Караван к Наташке. Дилогия (СИ)
Поздним вечером, когда встали на ночевку — противник уж точно в темноте по лесу не пойдет — герцог долго разглядывал карту.
— О чем задумался, мальчик мой? — спросила тетка, ночевавшая с ним и Мишкой в одной палатке.
— Нельзя кирасиров дальше в лес за собой тащить, — ответил Кирилл. — Или просто испугаются и прекратят погоню, или поймут, что мы заманиваем их, и тем более повернут назад.
— Они же знают, что ты, Кирюша, в составе разведгруппы — раз тот барон тебя признал, то и другие стражники опознали и наверняка доложили.
— Вот потому‑то и нельзя, — поддержал брата Михаил. — Чем дальше в лес…
— Тем толще партизаны! — расхохотался Правящий герцог.
— Чего? — не поняла герцогиня.
— Какие еще партизаны? — удивленно отреагировал Мишка.
Пришлось Кириллу объяснять эту земную поговорку, как нельзя больше подходящую к их ситуации, и ее историю.
— Действительно, партизаны, — улыбнулась тетка. — Враг существенно превышает нас численностью, но побаивается. Ладно, мальчики, посмеялись и будя. Так что ты там задумал? — повернулась она к младшему племяннику.
— Завтра оставляем здесь пару пустых подвод, что похуже, перегрузив соль на другие, и всех негодных лошадей. Соответственно, заметно снизив скорость движения. Пусть думают, что мы выдыхаемся. Они, в запале погони, наоборот ускорятся. Вот здесь, — герцог поднес карту ближе к свече и указал место, — есть большая поляна. Там кирасиры и должны догнать. Наши бойцы при виде противника, естественно прибавляют, но недостаточно. Таким образом и даем им шанс отбить пару последних повозок. Вот только как сделать, чтобы выглядело это все натурально?
Леди Тополева тоже задумалась, внимательно глядя на карту. Потом поняла голову и улыбнулась:
— Элементарно!
— Оливочка, не тяни, — потряс герцогиню за плечо Мишка.
— Они стрелять в нас будут? — спросила тетка, начиная объяснять.
Братья синхронно кивнули.
— Какова вероятность, что попадут в тягловых лошадей?
— Невысокая, — отрицательно покачал головой Кирилл.
— Значит, надо выстрелить за кирасиров. Главное, чтобы стрелы были баритские.
— А мы все колчаны, что у стражников были, забрали с собой, — вскинулся Наследный герцог. — Луки переломали, а стрелы взяли. Только вот, — он задумался, — из арбалета лучную стрелу с достаточной точностью никак не выпустишь.
— У меня в седельной сумке мой охотничий складной лук лежит, — успокоила тетка, — я из него и чужой стрелой за сотню метров в яблочко попаду. А уж в задницу лошади… — она пренебрежительно махнула рукой.
— Не вариант, — опять покачал головой из стороны в сторону Кирилл. — Стрела должна попасть в круп коня сзади…
— Или сзади–сбоку, — перебила его герцогиня. — Спрячусь под маскировочной накидкой в подлеске, и ни одна сволочь меня не заметит. А за деревьями оставишь мне группу прикрытия с арбалетами и чуть дальше — с лошадьми. Как кирасиры проскочат, так и мы снимемся. Ты только дай мне хорошего проводника, чтобы потом в лесу не заплутать.
Братья еще поразмышляли над ее предложением, но пока так и не согласились — слишком уж рискованная задумка была.
— Завтра рванем пораньше на эту поляну, сделаем рекогносцировку на местности, тогда и порешим, — подвела черту под разговором леди Оливия. — А сейчас спать — время уже позднее.
Заснули парни буквально в минуту, тесно прижавшись к тетке — нынче самому близкому родственнику. Есть, конечно, еще сестренка Сара, но она далеко…
Утром, с первыми лучами солнца, маленькой группой рванули вперед к намеченному вчера месту. Посмотрели внимательно и все‑таки приняли план герцогини — сбоку поляны рос огромный кряжистый дуб, окруженный редкими молодыми деревцами. Устроить в его корнях лежку снайпера проблемы не составляло. То, что стрелять должна именно герцогиня, не обсуждалось — из незнакомого лука, да еще удерживаемого горизонтально, стрелу точно в цель никак не пошлешь. В группу прикрытия, возглавляемую майором Астаховым, определили лучших мечников, стрелков из арбалета и несколько бывших разведчиц, облазивших эти места при составлении точных карт Черного леса — с закрытыми глазами куда угодно выведут.
