Избранные романы. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

Тринадцать шахтёров, пробиравшихся наверх, к стволу, те, кого направил туда Франк, дошли до штрека «Атлас». Здесь они остановились и стали торопливо совещаться. «Атлас» соединял «Парадиз» с «Глобом» (так назывался вышележащий пласт угля). Они решили, что в верхнем пласте опасность затопления меньше и что безопаснее будет добраться до главного ствола шахты через «Глоб». Здесь они набрели на несколько каменщиков, работавших на главном откаточном пути и не подозревавших о прорыве воды до тех пор, пока не заметили, что струя воздуха изменила направление. Каменщики заговорили все вместе, потом с минуту прислушивались молча, встревоженные, не зная, оставаться ли им на месте, или подниматься к шахте. Теперь они решили присоединиться к тринадцати пришедшим из «Атласа», и все вместе двинулись по откаточному пути «Глоба» по направлению к стволу шахты.
Три минуты спустя вода хлынула на главный штрек «Парадиза», затопила «Атлас» и откаточный путь «Глоба». Люди услышали шум воды и пустились бежать. Дорога была хорошая, крепко укатанная, туннель просторен и высок, и все спасавшиеся молоды и могли. бежать очень быстро. Некоторые из них никогда ещё в своей жизни не мчались так быстро.
Но вода мчалась ещё быстрее, чем они. Неслась с быстротой просто ужасающей, гналась за ними с жестокостью зверя, затопляла все с стремительностью и неотвратимостью морских волн в час прилива. Ещё минуту назад в «Глобе» не было воды, а в следующую минуту она смыла людей.
Вода неслась все дальше, достигла стволовой шахты и жуткой громадой залила её. Здесь встретились два потока: один низвергался водопадом из «Глоба», другой бил снизу, со дна «Парадиза». Этот водоворот закружил всех людей, которым удалось спастись сюда со дна шахты, и быстро поглотил их. Затем вода начала бурлить вокруг стойл, заливая их всё выше и выше.
В стойлах находились все четыре ещё уцелевших пони — Негр, Китти, Вояка и Огонёк, — и все они испуганно ржали. Вояка лягал копытами воду и, как бешеный, метался по стойлу; он чуть не сломал себе шею раньше, чем захлебнулся. Остальные стояли, не двигаясь, и только жалобно ржали, пока вода не покрыла их. К этому времени она поднялась в две главные шахты, отрезав и «Глоб» и «Парадиз» и совершенно закрыв доступ к выработкам сверху, с поверхности земли.
Внезапность этой катастрофы была совершенно невероятна и фатальна. Прошло не больше четверти часа с момента обвала и прорыва воды, и уже восемьдесят девять человек погибло — одни утонули, другие были убиты или задохнулись от рудничного газа.
Но Роберт и его товарищи были ещё живы. Они находились в дальних забоях, у вершины наклонной просеки, и вода прошла стороной, далеко от них.
Роберт первый услышал гул, а через пятьдесят секунд почувствовал перемену в направлении воздуха. Он понял, что случилось. Про себя подумал: «Боже, вот оно!» Рядом с ним в передовом забое Боксёр Лиминг медленно поднялся с колен.
— Ты слышал, Роберт? — спросил он растерянно, инстинктивно ища поддержки у Роберта.
Роберт сказал торопливо:
— Задержи всех тут, покуда я не вернусь. Всех!
Он выскочил из забоя и побежал вниз по скату, к канатной дороге Скаппера. Он бежал по этой дороге, оглушённый шумом воды, уже заливавшей её. Вода плескалась вокруг него всё выше и выше, покрывая сапоги, колени, наконец, бедра. Роберт знал, что находится где-то близко от «Купола», утолщения пласта, тянувшегося на север и на юг и пересекавшего канатную дорогу. Вдруг он потерял равновесие полетел вниз прямо в «Купол». Вода поднимала его, пока голова его не ударилась о базальтовую кровлю. Он уцепился за камень руками, работая ногами в воде, пытаясь выбраться обратно на дорогу. Ему это удалось, и он остановился в мелком месте, дрожа от холода. Теперь было совершенно ясно, что произошло. Вода покрыла «Купол»; на протяжении пятидесяти ярдов она стеной отрезала воздушно-канатную дорогу. Все запасные пути там, где они пересекали «Купол», залиты до кровли.
Вода была холодна. Роберт начал кашлять. С минуту он стоял и кашлял, потом повернулся и продолжал путь вверх по скату. На полдороге он наткнулся на маленького Пата Риди. Пат был сильно испуган.
  
— Что такое случилось, дядя Роберт? — спросил он.
