Избранные романы. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

И все же было важно сделать еще кое-что. В одиннадцать часов вечера, когда в доме медсестер погасили свет, она спустилась по лестнице, незаметно прокралась через двор к небольшому каменному строению, стоявшему отдельно, как крошечная часовня, вплотную к внешней стене. Это был больничный морг.
Энн бесстрашно вошла внутрь. Там несколько растаявших на глазах мгновений она с застывшим лицом смотрела на то, что теперь хранится в этом безмолвном месте. Она думала о том, как трагична смерть маленького ребенка. Как вдвойне трагична бессмысленная смерть. Ее душа трепетала. Она молилась так, как не молилась еще никогда в жизни: за сестру, за себя, за их будущее, чтобы поодиночке и вместе они могли искупить ужасную ошибку Люси. Затем, странно успокоенная, она вернулась обратно и скользнула в постель.
Наутро, без четверти шесть, у Энн зазвонил будильник. Она встала, быстро оделась и, подхватив свой единственный чемодан, вышла из комнаты. В этот час она не желала никаких высокопарных прощаний. Проходя мимо комнаты сестры, она подсунула записку под дверь. Энн чувствовала, что Люси ее поймет. Затем она спустилась по безлюдной лестнице и в последний раз вышла из ворот больницы.
Моросило. Мягкий мелкий дождик с моря обволакивал сеткой тумана ее волосы и крошечными бусинками прилипал к синей ткани плаща. По дороге в город она ни разу не оглянулась, чтобы не дать воли слезам.
Она прошла с четверть мили, когда громкий автомобильный гудок заставил ее резко остановиться, и тут же подержанный седан свернул вправо по мокрой брусчатке и, выдав из-под колес сноп брызг, затормозил у обочины тротуара рядом с ней. В следующую минуту возле Энн оказался Джо Шанд, невысокий, светловолосый, в грязном комбинезоне, – на его круглом добродушном лице появилось довольно необычное и чуть ли не трогательное выражение заботы.
– Подумал, ты собираешься на шесть тридцать.
Энн уяснила весь подтекст произнесенного с запинками замечания Джо.
– Значит, ты знал, что я уезжаю? – медленно произнесла она.
– Да ведь весь город знает…
Джо спохватился, но было поздно – Энн все поняла. В Шерефорде знали о ее увольнении, – несомненно, люди на улицах передавали слух друг другу.
Энн оставалось лишь проглотить горькую пилюлю. Она прикусила губу.
– Я должна спешить, Джо. Едва успеваю на поезд.
– Нет-нет, – смущенно возразил он. – Вот почему я здесь. Не хочу, чтобы ты тащила этот чемодан. Кроме того, если сядешь на местный поезд в шесть тридцать, тебе придется пятьдесят минут ждать на узловой станции Гримторп. Послушай, Энн! Давай я довезу тебя до узловой. Для меня это пустяки, всего каких-то тридцать миль. И это избавит тебя от стольких хлопот.
Энн всмотрелась в его простое, честное лицо. Он говорил по делу. Его предложение экономило время, избавляло ее от нескольких нежелательных встреч на местном вокзале.
– Спасибо, Джо, – спокойно поблагодарила она его. – Это в твоем духе – все рассчитать.
  
Глава 8
 
Минуту спустя они уже ехали в направлении Гримторпа. Джо прекрасно водил машину. Это было его единственное по жизни достижение – превосходное знание механики автомашин и умение ими управлять. Его призвание. Во всем остальном он был неловок и не уверен в себе. И теперь он ехал молча. Глядя на его приятный, но не слишком волевой профиль, Энн заметила, что Джо что-то сильно беспокоит. Забеспокоилась и она. Она знала его с детства. Они с Джо и Люси вместе ходили в школу, вместе искали птичьи гнезда в лесу, вместе пели в церковном хоре, вместе росли. И Джо так часто просил ее выйти за него замуж, что это вечно приводило ее в замешательство.
Они были в пяти милях от города, когда Джо мрачно высказал причину своего беспокойства:
– Энн! Я вообще не могу разобраться в этом деле. Какая-то бессмыслица. То, что они говорят. Амос Грин, например. Он приходил к нам домой прошлым вечером. Я ему не верю. Ради всего святого, Энн, расскажи, что там случилось.
Энн упрямо покачала головой:
– Я не хочу говорить об этом. Все кончено. Я решила забыть прошлое – навсегда.
  
