Завещание великого шамана

– Скверна и инакомыслие разъедает души быстрее, чем ржа железо! Опора на монахов ненадежна. Только дикари с их страшными ядовитыми колючками! Только дикари! День и ночь сторожить поселок приспешников, и всем, кто выйдет, – смерть! На пристань! Пошел! Пошел!
Утро следующего дня началось с легкого тумана, скорее дымки, струящейся над морем. Надо отдать должное капитану фрегата «Заря», матросы, работали как звери. Ставили паруса, крепили бесчисленные веревки. И хотя все были хмурыми и злыми от утреннего недосыпа, постепенно привычная работа затягивала и поглощала.
Фрегат тихо скользил, направляя свой форштевень в устье Крокодиловой реки. Да особенно-то и не надо было выбирать направление маршрута. Великая река, впадая в океан, была подобна морю. В ширину более двадцати пяти тысяч лим, она несла в океан не только воду, но и многие тонны ила. Поэтому отмели здесь были непредсказуемы. На носу фрегата стоял матрос с длинным шестом и непрерывно замерял глубину. Его гортанным крикам вторило эхо, отражающееся от зеленой стены джунглей. Часа через два река заметно сузилась, течение стало сильней, и ветер, наполняющий паруса, почти стих. Фрегат стало сносить течением.
– Отдать якорь! Паруса – свернуть! – отдал приказ капитан.
Началась суета на палубе. Грузили две большие шестивесельные, лодки, небольшой запас еды, оружие, вино и подарки. Подарки отбирал лично сам епископ Жедал. Особенно ценились зеркала, бусы, монеты с изображением королей Унерландии, и конечно вино. Разделили все на две лодки: вдруг что случится, а люди на второй лодке выполнят свою миссию. А миссия предстояла серьезная: не только склонить на свою сторону вождей и колдунов, но и примирить, хотя бы на время, два враждующих племени. Из-за чего возникла эта вражда? Да никто этого уже и не помнит… Устная молва гласит: поссорились вожди между собой из-за женщины, каждый хотел взять в жены красавицу! И разгорелась ссора и перешла в кровную вражду…
Не время разбираться в их туземной распре, пора грузиться в лодки.
Плеснулась в борт зеленая волна, гребцы дружно налегли на весла. Лодки скользнули ближе к берегу – там струи течения слабее и гребцам легче. Правда, существовала большая опасность – змеи и ядовитые пауки, которые могли свалиться в лодку с веток, нависающих над рекой густым шатром.
Почти час гребцы махали веслами.
Вот, наконец, послышался ровный гул, который все нарастал и нарастал, превратившись в грохот. За плавным поворотом реки открылась восхитительная в своей грозной мощи картина: воды могучей реки на долю секунды зависали на скалистом уступе, словно раздумывая и плавно скользя, рушились вниз. Грохот стоял такой, что приходилось кричать собеседнику в ухо. Вода, падая с высоты, клокотала, плевалась хлопьями пены и швыряла вверх мельчайшие капли. Солнце дробилось в этих каплях, и радуга сияла над каньоном весь день. Теперь стало понятно, почему дикари звали этот водопад «Цветной Дым».
  
Глава тридцать седьмая
 
Молоденькая свинка, негромко похрюкивая, приближалась к краю поляны. Там, среди деревьев и негустого кустарника, можно было нарыть и полакомиться вкусными корешками. А в густой и высокой траве водились жирные улитки и длинные дождевые черви. Не знала хрюшка, что там же её поджидал охотник. Второй сын вождя племени ойюнов ещё ранним утром вышел на охоту. Только вчера ему исполнилось пятнадцать лет, и теперь, для того чтобы получить звание охотника и война, он просто обязан вернуться домой с добычей. Была ещё одна причина, затаив дыхание поджидать добычу: показав всему племени свое умение охотника, умение добытчика и кормильца, получал он взрослое имя и мог жениться. Но, отбросив мечты об этом, застыв, словно камень, он поджидал добычу. Стоило того. Свинка, с её нежным и розовым мясом и кроваво-красной печенью, которая достается только охотнику, неторопливо приближалась к кустарнику. Медленным движением юноша поднял руку к затылку, где в костном футляре, прикрепленном к затейливой прическе, таилась быстрая смерть, нащупал пушистое оперение короткой стрелы с отравленным наконечником. Плавно зарядил стрелу в духовую трубку, сделанную из ствола молодого бамбука, и осторожно просунул её между развилкой молодого деревца.
 