— Ничего, Пат, не бойся, — отвечал Роберт. — Пойдём со мной.
Роберт и Пат дошли до вершины просеки, где нашли остальных, столпившихся вокруг Лиминга. Здесь было всего десять человек, и среди них — Гюи, Гарри Брэйс, Том Риди, Нед Софтли, Сви Мессюэр и «Скорбящий». Все ждали Роберта. Они не знали, что во всём «Нептуне» остались в живых только они одни.
— Ну что, Роберт? — крикнул Боксёр, когда тот подошёл. Он напряжённо смотрел ему в лицо.
— А вот что, — Роберт сделал паузу, стараясь говорить так, чтобы все показалось нормальным и вполне благополучным. Он отжимал воду из своей куртки. — Внизу делали вруб и впустили немножко воды в «Купол». Но мы находимся достаточно высоко и беспокоиться нам нечего. Надо искать другого выхода из шахты.
Молчание. Все поняли достаточно, чтобы стать молчаливыми. Только Том Риди спросил:
— Значит, через «Купол» нам не пробраться?
Лиминг свирепо напустился на него:
— Заткни пасть, ты, безмозглый осел, пока тебя не попросят открыть её.
Роберт продолжал, словно ничего не случилось:
— Так мы вот что сделаем, ребята. Пойдём по обратным вентиляционным штрекам в «Глоб», а оттуда выберемся к подъёмной шахте.
Наказав Пату Риди держаться как можно ближе к нему, Роберт пошёл вперёд к вентиляционному ходу, ведя за собой остальных. Шли все, кроме Тома Риди. Том был превосходный пловец. Он знал, что отлично плавает и под водой и в воде, и был уверен, что сумеет переплыть «Купол». А переплыв «Купол», легко выбраться наверх, к шахте, вызвать помощь, и тогда он покажет Лимингу, осел он или нет. Том отстал и подождал, пока все ушли. Тогда он побежал вниз по просеке, сбросил сапоги, набрал воздуху в лёгкие и бросился в «Купол». Он переплыл «Купол» единым духом. Но Том не предвидел, что за «Куполом» водой залито ещё пространство в полторы мили. И по ту сторону «Купола» он попал в главный поток. Том действительно достиг цели: пять минут спустя его труп тихо кружился в колодце на дне затопленной шахты.
Роберт же медленно карабкался вперёд, ведя за собой товарищей по вентиляционному ходу. Он знал, что они уже где-то вблизи «Глоба». Но вдруг лампа его погасла, словно кто-то тихо дунул на неё, и в тот же миг подле него Пат Риди, задохнувшись, опустился на землю. На этот раз не вода: рудничный газ.
— Назад! — крикнул Роберт. — Назад все!
Все отступили назад на сорок ярдов, и здесь привели в чувство Пата Риди. Роберт, следя, как Пат приходил в себя, усиленно размышлял. В глухом забое "Глоба" должны быть люди. Наконец, он сказал:
— Кто хочет снова попробовать пробраться со мной в «Глоб»?
Никто не отвечал. Все знали, что такое углекислый газ, и только что видели его действие. Нелегко было при таких условиях проникнуть в «Глоб». Гюи сказал:
— Не ходи, папа, там рудничный газ.
«Скорбящий» до тех пор не говорил ни слова. Теперь он объявил:
— Я иду.
Он понимал, что Роберт хочет спасти тех, которые, может быть, застряли в «Глобе», одурманенные рудничным газом, но ещё живые. «Скорбящий» храбростью не отличался, но он считал, что долг велит ему идти с Робертом.
Роберт и «Скорбящий» поползли снова вентиляционным ходом в «Глоб». Они сняли куртки и обернули ими головы, хотя это было просто традицией и мало спасало от газа. Они ползли на животе. «Скорбящий» сильно трусил и по временам нервно, судорожно вздрагивал, но держался стойко, молясь про себя.
В рудничном газе (шахтёры называли его «чёрный пар») было очень много окиси углерода. Вода гнала сюда этот газ из старых, заброшенных выработок, и казалось, что он поднимается вверх и рассеивается. Он был уже несколько выше, когда Роберт и его спутник добрались до «Глоба». Их тошнило и клонило ко сну, но они всё же чувствовали, что могут ещё идти дальше. Раньше, чем уйти, они пережили тяжёлые минуты: нашли четырёх человек, задохнувшихся от газа. Эти люди сидели группой, словно глядя друг на друга, в совершенно естественных, непринуждённых позах. У них был прекрасный вид: газ окрасил в красивый розовый цвет лица и руки, ещё почти не успевшие загрязниться, так как они только что заступили смену. Эти люди казались здоровыми и весёлыми. Но все они были мертвы.