Миссия: соблазнить ректора (СИ)

Подруга пришла в неописуемый восторг, и её искреннее восхищение, с толикой личных сожалений, но начисто лишённое зависти, порождало во мне какое-то тёплое чувство с нотками радости, печали и нежности. Я честно пересмотрела все её наряды — слишком пышные и изобилующие мелкими деталями, какими-то бантиками, кружавчиками, пуговками и вышивками, они совершенно ей не шли. Кроме того, мечтающая превратиться в светлокожую блондинку, подруга выбирала преимущественно светлые оттенки ткани — голубое, бледно-зелёное, бледно-розовое… На мой взгляд, ей бы пошли яркие, сочные оттенки. В итоге мы остановились на платье цвета топлёного молока, от которого я решительно отцепила всё, что только можно было отцепить, настоятельно посоветовав Шаэль подкрасить только глаза и руководствоваться умеренностью. Сердитый и взъерошенный Юс всё это время мялся под дверью. «Рубашку погладь и почисти ботинки!» — строго сказала я, сосед буркнул что-то про «эти женщины!» — и я одобрительно потрепала его по плечу.
  
Юс вертелся рядом весь день, утверждая, что мы обязаны пойти вместе, чуть ли не держась за руки — и перед выходом я опять спровадила его в коридор, пригрозив связать, сунуть в рот кляп и оставить в комнате в виде бабочковой куколки до завтрашнего утра, если не угомонится. Оставшись, наконец, в одиночестве, я оделась и привела в порядок лицо и волосы, а потом устало присела на кровать и прикрыла глаза.
Мне не хватало времени и одиночества на осмысление происходящего. Вся эта история с ядами и воровством, наши отношения с Миаром, всё более непонятные, все более близкие и странные… Может быть, попросту не ходить на Громницу? Отсижусь здесь, в комнате, подумаю обо всём, Мрак с ним, с праздничным ужином. Или просто поплачу в подушку… Мне было о чём поплакать.
В дверь заскреблись.
— Ари…
— Ари!
— Ари?
— Ари?!
Я узнала голоса Шаэль, Юса и Ванды. Нет, в покое меня не оставят — а я ещё и Тарину с Кертоном по танцу обещала. Вряд ли забудут. Пришлось с внутренним вздохом открывать дверь и натягивать на лицо улыбку.
* * *
И всё же праздничная атмосфера окутала меня, подхватила и понесла, стоило мне только появиться в неузнаваемой столовой, которую теперь и столовой-то называть было кощунственно — зал полностью преобразился. Когда и как Миар это всё проделал, если ещё во время обеда всё было так, как всегда?! Во-первых, зал, и без того внушительных размеров, увеличился чуть ли не вдвое, и не только за счёт исчезновения столов и стульев. Пропала разделявшая «студенческий» и «преподавательский» отсеки стенка, оказавшаяся на деле передвижной перегородкой. А вот столы-то никуда и не делись — стояли вдоль стены, накрытые изумительной тёмно-синей скатертью с россыпью белых пятнышек, похожей на звёздное небо, уставленные огромным количеством тарелок с ломтиками всевозможных сыров и колбас, блюдами с канапе, нарезками овощей и фруктов, полными кувшинами и пустыми бокалами.
Свет в тёмном зале создавали светящиеся шары, фиолетовые и зелёные, несколько лежало на полу, несколько — словно бы зависли в воздухе, световые переливы кружили голову. Наверное, именно поэтому я не сразу заметила ещё одну забавную и прелестную выдумку: посреди пустого зального пространства — я услышала, как Шаэль в который раз восхищённо выдохнула мне в ухо — находилось некое подобие маленького фонтанчика, в котором бурлила явно не вода, а… шоколад? Движущиеся словно по волшебству густые тёмные и белые струи завораживали.
— Чудо какое! — восторженно прошептала Шаэль. Даже Юс, так и не решившийся взять меня за руку, но отиравшийся рядышком, буркнул, скорее согласно, чем недовольно. К моему изумлению, парень действительно принарядился: во всяком случае, его рубашка была почти не мятой, длинные волосы вымыты и причёсаны, а удлиненный пиджак добавил солидности своему хозяину. Ванда промолчала, свет сфер отражался в её широко распахнутых голубых глазах. Мимо нас в мерцающем полумраке скользили более и менее знакомые тени учащихся и работающих в ЗАЗЯЗ людей.
