Миссия: соблазнить ректора (СИ)
Подруга жила одна, без соседки — девочек было мало, а места много. Может, зря я отказалась от переселения? Я постучала, потом поняла, что уже трясусь, точно желе на спине у галопирующей лошади, и открыла дверь.
Шаэль проснулась с трудом и долго не могла понять, кто я, откуда взялась, чего хочу и что от неё требуется. Наконец, сонно махнув рукой, она стряхнула прямо на пол с пустующей кровати какие-то свои вещи и позволила мне свернуться замёрзшим калачиком под одеялом. Попав из холода в тепло, я тут же заснула, решительно отбросив неприятные мысли о сплошных провалах, связанных с ректором.
* * *Зато с утра кусачие мысли одолели меня с новой силой.
Почему я не поцеловала его, точнее, не дала поцеловать себя, почему?! Всё складывалось так хорошо, так правильно, а я опять… Сама всё испортила. Сама, вот этими вот самыми руками и ногами!
— Ничего не поняла, — честно сказала Шаэль. — Откуда ты вчера взялась? Что произошло? Я даже не помню, как открыла тебе дверь!
Выглядела она всё такой же бледной, под глазами пролегли синеватые тени, и я встревожилась.
— Про себя я потом расскажу. Попозже. Тебе бы к лекарю…
— Всё отлично, — вяло пробормотала подруга. — Не я же скакала в ночи под дождём раздетая… Возьми мою обувь. Плащ тоже дам. Иди, я догоню.
Ступня у неё оказалась на удивление маленькая, влезть в аккуратные, почти детские сапожки я влезла, но было неудобно. Зато плащ ожидаемо оказался велик, и я запахнулась в него с удовольствием. Вышла на порог общежития, думая о завтраке и старательно отгоняя все прочие мысли. Это было не так уж сложно: мой вчерашний ужин состоял из ликёров, шоколада и фруктов, так что хотелось поесть нормальной еды.
Завтрак. Завтрачек. Кашенька, яишенка…
У плаща оказались глубокие карманы, и я с удовольствием сунула в них озябшие руки.
Мраков Лестарис, пошёл вон из моих мыслей! Чтоб ты подавился своим коньяком, своими ингредиентами, своим артефактом на пару с «лучшим другом» Эстеем!
Я сердито сжала кулаки в карманах плаща Шаэль… и внезапно пальцы нащупали что-то длинное, тонкое, металлическое. Что-то такое, чему явно было не место в этом плаще. Я дождалась, пока Шаэль меня обгонит, отвернулась, нагнулась, делая вид, что поправляю застёжку на туфле.
И достала из кармана узкую металлическую трубочку, испещрённую какими-то знаками — то ли буквами, то ли рунами…
…ключ от академического хранилища.
Глава 25
В столовой я не чувствовала вкуса пищи, судорожно размышляя, что же мне делать и как поступить. Как моя недотёпистая подруга умудрилась добыть ключ от хранилища?! И зачем?!
Рассчитывала поразить Кертона..?
Глупости. Зачем ей проклятущая уксусная кислота, углекислый кальций, спирт и вдобавок свинцовая стружка? Может, Шаэль сошла с ума? Может, ключ вовсе не её, настоящий злодей выбросил улику, а Ша подобрала и сунула в карман…
…не слишком ли много на одну Академию любителей совать в карманы чужое добро?
Оставить ключ на том же месте я не могла — мне нужны были доказательства, мне нужно было отчитаться перед Миаром! Но поговорить с Шаэль до начала лекций нам не удалось: она попросту не пришла в столовую, до крайности поразив Дорис своим отсутствием: такого, по словам нашей кухонной феи, на её памяти не случалось ни разу. Я ёрзала, места себе не находя и не имея возможности сосредоточиться и принять решение, что же делать: сначала у Юса случился приступ столь редкой для него общительности, потом неожиданным благородством воспылала Ванда, заявив, что верлада Алазия поручила ей курировать мою подготовку к занятиям и ей надо проверить мой последний конспект…
Пойти прямиком к Миару, прямо сейчас?
Меня сдерживала моя же вчерашняя глупая выходка — наверное, он злится. То бегала за ним, как кошка за бантиком на верёвочке, то позорно сбежала. Наверняка ректор и видеть-то меня больше не захочет.