Для Джо слово Энн было законом. Однако на сей раз он не успокоился.
– Но это чушь, – снова вырвалось у него. – Мне не нравится то, что происходит. Какая-то бессмыслица. Почему ты уезжаешь?
– А почему я должна остаться? – ответила она, запоздало сообразив, что сказала лишнее.
Он тут же воспользовался ее промашкой:
– Потому что я хочу, чтобы ты осталась. Потому что я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж. Ты нужна мне, Энн. Мы могли бы что-то начать вместе – какое-нибудь доброе и надежное дело. Я мог бы куда-нибудь устроиться, и, кроме того, – Джо покраснел и запнулся от смущения, – я люблю тебя. Пожалуй, я мог бы помочь тебе справиться с теперешними трудностями.
Тронутая такой преданностью, Энн молчала. Вопреки своим намерениям, она испытала чуть ли не искушение бросить все и обрести дом и покой с Джо. И все же что-то удерживало ее от этого, что-то неуловимое, что-то странное и глубокое.
– Не дави на меня сейчас, Джо. – Она попыталась успокоить его. – Ты же видишь, что я расстроена. Давай вернемся к этому в другой раз, если захочешь.
Лицо Джо оживилось, он открыл и закрыл рот, с трудом сдержавшись от реплики. Энн больше чем когда-либо прежде дала ему поводов для надежды. Брякни он что-нибудь не то – и все будет испорчено. Однако он ехал медленнее, чем раньше, продлевая время их общения, и добрался до узловой станции Гримторп всего за четыре минуты до отправления экспресса на юг. Он едва успел купить ей какие-то журналы и газеты в книжном киоске.
– Береги себя, Джо, – сказала Энн. Затем в качестве своего последнего и самого важного напутствия она крикнула: – И позаботься о Люси.
Она помахала ему на прощание из окна купе, и экспресс со свистом скрылся за поворотом.
Поездка в Манчестер была унылой – через суровую индустриальную местность, промокшую и грязную. Среди отвалов шлака и мусора под дождем поднимались над домами высокие дымовые трубы. Тянулись провинциальные городишки – темные и уродливые, побитые непогодой, покрытые копотью.
И все же Энн занимало нечто большее, чем виды за окном и погода. Хотя все произошедшее ошеломило ее, хотя привычный уклад жизни оказался сломан, она, как и говорила Джо, была полна решимости забыть прошлое. Открыв «Зеркало медсестры», она внимательно просмотрела страницы объявлений и нахмурилась. Там не было ничего, ни одной вакансии медсестры для работы в Манчестере. Это был серьезный удар. Требовалось немедленно найти работу – меньше всего хотелось снимать жилье в городе и слоняться без дела, пока что-нибудь не подвернется. Если бы до этого дошло, она вскоре осталась бы без средств к существованию.
Энн с волнением открыла «Кларион», местную манчестерскую ежедневную газету, на странице с объявлениями, и лицо ее мгновенно просветлело. В верхней части первой колонки она прочла: «Медсестры. Крепкие молодые девушки, с опытом или без, требуются в госпиталь „Хеппертон“. Обращаться к мисс Ист, главной медсестре, комитет научных исследований».
Какое счастье, подумала Энн, и сердце ее забилось сильнее, оттого что она случайно оказалась здесь именно сегодня.
  
Глава 9
 
Госпиталь «Хеппертон», до которого Энн добралась на дешевом трамвае, находился в южной части города, в рабочем квартале, где простой люд вел ежедневную борьбу за выживание. Уставившись на здание госпиталя, столь не похожего на уютную маленькую шерефордскую больницу, изумленная бесчисленными рядами его окон, Энн почувствовала, как ее охватывает благоговейный трепет. Какое замечательное место! И какой шанс! При таком многолюдье можно получить опыт, настоящий, прекрасный опыт в профессии. Подкрепившись чашкой кофе и булочкой в соседней лавке – она не ела со вчерашнего дня, – Энн направилась к будке привратника и смело попросила о встрече с главной медсестрой. Она заполнила печатный бланк, и ее пропустили внутрь.