Тетка поцеловала братьев в щеки, наказала самим особо не рисковать и залегла со своим луком за высоко выступающим корнем дерева, накрывшись маскировочной накидкой. Кирилл сыпанул сверху прошлогодних серо–желтых листьев и придирчиво осмотрел лежку — уже с полутора метров заметить снайпера было невозможно.
Бой с преследователями на поляне разыграли как по нотам. Кирасиры заметили замыкающие подводы где‑то за километр до поляны и резко увеличили скорость. Стрельба из луков была открыта, когда колонна несущихся повозок уже начала втягиваться в лес на выходе с поляны. Неожиданно задняя лошадь предпоследней повозки — кони были запряжены цугом, один за другим, чтобы вписываться в узкие тропинки — получив стрелу в круп, взбрыкнула и упала. В подводу, не успев отвернуть, воткнулась передняя кобыла последней повозки. Сангарские всадники, замыкавшие колонну, быстро подхватили обоих ездовых и умчались дальше в лес. Королевские латники, обогнув брошенные подводы с перепутавшейся упряжью, бросились вслед, но наткнулись на слаженный залп арбалетов из‑за деревьев и откатились. Пара гранат, разорвавшихся в самой гуще кирасиров, внесла еще большую сумятицу в их ряды.
Обоз, лавируя между стволов вековых деревьев, уходил все дальше и дальше, в тот же день окончательно оторвавшись от преследователей, не рискнувших дальше углубляться в Черный лес. На третьи сутки колонна вышла на передовые позиции окапывающейся под Сталегорском Сангарской армии. Воины с восторгом приветствовали герцогов, отбивших у противника ценный обоз.
На следующий день, как было запланировано, герцогиня со своей группой прикрытия к городу не вышла. Не появились она ни на второй день ожидания, ни на третий. Только на пятые сутки вымотанный майор Астахов привел хорошо если половину группы своих израненных офицеров. Леди Тополевой с ними не было.
Кирилл постоял у кровати забинтованного с ног до головы отключившегося Сашки, тяжело вздохнул и направился в штаб укрепрайона — передовые части королевской армии уже вышли к кольцу вырубленного вокруг города леса. Два километра открытого пространства, испещренного ямами и кольями, вкопанными в землю под наклоном и другими замаскированными ловушками — этого противник никак не ожидал.
***
Жизнь на подлунной базе вошла в какую‑то размеренную колею. По утрам старшенькие по–прежнему вторгались в апартаменты родителей, как всегда, не успевая натянуть на себя хотя бы трусики — они вообще не видели необходимости в одежде при таких комфортных условиях — играли с родителями и помогали маме с кормлением младшеньких, полюбив братиков с первого взгляда. После завтрака — обязательные водные процедуры, причем, как правило, не в джакузи в апартаментах родителей, а на озере.
Павел и Сюзанна смотрели, как старшие купают младших и счастливо улыбались.
— Ну вот, а ты говорил, они в куклы играть не будут, — весело хмыкала мама.
— Угу, — Затонов тоже заразился от жены этим словом, — просто им, оказывается, живые куклы нужны, — а потом в очередной раз озадачился вопросом: — Слушай Сюзи, а как Патриция с Мишкой их различают?
— Сама не понимаю, — пожала плечами жена, — по поведению при кормлении даже я путаюсь, а старшенькие ни разу не ошиблись.
— Я несколько раз специально проверял по номерам, когда в озере вместе весь квартет купали — точно, как в банке, при начислении расходного процента.
— Маленьким завтра две недели исполнится — со дня на день волосики на головках появятся, — успокоила его жена. — Тео будет рыженьким с последующим потемнением в подростковом возрасте. Джусто в меня пошел — ярко выраженный блондин. Яшенька, — Джеймса она почти сразу начала называть русским аналогом, — тоже будет светленьким. Из мальчиков у нас один Габи темненьким в папу выдался, — Сюзанна счастливо улыбнулась.