Шерлок Холмс и узы крови

Вместо инспектора Меривейла, который сегодня утром был занят другим делом, на похоронах присутствовал констебль. Он спокойно стоял за спиной Майкрофта Холмса, следя за собравшимися.
Были здесь и супруги Алтамонты; Ребекка же, сославшись на усталость, осталась дома. Было всего несколько человек со стороны, главным образом энтузиасты спиритизма, знавшие Керкалди как медиумов. Они в замешательстве смотрели на священника, совершавшего богослужение, а он, в свою очередь, на них.
Когда гроб стали опускать в могилу, пошёл мелкий дождь. Сару, рыдавшую над братом, с двух сторон поддерживали старшие Алтамонты. Они как новообращённые поклонники спиритизма с удивлением взирали на слёзы молодой женщины: ведь она, столь искушённая в общении с потусторонним миром, не должна так убиваться из-за временной разлуки.
В то утро Дракула, Шерлок Холмс и Уотсон находились в другом месте. Они отправили на кладбище Майкрофта, поручив ему наблюдать за происходящим. Правда, граф Кулаков вряд ли появился бы на похоронах своей жертвы, но, учитывая его безумие, нельзя было исключать такую возможность. Решили, что при дневном свете, в окружении других людей Майкрофт будет в безопасности.
В то самоё время, когда хоронили Абрахама, я, Дракула, воображал в мечтах, как снова наслаждаюсь дневным отдыхом в «Голове сарацина». Единственная дверь моей тёмной комнаты будет не только заперта, но и забаррикадирована — чтобы какая-нибудь служанка не зашла ко мне и не выбежала с воплями, приняв меня за труп. Но моим мечтам не суждено было сбыться, так как игра началась всерьёз, как любил говорить кузен Шерлок, и мне нельзя было расслабляться. Когда первый ком земли упал на гроб Абрахама Керкалди, мы вместе с Шерлоком и верным Уотсоном, инспектором Меривейлом и небольшим отрядом полицейских, в экипажах, запряжённых лошадьми, подъезжали к Смитбери-Холл.
Но пусть Уотсон продолжит рассказ о нашем приключении.
Шерлок Холмс также подумывал о новом спиритическом сеансе, надеясь таким путём установить контакт и с Луизой, и с напавшим на неё вампиром. Он обсуждал такую возможность со своим родственником и со мной по пути в Смитбери-Холл.
Вдохновителем идеи сегодняшней облавы был Шерлок Холмс, действовавший по совету Майкрофта. Теперь имелись веские доказательства связей русского графа не только с особо опасной группой террористов, но и с охранкой, или императорской тайной полицией России. Такая двойная игра велась даже среди знати, и с точки зрения интриг Московии в ней не было ничего особенного. Но, хотя наш британский закон терпимо относится к политическим эмигрантам всех мастей, яростная схватка на нашей территории — совсем другое дело.
Спиритический сеанс был назначен на субботу. Его должна была провести в Норбертон-Хаус Сара, Дракула же намеревался заманить Кулакова в ловушку.
Мистер Дракль решительно выступал против этого сеанса, но Сару принудили или уговорили Алтамонты, горевшие нетерпением. Я надеялся, что это не приведёт к гибельным последствиям.
Пока мы ехали в экипаже, я поднял и другую тему. Меня сильно шокировал тот факт, что Мартин Армстронг, даже узнав, как изменилась Луиза, и не подумал прекратить эту любовную связь. Напротив, он вполне серьёзно размышлял об их совместном будущем.
— Мы должны что-то делать, Холмс.
— Я разделяю ваши чувства, Уотсон. Но какое мы имеем право вмешиваться?
— Какое право? Наш долг велит нам действовать — точно так мы бы поступили, чтобы предотвратить самоубийство и спасти сумасшедшего, который хочет себя уничтожить.
— Мартин Армстронг сумасшедший?
— Конечно, если ведёт себя подобным образом. С другой стороны…
— Да?
— Я собирался сказать, Холмс, что немыслимо возвращать девушку к родителям в таком… в таком виде.
— Совершенно верно. — Вздохнув, Холмс повернулся к своему родственнику: — Насколько мне известно, у неё нет возможности вернуться в прежнее состояние, раз дело зашло так далеко.
