Я Зомби Навечно? Мда… "Повезло"! (СИ)

Бастиан ускорил шаг, поддерживая Канату. Она уже могла идти сама — короткий отдых и несколько зелий восстановления помогли, но он всё равно держался рядом, готовый подхватить в любой момент.
Это раздражало. И одновременно — успокаивало.
— Так, — Горн резко остановился, развернувшись к ним. — Давайте-ка проведём разбор полётов, пока мы не добрались до босса.
Каната напряглась:
  
— Разбор?
— Ага, — дворф ткнул в неё пальцем. Механическим, стальным, с суставами, которые щёлкали при каждом движении. — Ты. Маг льда, верно? Нюкер?
— Да, и что?
— А то, — Горн скрестил руки на груди, — что ты — самый бесполезный нюкер, которого я видел за всю свою жизнь.
Каната почувствовала, как кровь приливает к лицу:
— Что⁈
— Ты меня слышала, — Горн даже не моргнул. — Бесполезная. Стоишь за спиной своего танка, пуляешь сосульки, которые испаряются в воздухе, и ноешь, что магия не работает. Ты не нюкер, а балласт.
— Следите за словами, — голос Бастиана стал холодным. — Вы говорите о моей госпоже.
— О твоей госпоже? — Горн расхохотался. — Парень, если это твоя госпожа, то ты — худший телохранитель в истории Авалона! Ты чуть не сдох, защищая её от кучки шавок, которых я раздавил бы мизинцем!
Бастиан шагнул вперёд, его рука легла на рукоять молота.
— Я сказал — следите за словами.
Атмосфера накалилась. Каната видела, как мышцы Бастиана напряглись под бронёй, видела ярость в его глазах. И видела, как Горн смотрит на него с… одобрением?
— Гха-ха-ха! — дворф снова расхохотался, хлопая себя по бедру. — Вот это мне нравится! Огонь в глазах! Преданность! Готовность сдохнуть за свою принцессу! — он резко оборвал смех. — Вот только это всё — чушь собачья.
— Что? — Бастиан нахмурился.
— Чушь, — повторил Горн. — Собачья. Ты думаешь, твоя работа — умереть за неё? Встать грудью на амбразуру и героически откинуться, пока она убегает?
Бастиан молчал.
— Отвечай!
— Да, — сказал Бастиан тихо. — Если потребуется.
— Идиот, — Горн покачал головой. — Полный, законченный идиот. И ты, — он ткнул пальцем в Канату, — тоже идиотка, раз позволяешь ему так думать.
Каната открыла рот, чтобы возразить, но Горн не дал:
— Слушайте внимательно, нубы. Я скажу это один раз.
Он шагнул к ним, и несмотря на то, что дворф был ниже их обоих, Каната почувствовала себя маленькой. Его присутствие давило, как гора.
— Работа танка — это не значит сдохнуть за своего дамагера, — голос Горна стал серьёзным, без тени насмешки. — Работа танка — значит прожить достаточно долго, чтобы его дамагер разнёс всё к чертям. Щит нужен не для того, чтобы сломаться, а для того, чтобы Меч мог бить без страха.
Он повернулся к Канате:
— А работа нюкера — не значит прятаться за спиной и пулять бесполезные заклинания. Работа нюкера — думать, находить слабости, адаптироваться и побеждать!
Каната стиснула зубы:
— Легко говорить. Моя магия здесь не работает. Лёд против огня — это…
— Это что? — Горн прищурился. — Невозможно? Бесполезно?
— Да!
— Чушь.
Горн отступил на шаг и скрестил руки на груди.
— Девочка, ты знаешь, кто лидер Титанов?
Каната моргнула, сбитая с толку сменой темы:
— Сириус. Элементальный маг. И что?
— Элементальный маг, — повторил Горн. — Владеет всеми стихиями. Огонь, вода, земля, воздух, молния — всё. Знаешь, как он этого добился?
— Талант? Редкий класс?
Горн фыркнул:
— Талант? Ха! Сириус начинал как маг воды. Обычный, ничем не примечательный маг воды. Вот только он понял кое-что важное.
Он наклонился к Канате, его механический глаз жужжал, фокусируясь на её лице:
— Стихии — это не просто «огонь жжёт, вода тушит, лёд морозит». Стихии — это физика и законы природы. И тот, кто понимает эти законы, может творить невозможное.
Каната нахмурилась:
— Я не понимаю.
