Я приду с дождём
Как и сказала Юри, Тэхён вернулся в пятницу, но вместо встречи с ней сразу же отправился в аэропорт Инчхон, встречать маму, попутно захватив Минну из колледжа. Чтобы сделать другой выбор и остаться в живых, ему нужен был веский повод, и потому в такси он выписывал в блокнот речь, которую произнесет перед Юри, когда будет делать ей предложение. О своем решении он сообщил Со Нарэ по телефону, и та, как ни странно, отреагировала положительно, но настояла на окончании университета.
Минна не сразу узнала брата: его волосы были аккуратно уложены назад и закреплены гелем, а строгий серый костюм придавал статуса и возраста. Надвинутые на нос узкие очки делали его похожим на профессора.
– Так и должно быть, – внушал Тэхён, затягивая галстук до кадыка, – ведь я – будущий психоаналитик. Смотри, что я привез для Ён Сихвана! – Он расстегнул кожаную сумку и достал из нее толстенный толмут с выбитыми на обложке золотыми буквами. – Это коллекционное издание. Собрание всех имен и психологических практик. А также современные научные гипотезы.
– Ён Сихвану понравится. Правда, он уехал…
– Что, опять?!
– Ну да… Мы не виделись с того дня…
– А-а-а. Да, на похоронах сестры он говорил, что собирается уехать в Индию или Тайланд. Хотел пожить в храмах, как отшельник.
– Он чувствует вину за то, что находился так далеко, когда она была больна, и вообще…
Минна хотела бы сказать: «Ён Сихван винит себя в том, что не уберег Ли Кангиля, Юнхо, молодого чеболя, сестру и ненамеренно чуть не подорвал власть на Небесах». Но брат бы отправил ее на сеанс к психиатру – таковых в его окружении теперь была уйма.
– Понимаю. – Тэхён убрал книгу в сумку и со свистом застегнул молнию. – Что ж, передам, когда вернется! Почему ты просишь меня говорить всем, что занята? Что-то плохое произошло?
– Нет. – Минна отвернулась к окошку и подперла подбородок рукой. – У меня правда дел невпроворот.
– Ты сказала, что Юнхо в командировке. Я хотел посоветоваться с ним насчет кое-каких документов. Но он не отвечает на мои звонки.
– Я же сказала тебе, что Юнхо занят. Он даже мне не звонит!
– Странно это!
Слава Богу, таксист остановил машину и доложил:
– Приехали. Аэропорт Инчхон.
Самолеты чертили рыхлые белые линии на холодной синеве. Одна из стальных птиц блеснула крылом, выпустила шасси и приземлилась на взлетно-посадочную полосу. К дверце подкатили лестницу, по которой навстречу Минне и Тэхёну выбежала мама и обняла обоих. Вслед за ней спускался с чемоданами смуглый, как головешка, Ун Шин. Солнцезащитные очки болтались в глубоком вырезе сиреневой майки с пальмами, а половину лица закрывала соломенная шляпа с широкими полями.
– Дорогой, – оглянулась мама, – осторожнее с камерой!
– Дорогой? – повторила Минна.
А Тэхён возмутился:
– Когда вы успели?
– Это не то, что вы подумали. Мы просто сдружились. Ун Шин так помог мне с ведением блога и починкой техники. А еще он пообещал, что приведет своих знакомых на мое шоу!
– Своих… знакомых? – Минна вопросительно посмотрела на главу охраны, понимая, что речь идет о духах гор, гоблинах и прочей нечисти.
– Да, – кивнул Ун Шин, подняв край соломенной шляпы. – Скучно же. Многие тоже хотят найти пару. – Токкэби наклонился к Минне и шепотом спросил: – Как вы тут без господина Ли Юнхо? – Заметив, что Минна опустила взгляд и погрустнела, он помахал рукой остальным: – Идем! За поворотом много такси.
* * *Еще неделя ушла на то, чтобы Со Нарэ свыклась с жизнью в доме госпожи Пак Набом, хотя и совершала попытки заглянуть в дом Ли Кангиля. По просьбе Минны Ун Шин образовал иллюзорный барьер, глядя на который женщина видела обнесенное лесами и затянутое брезентом здание.
Госпожа пак Набом сделала капитальный ремонт, утеплив чердак. Тэхён поселился именно там, а Со Нарэ предпочла гостиную. Первый этаж Минна попросила придержать для нее, чтобы через несколько месяцев, накопив кое-какой капитал, арендовать его под офис. Квартирка, где раньше проживал менбусин Ан Минджун отлично подходила для этой цели.