— Предаваться таким надеждам было бы чистейшей потерей времени, — ледяным тоном ответил Дракула, словно его оскорбило предположение, что подобная перемена могла быть желательной. Что касается превращения Луизы из вампира обратно в человека, то граф заявил, что всем лучше смириться с мыслью о нереальности подобного феномена. Во всяком случае, сам Дракула, по его словам, никогда такого не видел.
 
Сегодня, как и вчера, мы сначала взглянули на дом своего врага с небольшого расстояния, из-за деревьев. Мы снова отказались от автомобилей, чтобы не привлекать внимания, и прибыли сюда в экипажах.
Смитбери-Холл, возведённый в ранние годы правления Виктории, был построен из жёлтого камня и украшен белыми колоннами, крыша была плоской — тут было смешение разных архитектурных стилей. Дом стоял на пологом холме, поросшем травой, в обширном парке. Имение находилось милях в тринадцати-четырнадцати от Норбертон-Хаус. Заброшенная оранжерея располагалась примерно в полумиле от дома.
То, что мы вчера обнаружили «тело» Луизы так близко от дома, наверняка заинтересовало бы полицию, но мы, конечно, ничего не сказали о своей находке.
Естественно, мы предпочли совершить набег на имение, снятое Кулаковым, при дневном свете, когда имелся шанс захватить вампира спящим в доме.
Однако мы его не нашли. Возможно, он как-то пронюхал о нашем замысле. Под предводительством Холмса и Меривейла, имевшего ордер на обыск, мы ворвались в дом. Конечно, мы с Холмсом, в отличие от полиции, прекрасно знали, что вампира не поймать подобным образом, Меривейл же жаждал захватить человека, которого считал обычным преступником.
Дюжина полицейских в считанные минуты перевернула всё в доме вверх дном, от крыши до подвала, но Кулакова обнаружить не удалось, что, впрочем, нас нисколько не удивило. Мистер Дракль осмотрел чердак и особенно подвал с тщательностью, на которую не способен ни один живой человек, — граф рассчитывал найти спрятанную землю. Дракула отыскал пару тайников с родной землёй вампира, но самого его там не было.
Холмс, граф и я, обсудив этот вопрос заранее, пришли к выводу, что Кулаков из осторожности ежедневно переходил из одного места, где хранилась его земля, в другое. Мы решили также, что один-два тайника с русской землёй могут находиться рядом с оранжереей, где мы наткнулись на Луизу и где предполагали снова её увидеть.
Двое слуг Кулакова, кроме которых никто не обитал в этом доме, ответили полицейским, как вчера переодетым сыщикам, что хозяин куда-то уехал, вероятней всего в Лондон. Более точную информацию они дать не могли и утверждали, что не могут с ним связаться.
Как только представилась возможность, мы с Холмсом выскользнули из дома, ничего не сказав Меривейлу и его людям, чтобы заглянуть в покинутую оранжерею. Холмс надеялся, что мы найдём там Луизу, впавшую в дневное время в транс.
На случай, если эта попытка будет успешной, Холмс разработал план. Мы должны были унести её в укромное место, а потом, с помощью Дракулы, придумать, как ей существовать в дальнейшем.
Но эта надежда Холмса не оправдалась. Когда мы с Холмсом, устало плетясь по лугу, поросшему сочной травой, оказались всего в сотне ярдов от старой оранжереи, я случайно оглянулся и увидел, что нас преследуют.
Я сразу же закричал, и мой друг обернулся. В тот же миг прогремел выстрел, и мимо просвистела пуля. Несколько человек в тёмном, словно выросших из-под земли, бежали за нами и стреляли. Я вытащил свой револьвер и тоже выстрелил, но не попал. Вспомнив, что выстрелы деревянными пулями бывают неточными на большом расстоянии, я оставил попытку принять бой и побежал вместе с Холмсом к оранжерее.
Как позже выяснилось при расследовании, люди, гнавшиеся за нами, были приверженцами Кулакова. Пятёрку этих революционных террористов разыскивала полиция Лондона и других городов. Они прятались в старом сарае на территории поместья. Вчера они не заметили нашего появления, но сегодня, увидев, куда мы с Холмсом направляемся, по приказу своего хозяина вышли из укрытия и бросились за нами в погоню. Очевидно, Кулаков велел им любой ценой защитить оранжерею от вторжения.