А потом раздалась — не грянула, а скорее, мягко вплелась в мерный гул голосов, шагов и шорохов музыка, настоящая живая музыка, струны и клавиши… и что-то ещё, словно шелестящий убаюкивающий шёпот, едва различимый. Музыканты сидели в самом тёмном углу, казалось, звуки идут из ниоткуда. Этот шёпот, эти трели окутали меня и подхватили, невольно вызывая странное эйфорическое легкомыслие внутри. Снова кто-то восторженно ахнул — на этот раз это была не Шаэль — я задрала голову и увидела ползущие по потолку золотые и сиреневые линии, мерцающие и переплетающиеся орнаменты, напоминавшие зигзаги молний. В какой-то момент музыка стихла — и тишину нарушили звуки далёкого зимнего грома.
…собственно, зря я ругала Миара, страдать от неравномерного состава мальчиков и девочек студентам было некогда. Праздничный ужин оказался вне всяких похвал, очень скоро мы обнаружили нанизанные на деревянные шпажки кусочки фруктов, которые так здорово было макать в горячие шоколадные струи, а потом засовывать в рот целиком, стараясь не испортить шоколадными каплями свои наряды. Хаотично бродящие студенты вскоре образовали группки по возрастам и интересам, завертелись мирные приглушённые водовороты разговоров. Никто не собирался рвать меня на лоскуты, чтобы потанцевать, и я слегка успокоилась.
Как оказалось — преждевременно.
Музыка изменилась незаметно и ненавязчиво, но ощутимо. Теперь она больше не была просто приятным дополнением вечера, бойкая и одновременно тягучая мелодия вела за собой, звала и требовала. Танцы я любила с раннего детства, поэтому помянула Миара недобрым словом. Где же он, когда я такая красивая, когда он так мне нужен?! Если бы он знал, как мало времени нам осталось!
— Привет, красавица! — светловолосый Велл возник откуда-то сбоку, дружески отпихнул Юса, так, что парень отлетел на пару метров в сторону, а потом оттащил меня от девчонок в ближайший угол. — Выглядишь, как самая яркая звезда на небосклоне!
— Банально, — оценила я комплимент, — и тебе не хворать. Чего это ты такой борзый, даже не выпимши? Давно штаны не падали?
Велл фыркнул, залихвастски заправил за ухо платиновую прядь, но за пояс брюк всё-таки профилактически ухватился одной рукой.
— Пошли танцевать, Ари. Зануды Лестариса нигде не видно.
— С занудой Лестарисом я уже договорилась, милый! — заговорщически прошептала я. Вообще-то, Велл не первый день был со мной знаком, так что верить мне однозначно не должен был… Но, видимо, поверить мне ему очень хотелось.
— Да? И что он сказал?! — Велл приоткрыл рот. Удивительно, в какого милого мальчика он превращался, сбрасывая свою всегдашнюю браваду.
— Разрешил, конечно, какая ему, в сущности, разница, кто со мной танцует… — проворчала я, постаравшись скрыть в голосе невольную обиду.
— А мне показалось, что он… ну… сам на тебя виды имеет.
— Показалось! — повысила я голос. — Разрешил. Но — с условием!
— Опять какую-нибудь книжку конспектировать? — Велл скривился, как от внезапной зубной боли. — Нет, ради тебя я, конечно, готов…
— Не книжку! — я снова зашептала, а для верности прихватила Велла за плечи. — Ректор сказал, мол, чтобы необидно было никому, с тобой пусть танцуют третьей по очереди.
— В каком смысле? — Велл снова открыл рот, а скривилась на этот раз я, только постаравшись не выдать это лицом.
— Сначала надо пригласить на танцы всех моих друзей! — теперь я почти обнимала Велла, касаясь губами его щеки, искренне надеясь, что Миара и впрямь нет поблизости. — И только потом меня, понял?
— Понял… — тупо кивнул Велл, потянувшись за мной, когда я отстранилась, судя по его лицу, ничего он не понял и просто собирался продолжить обнимашки. Кивнул в сторону сердито нахохлившегося Юса. — И его тоже?!
— Его не надо! — я развернула Велла в сторону Ванды и Шаэль. — Их приглашай! И не вздумай им выдать, почему!
Велл несколько остолбенело кивнул, сделал несколько шагов вперёд, видимо, пытаясь определеться, с какой из девушек начать. Я понаблюдала за вспыхнувшими от смущения щеками Ванды и вздохнула. Надеюсь, хоть девчонки получат удовольствие…