Пораженные (ЛП)

Я стою на краю сада, пока Джульетта копается на грядке с остальными, пока они готовятся к сбору урожая, и все, на чем я могу сосредоточиться, — это изгиб ее бедер. Я вспоминаю, каково было ее ощущать. На что было похоже ее влагалище, когда я вонзал в него свой член. Какой на вкус была ее кровь, когда она стекала по моему горлу.
Она была совершенна. Я знал, что так и будет, но она была даже больше, чем я думал. Она умоляла, чтобы ее взяли, чтобы ее трахали и боготворили. Она вызывает зависимость самым опасным из возможных способов. Эта единственная встреча заставляет меня желать большего, мне нужно заполнить ее всю, мне нужно отметить ее как свою.
  
Вместо этого я должен стоять здесь и смотреть, как она усердно работает, ухаживая за растениями и перекидывая свои светлые волосы через плечо. Сейчас они собраны в конский хвост, и я представляю, как наматываю их на кулак, погружаясь в нее.
Обладание ею в тот единственный раз ничего не насытило. От этого все стало еще острее.
Время от времени она поднимает голову и ловит мой взгляд. Она одаривает меня своей медленной улыбкой, при этом веснушки вокруг ее рта танцуют. Мне приходится сжать кулаки, чтобы не броситься через двор и не схватить ее в объятия.
Я до сих пор чувствую жар ее крови, когда она заливает мое горло. Самый сладкий вкус, который я когда-либо испытывал. Я хочу укутать ее, спрятать подальше, проводить наши дни, трахаясь и пробуя друг друга на вкус.
Я прикусываю внутреннюю сторону щеки, думая о том, как она плачет. Ненавижу эту жизнь. Хочу быть подальше отсюда. Джульетта желает быть со мной, только со мной.
Как мне обеспечить ее безопасность?
— Сайлас! — голос Сэм разносится по саду, и я оборачиваюсь, чтобы увидеть, как она машет мне рукой, подзывая к себе.
— Что случилось? — спрашиваю я.
Я толком не разговаривал с ней с тех пор, как она пристала ко мне в своем офисе, но если она и чувствует себя неловко, то не показывает этого. Ее лицо нейтральное, почти дружелюбное.
— Эй, некоторые датчики на сетке не отображаются, — говорит она, указывая на главные ворота. — Объявлено серьезное штормовое предупреждение, и последнее, что нам нужно — это сбой в системе.
— Э-э, да, конечно, я съезжу и проверю, как они.
— Как она? — ее взгляд остается спокойным, когда я поворачиваю голову в ее сторону.
— Что?
Она мотает головой в сторону сада.
— Девочка, ей лучше?
— С ней все в порядке, а что?
Сэм приподнимает бровь.
— Ты странно себя ведешь, все в порядке?
Все в порядке, я просто нарушил все правила, которых мы должны придерживаться, и я не только укусил человека, я трахнул ее и заставил кончить несколько раз, ничего особенного.
— Я в порядке, просто беспокоюсь из-за этой бури, понимаешь?
Словно по сигналу, вдалеке прогремел гром.
— Да, тогда иди и проверь эти датчики, надеюсь, сеть выдержит. — Она делает шаг ко мне ближе. — Если отключат электричество, может быть, мы сможем развлечь друг друга.
Я засовываю руки в карманы и отступаю от нее.
— Мне лучше уйти.
Она издает тихое ворчание, когда я отворачиваюсь от нее. Я направляюсь прямиком в офис, чтобы взять ключи от грузовика и свой ноутбук, когда моя голова кружится от мыслей о Джульетте. Эти грязные мысли смешиваются с тяжестью последствий того, что я натворил.
Мне должно быть стыдно за нарушение моего положения. Я ее похититель. У нее здесь нет власти.
Но я не могу заставить себя запятнать свои чувства к ней. Я не насиловал ее. Я не оскорблял ее. Если уж на то пошло, она более чем ясно дала понять, что хочет меня.
Трахай меня, пока мне не станет больно.
Гребаный Христос. Моя девочка — страсть и грех, как я и думал. Она хочет быть моей, она хочет, чтобы я овладел ею.
Я не могу чувствовать себя плохо из-за этого.
Но если нас обнаружат…