— Конечно не понимаешь, — Горн выпрямился. — Потому что ты мыслишь невероятно топорно — видать переиграла в игры родном мирке. — ухмыльнулся он, на что Каната нахмурилась. — Привыкал небось, «лёд против огня — слабость, минус к урону, не работает». Вот только это игровая логика, но мы не в игре.
Он указал на реку магмы, текущую в нескольких метрах от них:
— Скажи мне, девочка. Что происходит, когда лёд встречается с раскалённой поверхностью?
— Тает, — автоматически ответила Каната.
— И?
— И… превращается в воду?
— И?
Каната задумалась. Школьный курс физики всплыл в памяти — далёкий, почти забытый…
— Вода… испаряется?
— Бинго! — Горн щёлкнул пальцами. — Испаряется и превращается в пар. А теперь подумай: что происходит, когда большое количество воды мгновенно превращается в пар в замкнутом пространстве?
Каната замерла.
Образы всплыли в голове. Уроки физики, паровые двигатели, давление…
— Взрыв, — прошептала она. — Паровой… взрыв?
— Умница, — Горн ухмыльнулся. — Наконец-то мозги включила. Вода при переходе в пар расширяется примерно в тысячу семьсот раз. В тысячу семьсот! Представь, что будет, если ты запихнёшь свой лёд внутрь этих тварей и дашь ему испариться.
Каната представила и… почувствовала, как что-то щёлкает в голове.
— Я… я могу использовать их жар против них?
— Можешь, — кивнул Горн. — Вопрос только в том, хватит ли тебе мозгов понять, как. Твоя магия —не значит тупо «создавать лёд», самое главное — это контроль температуры, фазовые переходы и термодинамика. Ты можешь создавать давление, а можешь вызывать термический шок, когда материал трескается от резкого перепада температур.
Он постучал пальцем по виску:
— Думай, девочка. И не тупо как геймер!
Каната молчала, переваривая услышанное.
Всё это время она пыталась использовать свою магию «в лоб». Заморозить врага, пробить его ледяным копьём и обрушить на него комету.
Но это был подход игрока. Подход того, кто видит только цифры урона и полоски здоровья. Она и не думала по другому, ведь привыкла всегда так действовать.
А что, если посмотреть иначе?
— Эй, — голос Горна вырвал её из размышлений. — Хватит медитировать. У нас гости.
Каната подняла голову.
Из-за скалы выползали новые твари — Лавовые Големы. Массивные, неуклюжие, но с толстой бронёй из застывшей магмы.
«Лавовый Голем (E-ранг). Уровень 15. Особенности: Магмовая Броня, Медлительность, Тепловая Регенерация».
— Ну что, — Горн закинул молот на плечо, — покажешь, чему научилась? Или мне опять всё делать самому?
Каната посмотрела на Големов. На их раскалённые тела, на магму, текущую по венам…
И улыбнулась.
— Бастиан, — её голос был спокоен. — Мне нужно, чтобы ты пробил броню одного из них любым способом. Мне нужна щель.
Бастиан посмотрел на неё с удивлением, но кивнул:
— Будет сделано, Госпожа.
Он рванул вперёд, щит выставил впереди.
Первый Голем медленно и неуклюже замахнулся. Бастиан ушёл в сторону и ударил молотом в сочленение, туда, где броня была тоньше.
Трещина.
Небольшая, но достаточная.
— Отходи! — крикнула Каната.
Бастиан отпрыгнул назад.
Каната сконцентрировалась. И на этот раз она создавала не обычное «ледяное копье», а маленькую сферу сверхплотного льда. Крошечную, размером с кулак, но плотную — она вложила в неё столько маны, сколько обычно тратила на целую комету. И запустила её прямо в трещину.
Сфера влетела внутрь Голема.
Секунда.
Две.
БУМ!
Голема разорвало изнутри.
Раскалённая порода разлетелась во все стороны, как шрапнель. Пар вырвался из трещин, свистя и шипя. То, что осталось от твари, рухнуло грудой дымящихся обломков.
Каната стояла, тяжело дыша.
Она сделала это. Она реально это сделала!
— Ха! — хохот Горна разнёсся по пустошам. — Все-таки ты не безнадёжна, девочка!
  
Он повернулся к оставшимся Големам — их было ещё трое — и небрежно махнул рукой:
— Ладно, этих я сам добью. Не хочу, чтобы ты перенапряглась перед «главным блюдом».