Подругу нужно было найти и выяснить всё про ключ — в глубине души я надеялась, что она не при чём, а попадание ключа в карман её плаща обусловлено редкой конфигурацией планет или происками врагов. Так что я решила, что если Ша прогуляет спагиромагию, то скажусь больной и отпрошусь якобы к целителю. Удача решила меня побаловать: на занятие по прокаливанию растительного сырья пришла вовсе не грозная Алазия, а смущенная и краснеющая адептка-пятикурсница. Так что я даже не зашла в аудиторию, отпрашиваться не стала, а бочком по стенке просочилась на лестницу, пока унылая толпа однокурсников загустевшим киселём втекала в аудиторию.
Первым делом снова забежала в столовую — Шаэль там не появилась. Потом вернулась в женское общежитие, на стук никто не открыл, заглянула в комнату — никого. Куда же она подевалась?!
Надо идти к Миару и сказать, что ключ я нашла в кустах.
Или…
Я рысью направилась в учебный корпус — Шаэль могла уже подойти на лекцию, прогульщиков в ЗАЗЯЗ вообще-то не наблюдалось. В коридоре было тихо, из каких-то аудиторий доносились приглушенные голоса, а у меня в голове галопировали самые противоречивые мысли. И вдруг… и вдруг я услышала то, чего в учебном корпусе в принципе быть не должно было: тихое жалобное поскуливание. Нет, плач.
Кажется, звуки доносились из той же самой аудитории, в которой я в первый свой учебный день мыла алхимагическую посуду в фартуке поверх нижнего белья. Я крадучись подошла к двери, обнаружила, что она заперта, открыла, стараясь не скрипнуть замком.
Плач стал чуть громче, к нему добавился тихий, но интенсивный голос, произносивший что-то явно эмоционально, но почти неразличимо. Людей в лабораторном закутке было как минимум двое, и я уже понимала, кто там находится.
— Дура! — выкрикнула свистящим яростным шёпотом верлада Алазия. Шаэль что-то забормотала, запричитала — и её жалобный лепет оборвался хлёстким звуком пощёчины. Я знала этот звук. Казалось, он шёл из далёкого детства, когда мама ещё не погрузилась в свой кокон отстранённого равнодушия перед отцом и его романом с кондитершей…
Надо было тихо стоять на месте и слушать, ладно, подслушивать — авось, дождалась бы важных секретов и страшных тайн. Но моё тело действовало само. Что бы ни побудило Шаэль пойти на такое глупое воровство, она всё ещё была моей подругой.
Я прошла через пустую аудиторию, толкнула дверь лабораторной — и уставилась на зарёванную Ша. Влажные волосы прилипли ко лбу и щекам, припухшие глаза казались темнее, чем обычно. Левая щека покраснела, подтверждая верность моей догадки.
— Адептка Эрой, что за манера врываться без стука, — ледяным голосом проговорила верлада Алазия — она моментально взяла себя в руки, но всё же под маской хладнокровного спокойствия ощущалась недавняя буря. — Почему вы не на лекции?
— Не бейте её, — тихо сказала я.
— Не лезьте не в своё дело! Возвращайтесь на лекцию, кому сказала!
— Мы вернёмся вместе.
— Лада Эр-р-рой!
— В уставе Академии нигде не сказано, что преподаватели имеют право физически наказывать студентов за что бы то ни было! — упрямо проговорила я. — И вы тоже не имеете! Лада Безар далеко не худшая ваша студентка, а вы…
— Ари, — прошептала Шаэль. — Не надо… Я сама виновата.
Верлада Алазия посмотрела на меня исподлобья и вдруг произнесла совершенно другим голосом, почти миролюбиво:
— Глупая девчонка получила за дело. Ей, видишь ли, кажется, что её жирная физиономия станет симпатичнее, если её как следует отбелить. И нет, чтобы отправиться в нормальную целительскую лавку, зачем?! Мы же великие алхимаги! Мы воруем — ах, прости! — без уведомления добываем некий до крайности токсичный металл и начинаем на его основе мастерить отбеливающий крем! И не для злостного недруга — для себя! Спасибо, что хоть не открыла торговую точку. «Ядовитая косметика — подари подружке!», как тебе девиз? Даже в детстве, когда ты пыталась продать соседям свои песочные торты, ты не была такой непроходимой дурой, Эли.