Я выдыхаю с шипением сквозь стиснутые зубы и поворачиваю обратно к садам, вместо того чтобы направиться к грузовику, как следовало бы. Горизонт затянут угрожающими черными тучами, воздух гнетущий и плотный.
Ты идиот, Сайлас. Разворачивайся. Возвращайся к грузовику.
Как истинный наркоман, я говорю голосу, чтобы он шел к черту.
Джульетта выходит из сарая, отряхивая сено с одежды, когда я хватаю ее за талию, зажимая ей рот одной рукой. Я тащу ее за здание, подальше от глаз остальных.
— Ш-ш-ш, это я. — Я покусываю мочку ее уха, чувствуя биение ее учащенного пульса всего в дюйме от моих губ. — Мне нужно выехать до шторма, пойдем со мной.
Она качает головой, ее рот все еще прикрыт, что-то невнятно протестуя против моей ладони.
— Я не принимаю «нет» в качестве ответа. — Я провожу рукой по ее груди, и она всхлипывает. — Давай.
Я отпускаю ее, беру за руку и тащу за собой.
— Сайлас, ты сумасшедший, — шипит она у меня за спиной, но не сопротивляется.
Я останавливаюсь на каждом углу, проверяя, свободен ли берег, прежде чем тащу ее за собой. В комплексе оживленно, но все кажутся озабоченными, обеспокоенными надвигающимся штормом. Они даже не замечают нас.
Мы подходим к грузовику, и я открываю заднюю дверцу для Джульетты.
— На этот раз никаких секс-одеял? — она хихикает, когда я запихиваю ее внутрь.
— Просто пригни голову, — говорю я ей и захлопываю дверь.
Я забираюсь на водительское сиденье и делаю глубокий вдох, оглядываясь через плечо на нее, свернувшуюся калачиком за пассажирским сиденьем. Она улыбается мне, и я улыбаюсь в ответ.
— Сиди тихо, мы выйдем отсюда через минуту.
Охранники у ворот так же озабочены, как и остальные на территории комплекса, и нетерпеливо отмахиваются от меня. Солнце все еще палило, но черные тучи манили к себе в зеркале заднего вида по мере приближения шторма. Мы отъезжаем от территории примерно на милю, прежде чем я сбавляю скорость и оборачиваюсь, чтобы посмотреть на нее.
— Теперь ты можешь выходить.
Она перелезает через заднее сиденье, но шокирует меня до чертиков, становясь на колени на пассажирском сиденье и расстегивая молнию на моих брюках.
— Откуда я знала, что у тебя уже встанет? — говорит она с усмешкой.
Она отодвигает мою руку в сторону, чтобы уткнуться лицом мне в колени.
— Блядь! — я шиплю, запуская пальцы в ее волосы, когда ее рот опускается на мой член. Моя голова откидывается на подголовник. — Такая грязная маленькая шлюха, не так ли? Черт возьми, ангел. Такая чертовски жадная до моего члена.
Она стонет, звук вибрирует во мне и заставляет стиснуть зубы, чтобы не оторвать руль от приборной панели. Девушка, которая вчера беспокоилась о том, что не сможет принять весь мой член целиком, теперь принимает его так глубоко, что ее щеки впадают, когда она покачивается вверх-вниз. Я толкаю ее на себя, и она снова стонет.
— Тебе нравится, когда тебя трахают в рот, не так ли?
Ее язык кружит над моей головкой, касаясь пирсинга, и я не знаю, как мне все еще удается вести машину. Я смотрю вниз и вижу, как эта хорошенькая головка яростно дергается, ее горячий влажный рот тянет меня ближе к краю. Я хватаю ее за волосы и наклоняю ее голову, чтобы видеть, как эти розовые губы обхватывают меня. Черт, она идеальна. Моя грязная куколка.
Я останавливаю грузовик, нажимая ногой на тормоз. Я смотрю, как она двигается, как сильно сосет член. В уголках ее глаз выступают слезы, но она не останавливается. Я бью ее по задней стенке горла, и она немного задыхается, но продолжает двигаться.
— Черт возьми, да, именно так. Не останавливайся. Не останавливайся, блядь.
Я стону, когда моя кульминация пронзает меня, и мой живот напрягается, прежде чем я тяжело выдыхаю и изливаю горячие потоки своего оргазма ей в рот. Она мягко покачивается, проглатывая и слизывая все, что я ей даю.
  
Когда она поднимает голову, ее глаза сияют, определенно торжествуя. Я качаю головой, улыбаясь, и протягиваю руку, чтобы погладить ее губы.
— Ты полна сюрпризов, не так ли?