Часть суммы ей одолжила Джиён – она уж точно не бедствовала. Это была единственная причина, по которой Минна решилась посетить закусочную «Синий дракон» и расковырять и без того незаживающую душевную рану.
– Бери и не отказывайся! – Джиён умяла деньги в руки Минны и встряхнула объемной шевелюрой. – Где бы я сейчас была и чем занималась, если бы не ты?
Минна пробежала взглядом по стенам. Складывалось впечатление, что в «Синем драконе» никогда ничего и не поменяется. Те же бордовые, но покрытые свежей краской стены. Тот же автомат с кофе. Те же столики и остекление. Только кудрявого кассира за барной стойкой не было – на его месте совершенно незнакомый парень европейской внешности протирал стакан.
– Гон Сону забрал документы из университета и уволился! – сказала Джиён, заметив, что подруга смотрит в направлении кассы. Она обмотала шею одним из шарфов, связанных Хёном на досуге, и пояснила: – Спустя тридцать лет его дядя выплатил кредит на помещение в Мендоне и открывает собственную закусочную. Туристов в этом районе пруд пруди, как и конкурентов. Торговый квартал, все-таки. Зато Гон Сону будет совладельцем!
– Разве два курса достаточно, чтобы управлять заведением?
– Он обещал пригласить нас на открытие. К тому времени мы с Ли Хёном вернемся с гастролей. Знаешь, этот сумасшедший айдол постоянно гонял меня с подарками фанатке Су Мирэ. То цветы, то фрукты. После свадьбы Ко Соён он отрастил себе гигантское чувство вины!
– Хорошо. Есть на что отвлечься.
– А что-то стряслось? Он снова в ссоре с Ли Юнхо?
– Нет. Ну, больница – это скучно…
– Минна… Не стану допытываться, что между вами произошло… но ты же приедешь в аэропорт, чтобы проводить меня?
– Конечно! Мы ведь до мая расстаемся!
Контракт Хёна, подписанный ведущим американским лейблом, подразумевал гастроли по городам Европы и США. Каждый день предполагал собой новый перелет из пункта в пункт. И Джиён, как главный менеджер, должна была всюду следовать за ним.
Попрощаться пришлось до аэропорта. В сонное утро такси примчало Минну в Ханнам Зе Хилл к знакомому холму, который едва узнавался под слоем снега. Ботинки скользили по наросшей ледяной корке, отчего лестница казалась нескончаемой. Золотистые колосья и голубые колокольчики дремали, погребенные под белым саваном зимы. Минна выставила ладонь и поймала снежинку.
– Лучше лови ртом! – донесся сверху, от чугунных ворот, голос Хёна. Блондин подстригся и оттенил нижний слой волос бирюзовым. Он застегнул молнию похожей на апельсин куртки и протопал вниз высокими подошвами берцев. Приблизившись к девушке, он немного помолчал, разглядывая ее лицо, а потом коснулся кончиками пальцев ее румяной как яблоко щеки, и на выдохе сказал: – Привет…
– Привет, – ответила Минна и почему-то задрожала. – Я буду скучать по тебе, очень.
Хён не выдержал и обнял ее.
– А я думал, что при встрече скажу больше. Но на деле…
– Собери огромные залы. А я буду смотреть твои видео каждый день и произносить эти странные слова на удачу. Как там Ён Сихван говорил?
Айдол засмеялся и отстранился от девушки.
– Ун Шин ждет нас с чемоданами в аэропорту. Пак Сондже и Ко Соён передавали тебе привет. В марте мы договорились пересечься в Нью Йорке на одном из моих выступлений.
– Как поживает твоя тетя?
– Когда она узнала про Юнхо… В общем, на нервной почве тетя до того переела лепестков Черного лотоса, что превратились в ребенка! Пак Сондже отдали жемчужину Водного дракона и провозгласили регентом. Его испытательный срок перед вступлением в должность – сто лет.
– Небеса точно оставят тебя в покое?
– Да. Я получил официальное подтверждение от Пак Сондже. Ввиду открывшихся возможностей, мне позволили хранить жемчужину в храме на горе Пукхансан при условии, что какой-то сильный дух возьмет на себя роль стража.
Только Минна открыла рот, чтобы спросить, кто именно будет его стражем, словно из ниоткуда между ними возникла Джиён и повисла на ней.