Коллин и элита должны были судить меня. Я всегда это знала, но осуждение человека в синем разрывало меня на части, оставляя в ярости.
— Разве неправильно хотеть большего? — спросила я с ноткой отчаяния.
Хэл запустил руки в волосы, глядя в потолок.
— Нет. Не неправильно.
— Тогда почему ты ведешь себя так, будто это не так? — спросила я. Я никогда ни с кем так открыто не говорила. Мне было тошно от того, какие чувства это пробуждало.
Хэл тяжело вздохнул и покачал головой.
— Ты определенно этого хочешь. И лучше бы мне действительно от всей души пожелать тебе этого.
— Хэл…
Коммуникатор запищал.
— Жизнь наверху зовет, — пробормотал он, разворачиваясь к выходу.
— Подожди, Хэл…
— Не беспокойся. Это я сказал, что ты управляешь моим временем. Ты таких заявлений не делала, — Хэл постучал по косяку. — Увидимся.
Его взгляд встретился с моим в последний раз, прежде чем он ушел. Ком в горле не давал дышать. Я могла бы догнать его, потребовать понять. Но такова жизнь таких, как я.
Я бессильно упала в кресло. Я хотела рассматривать искусство вместе с Хэлом. Взглянула на картину женщины с книгой и навсегда запечатлела ее красоту в памяти, прежде чем нажать «удалить». Я чувствовала ее гибель всей душой. Быстро заморгала, глядя на подписанный мною «смертный приговор» — уничтожение чего-то прекрасного и необычного.
Коммуникатор снова запищал. Пришло два сообщения от Коллина.
Винсент и Хелен вышли на связь. Сегодня ужинаем у них. Обновлю твой чип РАЗУМа. Чем быстрее мы покончим с этим, тем лучше. Скворцы будут ждать тебя. Увидимся в восемь.
Внутри все оборвалось. Второе сообщение гласило:
Надеюсь, шоколад пришелся по вкусу.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

— Добрый вечер, мисс Эмелин, — сухо поприветствовал меня Гарольд через пару часов, стоя за стойкой. Он не сводил глаз с пола, плечи его были напряжены.
Я протянула свое светящееся запястье.
— Все в порядке, Гарольд?
— Проходите. — Он отправился по коридору, не ответив. Я поспешила за ним, чувствуя, как тревога вгрызается в пятки в этой давящей тишине. Гарольд придержал для меня дверь.
— Что-то случилось? — спросила я, ощущая, как неуютно стягивает кожу.
— Я же сказал: я не хочу неприятностей, мисс Эмелин. — Он выразительно посмотрел куда-то мне за спину, когда я шагнула в темную комнату. — Она скоро будет. — Он развернулся и поспешно удалился.
Дверь захлопнулась. Что он имел в виду под «она»? Ответ пришел, когда скрипнула другая дверь и вошла Роуз. Ее платье цвета ртути было помято, волосы слегка растрепаны.
— Сюда, идем, — скомандовала Роуз, ведя меня в купальню. Ее обычная высокомерная, властная манера исчезла. Напряжение залегло глубокими складками у уголков ее полных губ. — Мы должны поторопиться.
— А где Вайолет? — спросила я, пригвожденная к месту.
— Это тебя не касается, — резко отрезала Роуз, челюсть ее дрожала. — Иди же. Я не стану притворяться, что справлюсь одна так же эффективно, как было вдвоем.
Роуз исчезла в окутанной паром комнате, не оставив мне выбора, кроме как последовать за ней.
— Раздевайся. Там эксфолиант. — Она указала на банку с черной зернистой субстанцией. Роуз нажала кнопку, включая душевые лейки, и комната наполнилась густым паром. Она откинула голову на кафельную стену, плечи ее мелко дрожали.
Я разделась и начала растирать кожу скрабом. Двигалась быстро, совсем не так тщательно, как обычно делали Роуз и Вайолет. Вайолет пропала, а Гарольд был отчужденным, почти напуганным. Я наскоро ополоснулась и направилась к ванне. Роуз присела рядом, стоная, пока мыла мне волосы. Ее дыхание было тяжелым.
— Ты ранена? — спросила я, пытаясь обернуться. Ее руки прижали мою голову к месту. — Роуз, что произошло?
— Не делай вид, что тебя это волнует, — прошипела она с ядовитой злобой и с силой окунула мою голову под струю воды. Тревога смешалась с беспокойством, вызывая головокружение.
— Закончили, пойдем, — приказала Роуз. — Восковую эпиляцию делать не нужно. Ты была здесь вчера. — Роуз вошла в комнату с креслом и туалетным столиком, и я поспешила за ней. — У меня нет времени менять тебе лак на ногтях, — сказала она, сунув мне в руки халат. Я надела его и села в кресло.
— Роуз… — начала я, но громкий гул включенного фена для волос заглушил меня. В зеркале я видела, как по щекам Роуз беззвучно текут слезы. Когда шум стих, она собрала мои волосы в низкий пучок. — Это лучшее, что я могу сделать. — Она перебирала флаконы на столе, вцепившись одной рукой в край так, что костяшки побелели. — Линза сухая? — спросила она дрожащим голосом.
— Немного, — ответила я. — Но…
— Откинь голову назад, — скомандовала Роуз, снова затыкая меня. Я сделала это, стараясь не задеть пучок. Успокаивающий эффект был мгновенным. — Помогло или нужна новая линза?
— Помогло.
— Хорошо. А теперь сиди смирно, пока я нанесу макияж.
— Где Вайолет, Роуз? — снова спросила я.
— Она нездорова, — ответила Роуз нейтрально.
— Мы не можем быть нездоровы, — возразила я. РАЗУМ искоренил все болезни и недуги еще много поколений назад.
— Она нездорова, птенчик.
— Я не…
— Наверное, мне больше не стоит называть тебя так, — заявила она. — Ты довольно быстро научилась летать. Не так ли? — Она бросила на меня яростный взгляд и вылетела из комнаты.
Если это дойдет до них, вся вина ляжет на тебя. Разве не это Роуз вчера говорила Вайолет? Меня накрыл жестокий и всепоглощающий страх. Я по наивности спросила Коллина, члена совета иллумов, о восстании. Я думала, что игривый блеск в его глазах и его доброта были настоящими.
Я нашла ее в последней комнате: она склонилась над большой черной коробкой, похожей на ту, в которой мне прислали линзы. Роуз издала что-то вроде истерического смешка, обернувшись ко мне. Все вопросы замерли на языке.
  
— Всегда найдутся те, кто готов подрезать тебе крылышки. — Она достала из коробки длинное шелковое платье глубокого синего цвета. Цвета обладателей значительных дефектов.
— Что это? — спросила я. Паника заставила сердце биться о ребра.
— Твой наряд на сегодняшний вечер. Это же твой номер на коробке? Еще один подарок от иллумов, возможно? Ты провалила одно из их испытаний? — Она держала платье так, будто оно могло ее отравить. — Ужасные вещи случаются с теми, кто не умеет подстраиваться. Ты слишком высоко взлетела? — Она не потрудилась скрыть жестокую усмешку.