Однако, эту добычу заметил не только он. В сочной траве, медленно извиваясь, двигалось серо – зелёное тело громадного питона. Все его чешуйчатое тело просило пищи. Он не ел уже пятнадцать дней, и его раздвоенный язык давно уловил запах желанной добычи. Подтянув свое почти двенадцатиметровое тело, он свивал кольца, готовясь к броску. Тут внезапно слева от себя заметил слабое движение. Запах, что ловил его чуткий язык, подсказывал, что добыча почти рядом, хотя в то время как свинка была далеко. Но тут добыча, резко шевельнувшись, дунула в трубку, и тотчас, удав бросился вперед. Чешуйчатое тело мгновенно прижало юношу к деревцу, тугие кольца обвили ноги, талию и грудь. Сейчас, через пару выдохов, они с неимоверной силой сожмут тело человека. Лопнут ребра, острые осколки проткнут легкие, воткнутся в сердце. Серо – жёлтая голова, приподнялась вверх и немигающими глазами уставилась в лицо юноши. Раскрылась громадная розовая пасть с острыми, загнутыми вовнутрь зубами, вот-вот схватит голову сына вождя и станет медленно заглатывать его бездыханное тело.
– Мама, мамочка, – спаси меня! – еле выдохнул юноша.
Вдруг плоская треугольная голова разлетелась кроваво – грязными ошмётками. Смертоносные кольца разжали свои объятья, и молодой охотник почти рухнул рядом с извивающимся телом. Не напрасно воспитывал своего сына вождь Кваху! Охотник мгновенно вскочил на ноги, схватился за футляр в своей прическе. Но стрел там не было. От толчка они улетели в траву. Молниеносный прыжок в сторону – и юноша оказался на поляне. Там, на открытом месте, легко увернутся и убежать от удава.
Но что это?! Великий дух Вихо! Совсем рядом стоял человек. Странные одежды, белый цвет лица, в руке он держал какую-то странную сучковатую палку. Молодой туземец не сомневался – перед ним посланник великих духов. Он припал лицом к земле и со всем почтением обратился к посланнику:
– О, великий слуга Вихо! Благодарю тебя за мое спасение от большого аскука! Прими от меня в дар мою духовую трубку и прошу тебя посетить стойбище моего племени, где мой отец, храбрый Кваху, отблагодарит тебя должным образом.
– Встань, охотник! Тебя ждет почет и уважение, твоя охота была удачной. Ты добыл достойную дичь! Я с удовольствием пойду с тобой к твоему отцу.
Юноша поднялся с земли, поглядел на лежавшую неподвижно свинку. Стрела с ядом сделала своё дело. В другое время юный охотник устроил бы ритуальный танец, но сейчас было не до этого.
– Видевший самого Вихо! Скажи мне, ничтожному жителю Темного Леса, что ты собираешься делать с такой славной добычей, как большой аскук?
– Юный охотник, зови меня именем Арти, это имя мне дал мой друг и покровитель – великий дух Вихо! Эту добычу я добыл благодаря тебе. Если бы этот аскук не прижал тебя к дереву, то он напал бы на меня, и я бы не смог его убить. Значит, это наша общая добыча. Давай мы её закидаем ветками и быстро пойдем к людям. Скажем охотникам, и они принесут добычу.
– Ты очень мудрый, друг духа Вихо! Я заберу с собой свою добычу – свинку. – Я стану охотником!
– Да, это правильное решение! Мы сделаем так: я понесу на плечах твою добычу, а перед самым вашим стойбищем её понесешь ты. Так мы дойдем быстрее.
– Велик твой ум! Можно я всем скажу, что ты мне друг? – сын вождя дотронулся до рукава Артёма.
– Да. Это будет правильно! – Артём и сам удивлялся, как он может подбирать фразы и разговаривать на незнакомом языке.
Высокий и сильный мужчина, и юноша, почти ещё мальчик, поспешили в поселок племени ойюнов.
Селение племени привольно раскинулось на обширной равнине, которая одним краем упиралась в крутую гору. Это было очень удобно, так как гора была невысокой и полого спускалась к селению. Зато с другой стороны обрывалась скалистыми уступами к неширокой реке, правому притоку великой Крокодиловой Реки. По другую сторону притока располагались земли другого племени – кайтанов. Никто уже и не помнит, отчего эти два племени враждовали между собой. Ветер жаркой прерии, тот, что разносит людскую молву, говорил о том, что сыновья вождей полюбили одну и ту же девушку, а она предпочла им другого. Возлюбленного этой красавицы нашли мертвым. В шее у него торчали два отравленных шипа, и каждый был окрашен в цвета своего племени. Девушка от горя и отчаяния бросилась в зеленые воды Крокодиловой Реки. Сыновья вождей обвинили в смерти девушки друг друга и поклялись отмстить за нее. Вот так и пролегла непримиримая вражда между племенами. Сначала племена убивали людей, то с одной, то с другой стороны, но потом пришли к тихо тлеющей вражде: похищали девушек или добычу из силков и сетей.